Сан Моди – Далида. Через Адову пропасть только один путь (страница 3)
– Как поживает мой друг? – участливо спросил король.
– Все хорошо, ваше величество, все хорошо.
– Рад, что у тебя все хорошо! Надеюсь, что дальше будет так же! – по-товарищески тепло ответил Радаст. – Не просто так я тебя сегодня позвал, не просто так… Есть одна новость, и я хочу ее с тобой обсудить.
– Новость? Какая новость? Что-то серьезное?
– Серьезное, мой друг. Очень серьезное и весьма необычное, – король не скрывал своего довольного вида.
Генерал в ожидании смотрел на Радаста.
– Что ж, так уж и быть! Не буду ходить вокруг да около, перейду сразу к делу. Вчера я получил письмо от Амона, – король замолчал и посмотрел на Майёна, но тот учтиво продолжал молчать.
– Я был очень удивлен. Ты знаешь, что он просит?
– Нет.
– Руки твоей дочери!
– Руки Далиды?
– Ну, конечно! Разве у тебя есть еще одна дочь? Так что ты об этом скажешь? – король радостно хлопнул себя по коленке.
Маир опустил голову, обдумывая ответ.
– Это невозможно, ваше величество, – после недолгой паузы ответил он.
– Вот как? Невозможно? – Радаст был не то, чтобы удивлен, он был можно сказать ошарашен. Отказать Его величеству мог только его собственный друг, – Маир, сын пишет, что давно любит Далиду. И это прекрасная возможность нашим семьям объединиться!
– Я знаю, ваше величество. Ты прекрасный отец и печешься не только о государственных делах, но и о счастье наших детей, – сказал, вставая, генерал, глядя в глаза королю. – Но Амон и Далида не смогут быть счастливы, соединившись узами брака.
– Что? Почему это?! Мой сын настолько плох, что не подарит счастливую жизнь твоей дочери? – с нескрываемой досадой и даже раздражением произнес Радаст.
– Что вы! Ваше величество, речь не об Амоне. Дело в том… – генерал вновь подбирал слова, – Дело в том, что Ли… Она влюблена…
– Малышка Ли? Влюблена? Да, когда ж успела-то? Ты столько лет прятал ее от посторонних глаз! И вдруг такая новость! Она собирается замуж? И кто этот счастливчик?
– Нет, ваше величество, замуж она не собирается…
Король удивленно поднял бровь.
– Я ничего не понимаю, Маир! Ты отвергаешь предложение Амона, говоря, что она влюблена и при этом, не собираешься отдавать ее замуж? Ты можешь объяснить, что происходит в конце концов?
– Ваше величество, все не так просто… Дело в том, что… Ее чувства… Они… В общем… Она влюблена в принца Аргира… – насилу закончил генерал.
– Вот как! В Аргира? – удивленный Радаст откинулся на мягкую спинку своего кресла, осмысливая неожиданную новость.
– Я думал это пройдет… – продолжал Маир, – Думал, со временем, она забудет его. Надеялся, что это всего лишь юношеская блажь… Но я ошибся.
– Маир… Что ж мы наделали, друг?.. – с нескрываемым огорчением прошептал король, понимая, в сколь отчаянном положении могут оказаться их дети, если сейчас их отцы примут неправильное решение. – Что ж мы наделали? И как же быть нам теперь?..
– Я думаю, ваше величество, – после очередной паузы проговорил генерал, – нужно сделать все возможное, чтобы они не увиделись. Все трое. Чтобы совсем не виделись в ближайшее время. Возможно, время все же, излечит их влюбленность…
– Но дети возненавидят нас, Маир! – с горечью воскликнул король.
– На то мы и родители, ваше величество, чтобы нести на себе бремя их негодования. Но, надеюсь, придет время, и они нас все же поймут…
– Что ж… Не могу сказать, что я с тобой согласен, но, предполагаю, иных вариантов у нас нет… Так тому и быть… Давай решать теперь, как поступим и чем оправдаемся перед детьми.
Глава 4
Генерал, вернувшись домой, в еще большей спешке, чем перед отъездом к королю, стал раздавать указания слугам. Далида, заслышав голос отца и воцарившуюся суматоху, быстро спустилась к ним.
– Что-то случилось?
– Да. Срочная ротация. Мы завтра выезжаем в крепость на реке Зур, к дальним западным границам.
– Как завтра? Отец! Но ведь через несколько дней возвращаются принцы! Мы два года не виделись!
– Я знаю, Ли, – спокойно ответил Майён. – Но с границы приходят тревожные вести, и это не терпит отлагательств.
– Тогда позволь мне остаться! Я только поприветствую братьев и поеду за тобой!
– Нет! Ты и Бай едете вместе со мной.
– Отец! Это несправедливо! И даже жестоко! Разве можно быть таким черствым? Ты совсем не желаешь понять меня! Разве я прошу так много? Только увидеть Аргира, и все! – в отчаянии вскричала Далида.
– Ли, я знаю, ты огорчена, – все также спокойно отвечал генерал. – Даже раздосадована. Но этот вопрос уже решен. Мы едем завтра! А если ты ослушаешься, я сошлю тебя в нашу дальнюю резиденцию, где ты в одиночестве просидишь всю оставшуюся жизнь! – голос отца теперь был так строг, что Далида невольно перестала всхлипывать.
Она в негодовании поджала губы, спорить с отцом было совершенно бесполезно. К тому же, он всегда держал свое слово. Гневно фыркнув и демонстративно отвернувшись от генерала, девушка пошла готовиться к отъезду.
***
В день возвращения Аргира и Амона в столице был объявлен большой праздник. Городской люд и гости столицы радостными возгласами встречали принцев, и ловили летящие из их рук золотые и серебряные монеты.
На центральной площади, восседая на царском кресле, ожидал своих сыновей король Радаст.
Аргир был величественен и спокоен. В этот день, солнце, словно сделав особый подарок к его возвращению, отдавало все свое сияние будущему королю. Его доспехи отливали золотом, и весь он был совершенно ослепительный, будто божество, посетившее своих последователей. Светлые волосы игриво трепал ветер, снисходительно-милая улыбка застыла на лице, а спокойным взглядом он обводил лица встречающих людей, не забывая при этом, подкидывать в воздух горсти золотых и серебряных монет. Возвращаясь домой, Аргир был полон новых планов и больших надежд.
Амон же, то и дело, вглядывался в толпу, оборачивался или приподнимался в стременах, чтобы кого-то разглядеть. Он был напряжен и почти раздражен. Хмурясь, постоянно смахивал со лба падающие пряди волос и шепотом выражал свое бесконечное недовольство неведомо кому.
– Что ты все время дергаешься? – не выдержал в конце концов Аргир. – Кого ищешь?
– Я не вижу генерала и Ли.
– Хм, – Аргир пробежал глазами по толпе и встречающей знати, – ты прав… Я тоже их не вижу… Может, что случилось? Заболел кто-то? Давай исполним сейчас все церемонии, а потом разберемся.
– Ты прав, сначала все церемонии, – с досадой ответил Амон.
Ему очень хотелось побыстрее закончить бесполезные приветственные речи и торжества, чтобы поскорее поговорить с отцом.
Сердце Амона пылало от нетерпения, но здравый смысл все же останавливал его от опрометчивых поступков.
Наконец, когда страсти поутихли, Амон дернул брата за рукав.
– Поехали в замок Ён, к генералу!
– Подожди, – схватив за руку, остановил его Аргир. – Я тут узнал кое-что…
– Что?
– Их нет в столице. Пять дней назад они выехали к западным границам, на реку Зур.
– Как выехали? Не может быть! Что за срочность? Почему отец так поступил? Почему отправил их именно сейчас? Ведь он знал, как я жду этой встречи!
– Наверно, это было необходимо. Ты знаешь, без причины отец не отправил бы их туда.
– Тогда мне нужно поговорить с отцом. В конце концов, он даже не ответил на мое письмо! – с обидой и недовольством произнес Амон.
А вот разговор между Амоном и королем не заладился с самого начала. Все слова Радаста о том, что сейчас время принимать государственные дела и не время для свадьбы, что крепость на реке Зур требует личного присутствия генерала, и что он, Амон, не может ехать туда, потому что государственные дела не ждут, казались принцу пустыми и совершенно глупыми отговорками, только непонятно ради какой цели.
Амон был в бешенстве от того, что сейчас отец не только не поддержал его, но чинил всяческие препятствия его счастью. Окончательно разругавшись с Радастом, Амон заперся у себя в покоях и гневно вышагивал по зале, отмеряя расстояние от стены до стены и расшвыривая все, что попадалось под руку.
– Ничего, ничего, – повторял принц, – я все равно дождусь. Рано или поздно, но я все равно дождусь!
Аргир лишь сочувствовал брату, сожалея, что не в состоянии ничем ему помочь.
У Амона же не было иного выхода, как только подчиниться воле отца.