Салма Кальк – Прямо в сердце (страница 57)
Или дождаться каких-нибудь официальных перемен в своей судьбе, раз уж он согласился на здешние обязанности?
Бонапарт отбыл в Египет в мае прошлого года. Он полагал, что без франкийского присутствия в Фаро расклад сил здесь изменится быстро и обратить его снова в пользу франкийцев удастся потом сильно не сразу и ценой новой военной кампании. Поэтому Дени остался в Фаро, а магическими войсками в армии Бонапарта командовал Антуан, младший из трёх братьев де Риньи. Тьфу, уже не младший и уже не из трёх, маркиз женился-таки на Изабель и у них, как слышал Дени, родился сын.
А его дочка, юная Жанна-Аделина-Бьянка, проснулась и заплакала, Франческа тут же подхватила её на руки и ушла с ней внутрь, в дом. Гости посетовали на поздний час и тоже разошлись. Впрочем, традиционно договорились, в котором часу можно будет собраться завтра.
Но это завтра, а пока можно пойти к Франческе и Аделин, так чаще всего называли девочку.
- Дед просил навестить его завтра утром, - сказала Франческа.
Конечно же, у крохи Аделин были две сменяющие друг друга няни, но Франческа возилась с ней сама и говорила, что ей это нравится. Юному Танкредо летом исполнилось семь, с ним она тоже проводила много времени – они вместе читали и обсуждали прочитанное, сын показывал задания, которые каждодневно задавал ему учитель, и если возникали какие-то сложности, Франческа садилась рядом, объясняла, показывала, где ошибки, если что-то не ладилось в вычислениях. Дени приглядывался – потому что вдруг ему придётся что-то объяснять детям, да не из понятной практики, а из основ теории? Конечно, дома учили хорошо, но вся премудрость быстро забылась.
Сейчас же у него время от времени возникала нужда в знаниях из математики, геометрии, физики. Свойства вещества, вычисления – как взаимодействуют между собой разные магические силы, например. Он всегда полагал, что магия – это вопрос способностей и их контроля, но здешние учёные говорили – все магические действия поддаются описанию и вычислению. И пока он наловчился хотя бы понимать, каким образом всё это вычисляется, прошло вполне ощутимое время.
И нет, Дени не ощущал себя глупым, просто – он знал меньше, чем мог бы. Наверное, в Академии Паризии его бы тоже научили чему-то подобному, если бы жизнь не сложилась так, как сложилась.
Но если случится так, что законы против магов будут отменены, то нужно будет сразу же восстанавливать Академию.
Мысли о возможных переменах связывались с Бонапартом – но он далеко, и кампания идёт вовсе не так легко и блестяще, как здешняя. Флот Полуночных Островов уничтожил франкийские корабли, и даже если возвращаться – это будет непросто. Но Бонапарт что-нибудь придумает, он всегда что-то придумывает. А пока лично Дени де Саважу не нужно никуда бежать и ничего делать, то он займётся задачами на взаимодействие разных магических сил.
Франческа разбиралась и тут – подсказывала, на что обратить внимание, если он не понимал, как решать задачу. Но сейчас задачи числом пять решились, Аделин спала, Танкредо завершил занятия с наставником и тоже уже спал, а на завтра образовалось дело.
- И что нужно его милости Филиппо?
- Я попыталась выяснить, но он не был готов делиться со мной, - покачала она головой. – Или новости, которые просто так не узнать, или что-то от тебя снова нужно.
Его милость великий герцог не стеснялся просить франкийцев о поддержке в разных делах на материке – раз уж Фаро не удалось сохранить нейтралитет, то нужно взять от тех франкийцев всё, так полагал Дени. И думал, что сам не стал бы вести себя так дерзко, как время от времени действовал его милость Филиппо. Конечно, сам облик Фаро просто кричал о той дерзости – мол, если можешь, приди и возьми. Наше золото, наши реликвии, наши артефакты, наши знания. А не можешь – утирайся.
Дени ощущал, что франкийцы пришли и взяли, конечно, и продолжали брать – в первую голову как раз знаниями. И пускали здесь корни – не один Дени женился на местной знатной особе, так поступали и другие. Его милость Филиппо морщился, но молчал. Впрочем, он и по поводу союза Дени и Франчески тоже морщился. И тоже молчал.
- Имеете ли вы известия от тех ваших офицеров, что отправились с Буонапарте на юг? – спросил он Дени, когда тот поутру заглянул к нему.
Его милость называл командующего на местный манер, подчёркивая его не вполне франкийское происхождение.
- Время от времени, да. Полагаю, ваша милость тоже получает известия от ушедшей армии.
- Да, верно. И если англицийские моряки уничтожили франкийский флот, то быстро вернуться в случае нужды они не смогут.
- Скорее всего, так, - кивнул Дени.
Все здесь знают, что существуют порталы. И что в случае нужды портал Саважей поможет спасти тех, кого не спасти иначе.
Но и портал тоже может не успеть, об этом знают всё. Так что…
- Вчера мне дали понять, что наши северные сухопутные границы более не в безопасности.
Значит, вот в чём дело.
- Империя?
- Она самая.
- Провокации? Нападения? Попытки перейти границу?
- Пока нет, но могут случиться в любой момент.
- Проследим, - пожал плечами Дени.
Это понятно, и это входит в условия договора. Он уже был готов браться за зеркало и раздавать поручения, когда его милость продолжил:
- А если магические силы противника окажутся превосходящими?
- Там и посмотрим. И сдаётся мне, мы с вами должны быть на одной стороне. Или вам наскучили франкийские маги, вы желаете видеть в Фаро имперских солдат?
- Франкийские маги уже давно ведут себя прилично, - покачал головой его милость. – Как будут держаться имперские солдаты, я не знаю.
- И надеюсь, пока не горите желанием узнать. Вместе мы – сила. По отдельности вряд ли что-то выйдет.
- Скорее всего, да, - качал головой его милость Филиппо. – Но мне приятно осознавать, что вы здесь не просто так и поможете нам в сложной ситуации.
В переводе с дипломатического на человеческий это звучало – если у нас возникнут сложности, мы отправим вас вперёд, а уж если вы не справитесь, там посмотрим.
- Если ситуация окажется сложной – безусловно, - Дени поклонился с улыбкой. – Осталось оценить степень сложности. Если опасность высока, я не оставлю в Фаро супругу с детьми, они отправятся в Саваж сегодня же. Он безопасен.
И по вмиг побледневшему лицу его милости понял, что удар попал в цель.
- Нет, нет. Не смейте увозить Франческу и Танкредо, - его милость нахмурился.
- Если мы здесь будем воевать – увезу непременно, - Дени оставался холоден и спокоен. – И мне не понадобится для того много времени. Вы и сами должны быть заинтересованы в безопасности наследника.
- Я… заинтересован. И полагаю, опасности нет, - тихо сказал его милость Филиппо.
- Вот и хорошо. Пусть так и остаётся, - кивнул Дени, поднимаясь.
И всю дорогу до дома думал – что из сказанного можно будет обсудить в своём тесном кругу вечером.
Впрочем, с Франческой он именно что обсудил всё.
- Не беспокойся, - тут же сказала она. – Будет опасно – отправимся в Саваж. Портал в помощь. Нянек и наставников прихватим с собой. Давно хотела посмотреть на ваши горы.
Он выдохнул – и улыбнулся. Хорошо, что хотя бы дома не нужно ни с кем воевать.
4. Грядут перемены
Впрочем, воевать не пришлось. Имперские войска просочились через горы и постепенно заняли все территории, завоёванные Бонапартом совсем недавно, но на территорию Фаро не двигались. Пока.
Дени не сомневался, что ещё двинутся, но вдруг случится чудо, и император передумает? Он понимает, с кем его войскам придётся иметь дело. А у него там, между прочим, живёт принцесса Мари-Луиз – дочь казнённого короля. Ей сейчас уже должно быть лет двенадцать. Так и останется при дворе своего деда или кто-то к ней посватается?
Но всё это оказалось совершенно не важным после известия из Франкии – Бонапарт вернулся. С небольшим количеством ближних людей, среди которых оказался и Антуан де Риньи, тайно, одним фрегатом, лавируя и скрываясь от англицийской эскадры. Основная часть франкийского корпуса оставалась в Египте, и небольшая часть военных магов – там же. Очень хотелось понять, что же случилось.
И случай представился очень скоро – Антуан связался с Дени по просьбе командующего и передал приказ – прибыть в Паризию. Полномочий не сдавать, только лишь передать на время. Основную часть отряда оставить в Фаро – для поддержки и охраны.
- И что же, ты отправишься? – тревожилась Франческа.
- Конечно. Я вроде как обещал, - вздохнул Дени.
- Кто будет за тебя?
- Анри де Риньи, и Франсуа де Вьевилль.
Гийом де Вьевилль очень хотел в Паризию и очень просился с Дени. Дени разрешил. Его младший брат тоже хотел в заварушку, все они полагали, что заварушка неизбежна, а дед обоих братьев, королевский маршал Вьевилль, только хмурился – мол, куда торопятся, успеют ещё. Правда, потом говорил Дени – что на их месте тоже бы рвался в настоящее дело.
Более того, оказалось, что Гийом де Вьевилль сговорился с Жерменой дель Мориони, старшей племянницей Дени. И накануне отбытия они произнесли обеты на рассвете, связав себя тем самым на всю оставшуюся жизнь.
- А почему тайно? – не понял Дени.
Жанетта тоже была призвана и даже на некоторое время утратила дар речи.
- Мама, скажи честно – ты поступила бы по-другому? – прямо спросила её Жермена.
Она нынешним летом завершила своё обучение в Ордене Света, но примерно треть курсов у неё была в Ордене Луча, наследие не отбросить. И конечно же, она собиралась в Паризию с мужем.