Сандро Булкин – ПЕПЕЛ И КЛЯТВЫ (страница 6)

Кайнан замер на секунду. Потом продолжил вертеть кролика.

– Потому что он пытался сделать из меня то же, что Элис сделала из тебя. Контейнер для проклятия. Только его проклятие было слабее. Оно не убивало Совет – оно просто делало меня послушным.

– И что? Ты сбежал?

– Сначала я попытался его убить. – Он говорил спокойно, будто рассказывал о погоде. – Мне было пятнадцать. Я взял нож с кухни, подкрался ночью, занёс руку… И не смог. Проклятие не дало. Оно блокировало любую агрессию против отца. Тогда я просто ушёл. Через окно, босиком, в одной рубашке.

– Он искал тебя?

– Ищет до сих пор. – Кайнан снял кролика с огня, надкусил, обжёгся, выругался. – Поэтому я не могу вернуться в Эшпорт надолго. У него везде глаза. Но в Городе Сломанных Часов его люди не сунутся. Твоя мать там главная, а она не терпит конкурентов.

– Ты её боишься?

– Я не боюсь никого, – ответил он слишком быстро. Потом помолчал и добавил: – Кроме себя. Когда теряю контроль.

Мы ели молча. Мясо было жёстким и почти без соли, но я никогда не пробовала ничего вкуснее.

– Эйрис, – сказал он вдруг, когда мы доели и закопали кости. – Ты злишься на сестру?

Я подумала.

– Да, – сказала я честно. – Злюсь. Она сделала меня оружием, не спросив. Она умерла и оставила меня с этим. Она врала мне каждый день, когда мы жили вместе.

– А любишь её?

– Тоже да. – Я посмотрела на огонь. – Она была единственной, кто меня защищал. После того как мама ушла, Элис работала на двух работах, чтобы я могла учиться. Она отдавала мне свою еду, когда мы голодали. Она…

Голос сорвался.

– Она любила меня. Просто не умела любить правильно.

Кайнан не сказал ничего. Он просто сидел рядом, смотрел в огонь, и его лицо в отблесках пламени казалось вырезанным из дерева – жёстким, но почему-то не чужим.

– У тебя есть кто-то? – спросила я, чтобы нарушить тишину. – Родные? Друзья?

– Был друг. Один. – Он усмехнулся. – Я убил его, когда проклятие отца взяло верх. Два года назад. С тех пор я ни с кем не сближаюсь.

– А сейчас? Ты со мной.

– Это не сближение. – Он повернул голову, и его серые глаза встретились с моими. – Это сделка. Ты помнишь?

– Помню.

– Тогда спи. – Он встал, подбросил в костёр сухих веток. – Завтра встаём на рассвете. До Города ещё четыре дня, и дорога будет опасной.

Я легла на подстилку из мха, которую он соорудил, пока я ела. Закрыла глаза. Пчела под рёбрами зажужжала убаюкивающе, почти нежно.

– Кайнан, – позвала я.

– Мм?

– Спасибо, что не убил меня сегодня.

Он не ответил. Но когда я уже почти заснула, мне показалось, что он тихо сказал:

– Не за что.

Или просто ветер завыл в ветвях.

Глава 6. Кровь и пепел

На четвёртый день пути лес кончился. Вместо него пришла пустошь – серая, выжженная, усеянная обломками старых машин и остовов зданий. Здесь когда-то был промышленный район, но после войны с магией землю отравили, и теперь даже трава не росла.

– Город Сломанных Часов за той грядой холмов, – сказал Кайнан, показывая на север. – Ещё полдня, и мы там.

– Слишком тихо, – ответила я. За три дня в лесу я привыкла к шорохам, крикам птиц, треску веток. Здесь же была мёртвая тишина, нарушаемая только нашим дыханием и хрустом гравия под ногами.

– Потому что здесь охотятся, – тихо сказал он. – Не расслабляйся.

Мы пошли быстрее. Я держала руку на кинжале, который он дал мне. Зачарованный холодный клинок вибрировал в такт моему пульсу, будто тоже чуял опасность.

Пчела под рёбрами вдруг зажужжала громко, тревожно.

– Кайнан, – начала я.

– Знаю. – Он остановился, вскинул руку, призывая к молчанию. – Они здесь.

Из-за холмов вышли трое. В чёрных плащах с серебряной вышивкой – герб Совета Семи: семиконечная звезда, пронзённая мечом. Патрульные маги. У каждого в руках жезлы, на конце которых пульсировал голубоватый свет – магия подавления.

– Беглые маги, – сказал первый, высокий, с бритой головой и шрамом через всё лицо. – Стоять на месте. Вы нарушили указ о запрете на перемещение без разрешения.

– Мы не маги, – ответил Кайнан спокойно. – Мы чистильщики. Идём по заданию.

– Чистильщики не ходят по пустоши. – Второй, низкий и толстый, с жирными волосами, усмехнулся. – Чистильщики сидят в городе и вылизывают дерьмо за такими, как мы. А ты, парень, пахнешь магией за версту.

Третий молчал. Он стоял чуть поодаль и смотрел на меня. Именно на меня. В его глазах не было ничего – ни злобы, ни интереса. Только холодный расчёт.

– Эйрис Вэрроу, – сказал он вдруг. Голос тихий, как шорох змеи. – Сестра Элис. Контейнер. Совет назначил награду за твою голову – пять тысяч золотых. Живой или мёртвой.

Кайнан шагнул вперёд, заслоняя меня.

– Она не контейнер. Она чистильщица. И вы её не получите.

– Мы получим, – сказал первый, поднимая жезл. – Приказ Совета – уничтожить всех, кто связан с Плетельщицами. Ваша сестра, мисс Вэрроу, была одной из них. Вы, вероятно, тоже. – Он усмехнулся. – Жаль, что нельзя пытать мертвых. Но золото пахнет одинаково.

– Беги, – шепнул Кайнан мне на ухо. – Беги и не оглядывайся.

– Нет.

– Эйрис, это приказ.

– Ты не мой командир.

Он выдохнул сквозь зубы и выхватил свой кинжал – тот, что светился синим. Я вытащила свой, ледяной.

Первый маг засмеялся.

– Двое с ножами против трёх боевых магов. Это будет весело.

Он взмахнул жезлом. Голубая молния вырвалась из наконечника и ударила в землю в метре от нас. Камни разлетелись осколками, один чиркнул меня по плечу.

– Последнее предупреждение, – сказал второй. – Сдавайтесь. Будете жить до утра. Потом казнь.

Кайнан не ответил. Он рванул вперёд – быстро, как змея. Нырнул под вторую молнию, перекатился по земле и вонзил кинжал в ногу первому магу. Тот заорал, жезл выпал из руки, голубое свечение погасло.

– Сука! – взревел раненый и ударил Кайнана кулаком в лицо. Тот отлетел на пару метров, но сразу вскочил.

Второй маг направил жезл на меня. Я не успела увернуться – голубая вспышка ударила в грудь, отбросила на спину. В лёгких перехватило дыхание, всё тело свело судорогой.

– Эйрис! – крикнул Кайнан.

Я не могла ответить. Магия подавления душила, выкручивала кости, заставляла кровь кипеть. Но внутри, под рёбрами, пчела взбесилась.

Она зажужжала так громко, что я услышала её сквозь собственный крик. И рванула в правую руку.

Блокираторы вспыхнули оранжевым. Нити проклятия вырвались наружу – не тонкие, как в прошлый раз, а толстые, как канаты, и они ударили не в камень.

Они ударили в мага.