Рыков Дмитрий – Кроссворд короля Агрида (страница 3)
– Стой!
Его напарник оказался еще более рьяным в выполнении служебных обязанностей и, одним прыжком оказавшись рядом со своим товарищем, тоном фельдфебеля, обучающего строевой науке неумелого новобранца, заорал на Гийома, дико вращая и глазами, и бровями, причем одновременно и в разные стороны:
– Стоять-молчать-на вопросы отвечать!
Принц лишь покачал головой, удивившись столь нелюбезному приему, но из уважения к профессии этих людей вежливо сказал:
– Как же, позвольте узнать, я смогу ответить на ваши вопросы молча?
Маленький стражник подлетел чуть ли не до уровня стремящегося ввысь коллеги и почти на лету запищал:
– Ишь, какой умный! Да ты знаешь, где находишься? Ну-ка, говори, откуда ты и куда едешь?
Гийом лишь вздохнул, взялся руками за седло и слез с Вихря. Заметив, как сжались на алебардах пальцы рук неприветливых пограничников, он объяснил им свое движение:
– Не хочу, господа, говорить с вами свысока, простите за каламбур. А еду я с западного края на край восточный.
В быстрых глазах долговязого мелькнуло любопытство, и он спросил:
– С какой целью?
– Хочу посмотреть мир, – пожав плечами, ответил Гийом, – пока я еще молод и у меня еще есть такая возможность. Иными словами, путешествую.
– Значит, у тебя добрые намерения? – придвинувшись к шлагбауму ближе, задал свой вопрос «бочонок»
– Самые что ни на есть добрые, – улыбнувшись, произнес путник.
– Уф!.. – хором воскликнули вояки и, как по команде, провели ладонями по лбам, вытирая выступивший от напряжения пот.
– Ты не сердись на нас, юноша, – сказал худой и высокий, – у тебя и по лицу видно, что ты хороший малый, но у нас такой строгий начальник…
– Ох! Такой строгий! – подтвердил толстый и низкий.
– Так что по регламенту, – продолжил первый, – без этих вопросов обойтись нельзя. Вот они тут все в инструкции, один за другим… – и он достал из сумки огромную пухлую книгу, своими размерами больше напоминающую длинный исторический роман, чем обычный перечень правил.
– А, теперь мне понятна ваша неучтивость, – вновь улыбнулся наш герой. – Видимо, составлял этот фолиант очень педантичный и строгий служака.
– О, – махнул рукой толстячок, черты лица которого настолько разгладились, что уже придали ему выражение человека, встретившего старого друга, – составлял его никто иной, как наш бравый генерал Атьдвагард – защита рубежей и опора боеспособности! Мы-то в жизни ни одного врага, ни одного злодея не видели, но он считает, что солдат всегда должен быть в форме, дабы не подкачать в момент неожиданно возникшей опасности.
– И как же называется ваше королевство? – спросил наш путешественник.
«Бочонок» вдруг нахмурился:
– А ты точно не лазутчик? Все тебе, понимаешь ли, интересно!
– Я не лазутчик, я принц Гийом.
– Принц?! – хором прокричали пограничники, и тут долговязый принялся густо краснеть. Краска покрыла сначала уши, потом лоб, шею, его же товарищ как-то так бочком, бочком попытался спрятаться за коллегу, но ввиду различия пропорций ему это не удалось, и он лишь виновато буркнул:
– А почему ты… Ой, вы… Почему вы одни, без свиты, и… и так просто одеты?
Тут захрипел Вихрь, скосив глаза в сторону стражника, тем самым будто говоря: «Эх, ты, ничего не понимаешь, а еще на государственной службе…»
– Свита мне ни к чему, – спокойно ответил наш герой, – она являлась бы обузой, без нее я могу преодолевать любое расстояние в пять раз быстрее, а богатое платье у меня в сумке – я пользуюсь им только в торжественных случаях, да и так мне, честно говоря, удобнее.
Тут служаки, не просто убедившись в том, что перед ними человек, не представляющий опасности, но и сообразив, что он, возможно, будет высоким гостем, затараторили быстро, взахлеб, перебивая друг друга:
– Королевство наше называется Пируляндией, – весело сообщил пузатик.
– То есть раньше оно называлось Ютландией, – добавил худощавый.
– Западной и Южной, – поправил первый.
– Но потом, когда наш великий король Тиберольд победил могучего колдуна и черного мага Кондегорда…
– Властителя Ютландии Восточной и Северной…
– Он объединил все земли в одно королевство…
– И нарек его Пируляндией…
– Это случилось пятьдесят лет назад…
– И с тех пор у нас нет ни войн, ни голода, ни болезней….
– Правит нами мудрый король Тинкатур с доброй королевой Снигильдой…
– И у них растет красавица дочь – юная принцесса Грета…
– Вот, – оживился Гийом, – это интересно!
– Почему, принц? – подобострастно спросил усач.
– Потому что я хочу не только посмотреть мир, но и найти себе невесту, – пояснил наш путешественник.
– О, нет, – развел руками в стороны долговязый, тем самым выпустив из них алебарду, которая звонко ударилась о будку, прежде чем он резким движением подхватил ее. – Наша Грета несовершеннолетняя. Правда, восемнадцать ей исполнится совсем скоро – через три недели, и вот тогда вы, любезный принц, можете попытать счастья.
– Думаете? – произнес Гийом и на секунду погрузился в размышления. – А впрочем, почему бы и нет? На обратном пути заеду. Конечно, вежливее подождать у вас – я еще не бывал в северных странах – но, судя по только что мною услышанному рассказу, здесь очень скучно – все тихо, спокойно, размеренно… Если ваша принцесса до моего возвращения не выйдет замуж – кто знает? – вероятно, я к ней и посватаюсь. Как мне выехать обратно на восточный тракт?
– Очень просто, – сказал высокий, – прямо, и второй поворот налево.
– Вы уж на нас не сердитесь, – виновато промямлил толстячок, – если бы вы ехали по главной дороге, в десяти лье дальше к западу, вы бы попали на главный пост, через который в основном все и следуют – никто бы не удивился и в дурных намерениях вас бы не подозревал. А здесь проезжают раз в месяц – вы появились вдруг из самой чащи леса, вот мы и насторожились. Извините.
– Ничего страшного, – ответил принц и вскочил на коня, который уже нетерпеливо бил копытом. Натянув поводья и развернув Вихря, Гийом добавил: – Ваш генерал должен гордиться вами. Мимо этого поста и муха не пролетит. Прощайте! – и быстро поскакал в указанном ему направлении, через пару минут и стука копыт не было слышно.
Обрадованные неожиданной похвалой, пограничники долго махали принцу вслед, потом повернулись, и, обнявшись и насвистывая песенку, пошли в будку играть в домино.
Тут я собирался перейти к третьей главе, но меня опять беспокоит возможная реакция просвещенного читателя. «Ха!! – прямо-таки всплеснет руками он. – Ну надо додуматься: “Пируляндия”! Совести у автора нет нас так дурачить! Не было такой страны в истории, не было! Что там у нас на севере? Бенелюксы всякие, Скандинавия также. А о Пируляндии никакой никто ничего не слышал. Да и король там какой-то Тинкатур – не ясно. Карл, Фридрих, понимаешь, Генрих, ну, Гамлет – и то если только принц. А Тинкатура не было! Не было Тинкатура!»
Что мне ответить тебе, всезнающий? Что все это происходило во времена так называемой феодальной раздробленности, когда имелось огромное количество королевств и княжеств, всех названий которых не упомнит и ученый историк? Или что сказка не будет сказкой, если по ее страницам не бегают колдуны, ведьмы, благородные принцы и несуществующие короли неизвестных человечеству государств? Нет, ничего я на это отвечать тебе не буду, мой друг, а только предложу оставить, причем надолго, нашего отважного Гийома – надеюсь, с ним за это время ничего опасного не произойдет – а мы отправимся в столицу этой самой Пируляндии, прямо во дворец к тому самому королю Тинкатуру.
III
Что касается данного королевства, повода его образования, условий существования и процветания – об этом чуть позже, а пока обратим наше внимание на чудесное солнечное утро, какое только может быть поздней весной, когда все дышит свежестью, весельем и счастьем, когда зеленая листва настолько мягка, что хочется потрогать каждый листик, когда в открытое окно врываются не клубы дорожной пыли, а вполне осязаемый запах весны, когда поют птицы и трещат насекомые, когда природа, испытав радость рождения, благоухает любовью и не дает ни одного намека на то, что все это уже было, все так же пело, распускалось и буйствовало красками, но потом устало, высохло, поникло, помрачнело, пришедшая осень дождями размыла цвета и превратила весь мир во что-то одно, серое и скучное – мглистое небо, умершую траву, чавкающую под ногами землю, пока, наконец, не ударил мороз, все не укуталось в белое и не погрузилось в долгий сон…
Ой, я заметно отвлекся.
Так вот, прекрасным ранним утром, встав, скоро совершив туалет, облачившись в необыкновенно хорошо сидящий на его превосходной фигуре мундир, король Тинкатур вошел в свой просторный кабинет, и так как он по причине бьющего из него фонтана хорошего настроения проснулся рано и появился в этом месте, где он каждое утро принимал доклады первого министра, гораздо раньше обычного для их встреч времени, решил не терять его даром. Осторожно, кончиками пальцев, пощупав горло и два раза кашлянув, король запел, будто обращаясь со сцены к невидимым зрителям, а на самом деле к вполне видимому и осязаемому (можно руками потрогать) книжному шкафу со стоящими в нем для приличия несколькими толстыми томами, так как основные литературные богатства были спрятаны в библиотеке у архивариуса: