Сабин Мельхиор-Бонне – Оборотная сторона любви. История расставаний (страница 54)
Гордость величайшего поэта России ущемлена. Он делается вспыльчивым, раздражительным; у него «кровь в желчь превращается». Его недруги ухмыляются; когда он сопровождает блистательную госпожу Пушкину на дворцовые балы, они не стесняются называть пару «Венерой и Вулканом». На фоне все более злых шуток, что появятся позже, эта звучит еще достаточно невинно; светские сплетни сдабриваются «крупной солью светской злости»; против «африканца» плетутся интриги. Он мечтает сбежать, чтобы положить конец безумным тратам и цензуре, выбраться из этого удушающего круга и вновь обрести легкость и точность письма, свойственные его искусству. Полиция продолжает вскрывать его корреспонденцию, а Бенкендорф доводит до его сведения, что император считает его неблагодарным; сам же Николай I вычеркнул кое-какие пассажи из «Медного всадника». Натали не делает никаких попыток понять мужа; захваченная подготовкой к балам, она собирается представить ко двору двух своих сестер, «ручку от метлы» Екатерину, которую Пушкин ненавидит, и Александру, к которой он относится даже слишком хорошо. Из-за крайней нужды поэту приходится занимать деньги и закладывать драгоценности.
Именно тогда в Петербург прибывает Жорж Дантес, молодой французский кавалер-эмигрант, приемный сын барона Геккерна, могущественного дипломата, посланника нидерландского двора в России (злые языки обвиняют его превосходительство в том, что он испытывает к молодому французу страсть); при такой поддержке карьера соблазнительного кавалера обеспечена; в 1834 году Дантес получает чин лейтенанта, затем становился кавалергардом, его принимают при дворе. Красивый, галантный, веселый и беззаботный, прекрасный танцор и всадник, он умеет пользоваться своим шармом и приводит дам в смятение. Красота госпожи Пушкиной, этой «лилии на стебле», производит на него впечатление. В нетерпении он ухаживает за ней так нежно, так настойчиво; они выглядят очень подходящими друг другу, и, когда эта великолепная пара танцует мазурку, множество лорнетов направлено на нее. Какая молодая женщина не была бы польщена такой честью? Настроенная на развлечения, Натали беззаботно радуется своим успехам. Они становятся неразлучны. Она не слышит кудахтанья клеветников. Княгиня Вяземская предостерегает ее, а император советует подумать о своей репутации.
Пушкин невольно прислушивается к намекам и дерзким смешкам. В 1836 году он буквально раздавлен финансовыми трудностями, юношеские мечты потускнели, «лета шалунью рифму гонят». Он озлобляется и даже ищет ссоры с теми, чьи улыбки и бесцеремонные взгляды кажутся ему оскорбительными: так, едва не состоялась его дуэль с писателем Соллогубом. Он все реже бывает весел. Поэт то пускается в загул, то впадает в задумчивость; он чахнет и каменеет.
Хмурым ноябрьским утром 1836 года курьер доставляет Пушкину три экземпляра анонимного письма:
Кавалеры первой степени, командоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д. Л. Нарышкина [супруг постоянной любовницы Александра I], единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена[59].
Написано на дорогой бумаге, почерк искаженный, но стиль безупречный. Письмо было направлено многим друзьям поэта. Возможно, поначалу Пушкин хочет бросить его в огонь, но потом решается показать Натали. Молодая женщина страшно разволновалась, побледнела, разрыдалась и стала оправдываться: конечно, она была слишком снисходительна к ухаживаниям галантного кавалера, она признает свою неосторожность и кокетство, но ее нельзя упрекнуть в чем-либо более серьезном — кто угодно это подтвердит. Пушкин несчастен, но верит Натали; она всегда была верной женой. Супруги склонились к мысли, что почерк изменил старик Геккерн, враждебно настроенный к Пушкину и ревнивый.
Здесь трудно что-нибудь сказать с уверенностью. Действительно, бумага могла быть отправлена из посольства, ее мог написать Геккерн или кто-то из его окружения. Намек на любовницу Александра I косвенным образом мог указывать на Николая I, поскольку муж-рогоносец получил от Александра в качестве платы за молчание высокооплачиваемую должность историографа; но это было очень рискованно и требовало большой отваги, потому что оскорбление величества — а это рассматривалось бы именно так — жестоко каралось, поскольку царь не мог быть ни в чем обвинен. Может быть, кто-то хотел спрятать фигуру Дантеса и бросить тень на неприкосновенного монарха, чтобы избежать скандала и запутать следы? Если, как думает Пушкин, все это затеял Геккерн, исполнителем мог быть министр иностранных дел Нессельроде, который его ненавидит, или же, согласно недавним графологическим экспертизам, князь Долгоруков, молодой заговорщик с не очень хорошей репутацией. Пушкин нажил себе множество врагов. Дантес, безусловно, был очень сильно влюблен в Натали, но она, мать нескольких детей, беременная на пятом месяце, — женщина принципиальная, заботящаяся о своей репутации; мелкие интриги ее не интересуют, и галантные ухаживания остаются без последствий. А если речь идет о большой любви? Она по-своему ответила на настойчивые признания красавца Дантеса, нежно и спокойно: «Я люблю вас, но не требуйте от меня никогда ничего, кроме сердца, потому что все остальное не принадлежит мне…»
Пушкин в ярости, ожесточен, раздражен, жаждет мести, полон отвращения и презрения и, возможно, испытывает все эти чувства одновременно. Анонимное письмо — это унижение, сказанное в нем — оскорбление. Как только честь оказывается под вопросом, пусть даже косвенным образом, она потеряна, потому что честь может быть только абсолютной. Теперь он должен защищать не только честь мужа, но и человеческое достоинство. Его жена оклеветана, его имя смешано с грязью; с него как будто содрали кожу, и это толкает его к действию. Период большой душевной смуты проходит, он чувствует себя получше; по словам Вяземского, супруги вновь живут в согласии. Пушкин придумал месть: он решает не атаковать Геккерна, которого по-прежнему считает автором письма, а провоцирует на дуэль его сына, молодого фанфарона. В глубине души он сознает: чтобы обрести покой, ему нужно убить его. Однако вскоре он в устной форме отказывается от своего намерения, потому что ему стало известно о новых махинациях Геккерна.
Геккерн очень бы хотел, чтобы дело окончилось миром, потому что скандал может уничтожить его дипломатическую карьеру, а также он стремится обезопасить сына. Он отвергает все обвинения, но так встревожен, что придумывает уловку, чтобы избежать дуэли: решает женить Дантеса на сестре Натали Екатерине, в которую он якобы давно безумно влюблен (а вовсе не в жену Пушкина). Некоторые наивные души верят ему, и весь свет говорит только об этом. Засидевшаяся в девицах Екатерина в восторге от такой удачи и без колебаний принимает предложение. «Жених» не так покладист, как рассчитывал его отец, и потребуются долгие увещевания, прежде чем он согласится на этот план. Свадьба состоялась 10 января 1837 года, на ней присутствовал весь Петербург. Дантесу больше ничто не угрожает, но ни о каком примирении между зятьями речь идти не может. Нервы Пушкина на пределе, его лихорадит; он запутался в домашних делах, долгах, слухах, лжи, запретах, уже невыносимой цензуре. Он худеет и исходит ненавистью. Никто не может его унять, и он требует выяснения отношений при помощи оружия.
Главную ответственность за разыгравшуюся драму несет Геккерн. Пушкин делает вид, что верит в его версию событий, но хочет уничтожить сразу обоих, отца и приемного сына. В двух жестоких письмах он обвиняет Дантеса в том, что именно тот является жалким автором гнусных анонимных писем. Потом нападает на барона: «Вы отечески сводничали вашему сыну…», «Подобно бесстыжей старухе, вы подстерегали мою жену по всем углам, чтобы говорить ей о любви вашего незаконнорожденного или так называемого сына…». Концовка письма непоправима: «Я хочу, чтобы вы дали себе труд самому найти основания, которые были бы достаточны, чтобы побудить меня не плюнуть вам в лицо»[60]. Тем, кто еще ратует за примирение, он гордо отвечает, что желает, чтобы его имя осталось незапятнанным везде, где его знают. Дантес продолжает вести себя дерзко, его женитьба ничего не изменила. Во время нечаянной встречи, подстроенной одной нечистоплотной знакомой, Дантес умоляет Натали бежать с ним за границу. Возмущенная молодая женщина уходит, но муж немедленно получает анонимное сообщение об этой встрече. В закрытом светском мирке, где постоянно циркулируют сплетни, пути недругов нередко пересекаются; поэт играет незавидную роль обманутого мужа, его напускная веселость не в состоянии скрыть стыда и гнева. От дуэли он ждет исправления ситуации, освобождения и отказывается дать противнику отсрочку. Отказываться больше невозможно. Дантес же, со своей стороны, не хочет прослыть трусом.
Дуэль назначена на среду, 27 января (8 февраля). Предупрежденные секунданты встретились и обговорили детали. Как остро в свете реальных событий воспринимается пророческая сцена дуэли из «Евгения Онегина»: