Самат Бейсембаев – Изнанка (страница 24)

— Молчаливым ты мне нравишься больше.

— Не ворчи, пожалуйста, — захихикал он. — Что будешь теперь делать? Все так и оставишь?

— Конечно, нет. Я буду ее добиваться, — ответил я, чем очень удивил своего друга.

И начал я это сразу же вчера вечером, избавившись от любовниц. Нет, я их не убивал. Только дал понять, что в них я больше не нуждаюсь. Представляю, как их жизнь приобрела темные оттенки. Спали ведь они со мной не от пылающей любви. Все было на взаимовыгодных условиях — они мне свои тела, я им положение и привилегий. Теперь же они лишились всего этого. Даже немного жаль их. Нет, солгал, мне их ничуть не жаль.

— Ты был прав на счет нее. Она и есть та самая великая женщина, что будет стоять за мной, — вздохнул я.

— Хорошо же она приложилась, если ты, наконец, понял это, — хмыкнул он.

— Спасибо! — закатил я глаза. — Твоя поддержка бесценна.

— Пожалуйста, всегда рад помочь, — на его лице отразилась ехидная улыбка.

Как же это хорошо иметь такие моменты, когда рядом люди, которые видят в тебе в первую очередь друга, а уже потом монарха. Вот только жаль они длятся очень мало, потому как стук в дверь вернул меня к реальности, где я, на секундочку, глава государства.

— Войдите, — повысил я голос, чтобы из–за двери меня расслышали. Дверь тихо приоткрылась, и в нее не вошел, а пробрался секретарь с письмом в руках. Я кивнул в сторону Вэлиаса, и секретарь, вручив ему бумажку, тихо покинул помещение.

— Что там? — подождал я, пока он развернет его и пробежится глазами.

— Донесение с фронта. Торос умер, — сказал он это таким будничным тоном, будто произошло какое–то незначимое событие.

— Не понял. Что? Что значит, умер? — не мог я поверить в сказанное.

— Главнокомандующий Торос от полученных ранений скончался, — меланхоличным голосом прочитал Вэлиас.

— Дай мне. Сам прочитаю, — протянул я руку и вгрызся в строки. — Это что шутка такая?

Торос по моему приказу выдвинулся на фронт, и, как планировалось, присоединился к нашим легионам в указанном месте у соединения трех рек. Естественно, приняв командование на себя перед предстоящей битвой. И перед этой самой битвой он хотел поближе рассмотреть поле сражения, потому что у него, как оказалось, не такое уж и хорошее зрение. И когда он это делал, с той стороны прилетел снаряд баллисты. Слишком он близко подошел. Полный абсурд, но такова реальность — я потерял главнокомандующего.

Само сражение, по понятным причинам не состоялось. Все–таки потеря лидера сказалась на моральном духе, поэтому наше запланированное наступление перетекло в выжидательную стадию. О дальнейшем продвижений вглубь страны не было и речи. Или все же данную проблему можно решить?

— Мне надоела эта война, — пришел я к решению. — Даем свое согласие кочевникам. Выдергиваем оттуда один из легионов. Пора это все закончить.

Вэлиас молча кивнул.

— И еще, — взял я паузу для пущего эффекта. Каюсь, не выдержал. — Пора бы и мне вспомнить былое.

Вэлиас молча…

Глава 15. Олег

Былая воинственность куда–то улетучилась и снова накатила апатия. Я уже не так сильно хотел мстить или убивать кого–то. Воспоминания об этом кольнуло в области груди. На тот момент движимый инстинктами, адреналином в крови и, не знаю чем еще, — это казалось так просто. Одно движение и все — нет человека, ушла жизнь. Чем больше думаю об этом, тем страшнее становится. А подумать времени у меня было много, учитывая мое состояние.

Кстати, об этом: неделю я был прикован к постели, хотя сложно назвать грубую циновку постелью, залечивая свои раны. Именно что залечивая. Сам. Порезы, ссадины и ушибы проходили сами. И я это чувствовал. Там на арене, я это не осознал в горячке боя, но сейчас понял, что во мне, наконец, проснулась магия. Та самая энергия проходила через меня сращивая кости, затягивая порезы и укрепляя мой организм. Постепенно я все лучше контролировал этот поток и мог уже самостоятельно влиять и ощущать те или иные процессы в своем теле. Мое зрение и слух стали острее. Тактильные ощущения заметно улучшились. Стал лучше чувствовать пространство вокруг. Я даже мог почувствовать влажность, температуру и давление воздуха, чтобы определить будет дождь или нет. Но самое главное я стал сильнее и быстрее, что заметили и остальные.

— Уже посильнее маленькой девочки, — констатировал Гронд.

Не успел я оклематься, как жизнь вернулась к прежнему расписанию. Как не странно, но тяжелый и изнурительный труд выбивал из головы все дурные мысли. Вот и сейчас тренировки отвлекали и хоть как–то спасали от бренности бытия.

Гронд — неоднозначная личность. То есть я хочу сказать, что я еще не решил, как к нему относится. Вроде бы словами он меня унижает, презирает как раба, но я все равно не уверен, что он таков. Вот он назвал меня слабаком, но при этом косится на меня как–то странно. Как именно, я пока не понял. И именно этот взгляд улетучивает всё то отвращение к нему, которое, по логике вещей, я должен к нему испытывать. Хотя, может быть, мне все это просто, кажется?

— Ты одержал свою первую победу в бою. За это хвалю, — как неожиданно. — Хотя я наблюдал — ты был жалок. Но хозяин считает, что может заработать на тебе. Ну, ему виднее. И поэтому нам надо ускориться, хоть я этого и не хотел.

После этих слов я немного напрягся. Его методы и без этого были не самыми мягкими.

— Поэтому с завтрашнего дня начнешь осваивать меч. На сегодня закончили, — развернулся он и ушел.

После окончания тренировки с Грондом у меня еще оставалось времени до следующей с Дарком. Этого времени мне хватило, чтобы сходить на кухню и взять себе еды.

— Приятного аппетита! — услышал я голос своего учителя за спиной. Но перед этим я почувствовал его приближение. Новые способности меня очень радуют!

— Спасибо! — буркнул я, дожевывая последние куски лепешки.

Дарк в это время приблизился ко мне и начал внимательно рассматривать. Покрутился вокруг. Подергал меня. Сделал еще один оборот вокруг меня, а в конце сложил руки на груди, так и остановился, пристально смотря на меня.

— Когда? — край его губ коснулась улыбка.

— Там на арене, — ответил я на его улыбку своей. Сначала я хотел скрыть этот факт ото всех. Так сказать, держать козырь в рукаве и в нужный момент воспользоваться этим. Но я не понимал, как это осуществить, потому что мои изменения слишком очевидные. Это, во–первых. А во–вторых, как ни крути, для развития данного навыка мне необходим учитель. И было бы глупо скрыть его от Дарка, который и являлся тем самым необходимым учителем.

— Это отлично! — хлопнул он меня по плечу. — Давай расскажи о своих ощущениях.

— Оно…льется! — кое–как я подобрал подходящее своим ощущениям слово.

— Точно. Так это и работает. А теперь возьми этот поток и сделай с ним что–нибудь, — его охватило возбуждение.

Я не совсем представлял, как это все провернуть, поэтому решил просто с импровизировать. Подобрался, приготовился и замер. Но ничего так и не случилось, кроме того, что уже делал — манипуляции с собственным телом.

— Ну? — Дарк с ожиданием все это время наблюдал за моими потугами.

— Это все, — констатировал я.

— Как все? — не понял он. — Ничего же не происходит.

— Происходит. Просто вы этого не видите, — на его удивленный взгляд я продолжил. — Мое тело изменяется. Я могу его контролировать с помощью этой самой энергии. То есть, полностью контролировать вплоть до работы органов. Понимаете?

— Хмм, я что–то слышал о таком ранее, — задумался он. — Если я все правильно понял, то их называют берсеркерами. Обладают огромной силой, быстрые, а убить их практически невозможно из–за их регенераций, которая может излечивать прямо посреди битвы. Ты должен это скрывать как можно дольше, — его тон стал необычайно серьёзным.

— Почему? — не понял я.

— Потому что, таких как ты, делают своим оружием. Приберут к рукам влиятельные люди. А как ты сам знаешь, у таких людей всегда имеются враги, и вот они не позволят такому оружию быть где–то, кроме как у них самих. А в твоем случае, — указал он на ошейник, — с тобой именно так и поступят.

Я невольно прикоснулся к ошейнику, и он ответил мне жгучим теплом. Неприятным теплом, напоминающим мне, что я вещь. Теперь же, вдобавок к этому я еще могу стать чьим–то оружием. Нет, так быть не должно. Должен же быть какой–то выход.

— Но если берсеркеры такие сильные, то ведь можно никому и не служить, разве не так? — задал я закономерный вопрос.

— Если бы все было так просто. Их силы, как правило, обнаруживаются на самой начальной стадии, когда они еще не сформировались. После их забирают себе, надевают на них ошейник и взращивают. Если ты свободный, то подстроят так, чтобы сделать тебя рабом — перебьют семью, ну или просто выкупят. Если ты из знатной семьи, то тогда да — выбор еще имеется. А так… — нахмурился он.

— Звучит, будто о каких–то псах речь, — ужаснулся я своим мыслям.

— Именно так и будет. Тебе дадут цель, натравят на нее, а ты пойдешь исполнять. Выбора–то нет. Единственный плюс, за надлежащее исполнение у тебя будут привилегии — еда, кров, женщины, — рассказал коротко он о моем потенциальном будущем.

— Как кость собаке, — резюмировал я.

— Как кость собаке, — согласился он.

— И что же мне теперь делать? — посмотрел я на него.

— Стараться казаться обычным, и развивать свои способности так, чтобы никто о них не узнал. По крайней мере, постараться, чтобы узнали о них как можно позже, и, может быть, у тебя появиться шанс на свободу, — тяжело вздохнул он.