Сабин Дюран – Солги со мной (страница 44)
Куда только подевалась уверенность и надменность!
Эндрю решительно взял ситуацию под контроль.
– Мы будем здесь, никто никуда не уйдет. Домом пользоваться можно, да? Это не запрещено?
Гаврас пожал ему руку.
– Благодарю. Да. Я уверен, что… Да. Я приду… м-м… позднее.
Он повернулся, сделал шаг и помедлил.
– Мистер Хопкинс, на два слова…
Эндрю оторвался от стола, на мгновение коснувшись плеча Элис. Отошел с Гаврасом в сторонку.
Я попробовал читать по губам.
– Как думаешь, о чем они говорят? – спросил я у Элис.
Она не ответила. Я обернулся. Ее телефон лежал на столе, но сама она исчезла.
– Элис! – позвал я. – Тина!
Ни звука в ответ.
Эндрю шагал по террасе обратно.
– Пол, на два слова, если позволишь.
На два слова… Прямо как Гаврас! Ему непременно надо руководить, раздавать указания.
– Конечно, – кивнул я.
– Хочешь сесть?
– Нет.
– Ладно. Должен тебе сообщить, что лейтенант особенно настаивал, чтобы дом не покидал ты. И я заверил его, что за этим прослежу.
– Я?
– Знаю, столько всего произошло, но у него еще остались к тебе вопросы по поводу твоих взаимоотношений с Лорой Крэтчет. Чрезмерно волноваться пока причин нет.
– Лорой Крэтчет? – В первое мгновение я не понял, о ком он. – У меня нет никаких отношений с Лорой Крэтчет!
– Я только повторил, что он сказал.
Он смаковал каждое слово. Сволочь!
Я уставился на него, но пересмотреть Эндрю не было никаких шансов. Где-то вдалеке за ним набегали на берег волны. Мчалась по лазури моторка, оставляя позади узкую пенную полосу, как след от самолета.
Я направился прямиком в спальню к Элис. В дверях столкнулся с Тиной.
– Будь поласковей, – прошептала она.
Элис лежала на кровати лицом в подушку. Влажное платье измялось и перекрутилось вокруг ног.
– Мне так жаль! – произнес я. – Так жаль, что ты ошиблась! – Я сел на кровати и погладил ей волосы, заметив у нее на лбу жемчужинки испарины. – Кошмар! Если все так. Это просто ужасно – для Ивонн, для тебя, для всех…
Она испустила долгий, глубокий, дрожащий вздох, и я позабыл о собственных волнениях, потому что на меня накатила очередная волна нежности и жалости. Я думал о всем том времени и деньгах, которые она потратила на эту кампанию, сколько души в нее вложила, о том, что исчезновение Джесмин, девушки, которую она не знала лично, чуть не лишило ее рассудка, и мне захотелось укутать ее одеялом, взять на руки и прижать к груди.
Я пригладил обратно прядь ее волос. Снова заговорил о том, как полагаются на нее люди, какую необыкновенную жертвенность она проявила, как поддерживала Ивонн, сколько взвалила себе на плечи, как стоически несла бремя надежды и какая она изумительная мать.
– Я считаю, что ты… – Мой голос сорвался. – …чудесная!
День постепенно перетекал в вечер, жара спадала. Я лег рядом.
Темный силуэт в дверях. Эндрю. Стоит и смотрит. Когда он здесь появился? Вряд ли давно… Протянул руку. На ладони лежил телефон Элис. Накрыл его второй рукой.
– Это Карл. Я ответил. Извини…
Она села, внимательно посмотрела. Вспотевшие волосы прилипли к лицу. На щеках виднелись розовые полосы от подушки.
Так Саломея принесла Иродиаде голову Иоанна Крестителя…
– Хочет с тобой поговорить, – добавил Эндрю.
Элис спустила ноги с кровати, одернула мятое платье и нетвердыми шагами направилась к нему. Заправила волосы за уши и, взяв телефон, толкнула дверь на террасу. Я отчетливо слышал ее голос.
– Карл, дорогой! Как она?.. Я уверена… Просто ум за разум… Самое худшее…
Какой-то звук. То ли вздохнула, то ли вздрогнула.
– Она выдержит?.. Если хочет. И может… Да, конечно…
Долгое молчание, и снова ее четкий голос.
– Дорогая моя! Дорогая!.. Мы не знаем наверняка, но… Не могу сказать, как сильно я…
Долгая пауза.
– Да, знаю.
Эндрю вышел следом. Может, обнимает ее сейчас за плечи…
– Нас просили не покидать дом, – продолжала она. – Но как только смогу, я к тебе приеду.
Долгое молчание и снова ее голос, мягче:
– Мы не знаем…
Еще пауза.
– Все мои мысли, вся моя любовь с тобой!.. Ивонн… Мне так жаль, так жаль!..
Тишина.
– Она ушла. Повесила трубку.
Элис вернулась в спальню одна. Я так и лежал, не шелохнувшись.
– Как она?
– Все еще в шоке. С ней полицейские.
– Естественно. Как минимум хотят понаблюдать за ее реакцией.
– Ты о чем?
– А тебе никогда в голову не приходило?
– Пол, не начинай.
– Она знала про колодец? Убийца Джесмин мог знать. Апартаменты «Барбати» были далеко?
– Ради бога, Пол, не сейчас!
Направилась в ванную. Послышался плеск воды в раковине. Умывалась и чистила зубы. Когда легла рядом, я почувствовал влажность щек и мятный аромат дыхания.