Salina – Проклятая королева (страница 13)

– Марисса, – голос Дэльтрана был приглушённым, но в нём слышалась недвусмысленная жёсткость. – Вам не стоит так открыто появляться среди гостей – ни одной, ни в компании моего брата. Или любого другого мужчины.

Он сделал паузу и посмотрел на неё пристально. – Вы же понимаете, вы можете быть скомпрометированы. Двор не прощает слабости и не терпит ошибок. Особенно от королевы.

Марисса медленно повернула к нему голову, и её взгляд стал холоднее. Она чувствовала, как внутри поднимается волна ледяного достоинства.

– Наш союз зыбок, – продолжил Дэльтран, – и всё может пойти не так, как… как мы оба хотим.

Он запнулся. Слово выскользнуло раньше, чем он успел его обдумать.

Марисса чуть приподняла подбородок.

– Мы оба хотим? – спросила она спокойно. – А чего, по-вашему, мы хотим?

Он не успел ответить.

– Моя королева! – с лёгким порывом к ним подбежала Лианна, сияя. – Наконец-то я вас нашла!

Она на секунду задержала взгляд на Дэльтране и, изящно присев в реверансе, обратилась уже только к Мариссе.

– Позвольте представить вам моего старшего брата. Он недавно вернулся с путешествий. Он побывал почти во всех уголках света.

За ней стоял мужчина лет тридцати, с открытым лицом и умными глазами. В его чертах легко угадывались родственные линии с Лианной – та же линия подбородка, те же внимательные глаза. Но в нём было что-то ещё – лёгкость, уверенность и чуть насмешливая живость, как у человека, познавшего мир и не слишком склонного к придворным условностям.

– Очень приятно, – сказала Марисса с лёгкой улыбкой.

– Антуан, – представился он, кланяясь с непринуждённым обаянием. – Поверьте, когда я вернусь в Скалденн и скажу, что беседовал вот так – просто, лицом к лицу – с самой королевой, мне никто не поверит.

Марисса улыбнулась, сдержанно, но тепло.

Лианна, заметив, что брат слишком увлёкся, осторожно дёрнула его за рукав.

Антуан, словно вспомнив о чём-то, поднял два кубка, один из которых держал в руке.

– Не сочтите за дерзость… – он сделал паузу, подавая ей один из кубков. – Но позвольте выпить с вами за знакомство. Это будет честью для меня.

Он без колебаний осушил свой кубок.

Марисса приняла поднесённый бокал, коснулась губами, но пить не стала. Она не любила алкоголь на публике, особенно под пристальными взглядами. А взгляд, который она чувствовала сейчас на себе, жёг сильнее любого вина.

Дэльтран.

Он стоял чуть поодаль, напряжённый, как натянутая тетива. Его глаза были прикованы к ней и Антуану. И в этом взгляде не было ничего нейтрального.

– Ну что ж, – весело сказала Лианна, схватив брата за руку, – мы с вами ещё обязательно поговорим, но сейчас вас явно ждут.

Антуан, поклонившись, удалился вслед за сестрой, и как только они исчезли в толпе, Марисса медленно повернулась к Дэльтрану. Не глядя, протянула ему кубок.

– Как интересно… – произнесла она тихо. – У нас, оказывается, принято вот так – без спроса – подносить королеве вино. Или вы думаете иначе?

Дэльтран взял кубок у неё из рук, не сводя с неё взгляда. Его губы чуть дрогнули в едва заметной усмешке.

– Мне кажется, или вы ревнуете? – добавила она уже более открыто, всматриваясь в его лицо.

Он, не сказав ни слова, резко поднял кубок и залпом выпил.

– Ничуть, – бросил он. – Просто наблюдаю.

– Знаете, – тихо сказала Марисса, чуть повернувшись к Дэльтрану, – я, пожалуй, пойду в свои покои. Шумные сборы – не совсем то, что я люблю.

В её голосе не было упрёка, но вежливое отстранение звучало отчётливо.

Дэльтран едва заметно вздохнул, опуская взгляд на пол, а потом снова посмотрел на неё.

– Если позволите… я провожу вас.

Марисса кивнула.

– Хорошо.

Они молча вышли из зала, оставив позади музыку, смех и золото свечей. Коридор, по которому они шли, был прохладен и почти безлюден. Их шаги отдавались в каменных стенах ровным, спокойным эхом.

Дэльтран шёл немного позади неё, будто не решаясь идти рядом. Его мысли гудели, словно ветер в грозовую ночь.

Что вообще со мной происходит? Почему я сказал всё это? Почему позволил себе этот тон? – он сжал пальцы в кулак, незаметно для неё.

Воспоминания о недавнем разговоре метались в голове, как потревоженные птицы. Он вспоминал, как смотрел на неё, как хотел предупредить, предостеречь… но вместо этого – упрёки. И глупое раздражение.

Почему меня злит каждый, кто к ней приближается? Почему я с трудом сдерживаю себя, когда вижу, как она улыбается другому? Это ревность? – он резко выдохнул. Нет. Не может быть. Мы – политический союз. Всё остальное – иллюзия.

Но эта иллюзия начинала обретать плоть и кровь.

Они остановились у дверей в её покои. Марисса обернулась. Её лицо было спокойным, взгляд – прямым и ясным. В этот момент она вновь была королевой. Уверенной, собранной, и одновременно – далёкой.

– Спасибо, – сказала она мягко. – И спокойной ночи, Дэльтран.

Он чуть склонил голову, собираясь ответить, но она уже развернулась и, не торопясь, открыла дверь.

И прежде чем он успел сказать хоть слово, Марисса скрылась за тяжёлой створкой и закрыла её. С глухим щелчком повернулся ключ.

Дэльтран остался стоять в коридоре. Несколько долгих секунд он смотрел на закрытую дверь, затем медленно выпрямился, будто стряхивая с себя всё ненужное, и ушёл прочь, шаг за шагом возвращаясь в привычную роль наследного принца. Но внутренний голос всё ещё шептал:

Ты злишься, потому что хочешь её. Потому что она уже не просто союз. Она – опасность для твоей холодной логики.

Щелчок замка прозвучал в тишине как окончательная точка. Марисса на мгновение прижалась лбом к холодному дереву двери, закрыв глаза. Потом выпрямилась, сделала несколько шагов вглубь покоев и остановилась, позволяя себе наконец выдохнуть.

Тишина. Только потрескивание огня в камине. Только пульс в висках, чуть учащённый.

Она сняла кольцо с руки, положила на мраморную тумбу и подошла к окну. Шторы были распахнуты, снаружи темнело. Дворец был погружён в полумрак, где-то вдали слышался звук копыт и звонкий смех фрейлин.

Почему он вдруг начал так говорить со мной? Почему этот тон? – Марисса прикусила губу, уставившись в черноту за стеклом. – Он прав, конечно. Двор действительно не прощает слабости. Но с каких пор я – слабость? Для него? Для двора?

Дэльтран был всегда рядом. С детства. Противоречивый, гордый, порой жесткий. И в то же время – надёжный.

Но сейчас… в его взгляде, в словах, было что-то другое. Что-то напряжённое. Почти болезненное.

Марисса прикоснулась пальцами к губам – не от воспоминания, а от мысли, что этот человек, с которым её хотят связать браком, сам ещё не понимает, что происходит внутри него. Или боится признать.

И Севарион… Его взгляд был мягким, тёплым, почти заботливым. Рядом с ним она чувствовала себя иначе. Спокойнее. Свободнее.

Я не принадлежу никому, – подумала она. – Я – королева. И сама буду решать, с кем говорить, кому доверять, кого любить.

Сняв украшения и расстегнув корсет, Марисса села на край кровати. Огонь в камине отбрасывал на стены длинные тени, и комната наполнялась покоем. Но внутри неё покоя не было. Только мысль, что утро снова всё изменит.

И с кем бы ни пришлось играть в эту игру власти, я не позволю никому лишить меня моего голоса.

Она легла, не зажигая свечей, и позволила себе лишь одно – закрыть глаза и на мгновение представить, что рядом не шумный двор, не политика, не ожидания матери и не напряжённые взгляды мужчин. А просто тишина. И сердце, которое бьётся только в ритме её собственной воли.

Марисса даже не заметила, как провалилась в сон. Последняя мысль растворилась в темноте, как пламя свечи, погружая её в глубокую, тяжёлую дрему. Ночь выдалась удивительно тихой – за окнами не шумел ветер, не скрипели ставни, не слышалось даже шагов стражи в коридоре. Всё казалось застывшим.

И вдруг…

Что-то изменилось.

Словно холодный воздух коснулся кожи.

Словно кто-то был рядом.

Марисса резко проснулась, но её разум ещё плыл где-то между сном и явью. На неё давило какое-то странное ощущение: тяжесть, тревога, инстинктивный страх. Она распахнула глаза – и сердце сжалось.