Руслан Жук – Путь к звёздам. Цикл «Игдрасиль» (страница 18)
2
Они двинулись в темноту. Свет фонарей выхватывал из мрака стены, покрытые барельефами. Те же символы, что и на станции Предтеч. Те же фигуры в коронах.
– Это они, – прошептала Ли. – Предтечи. Но здесь… здесь они другие.
– Что ты имеешь в виду?
– Посмотрите на их лица. На станции они были спокойными, мудрыми. А здесь… здесь они страдают.
Воронов присмотрелся. Ли была права. Лица на барельефах искажала боль. Глаза были закрыты, рты открыты в беззвучном крике.
– Что здесь произошло? – спросил Арани.
– Узнаем.
Коридор привёл их в огромный зал. В центре, на возвышении, стояли саркофаги. Десятки, сотни саркофагов, уходящих в темноту. Каждый был украшен теми же символами, что и стены.
– Это кладбище, – поняла Шнайдер. – Мир мёртвых. Некрополис.
– Но Предтечи не умирали, – возразила Ли. – Они уходили в цифру. В сеть.
– Не все, видимо.
Из темноты раздался голос. Тихий, скрипучий, похожий на шорох песка.
– Вы пришли. Мы ждали.
Из тени выступила фигура. Человек? Не совсем. Слишком бледный, слишком прозрачный, словно сотканный из тумана. Глаза его горели тусклым светом.
– Кто вы? – спросил Воронов, невольно кладя руку на оружие.
– Мы – те, кто отказался. Те, кто не ушёл. Те, кто остался здесь, чтобы ждать.
– Ждать чего?
– Ждать тех, кто сможет нас освободить.
Фигура приблизилась. Теперь они могли разглядеть её – это было нечто среднее между человеком и голограммой. Материя и пустота одновременно.
– Я – Хранитель Некрополиса. Последний из тех, кто не захотел стать цифрой.
– Почему? – спросила Ли. – Почему вы отказались?
– Потому что мы боялись. Боялись потерять себя. Боялись стать чем-то иным. Мы думали, что смерть лучше, чем превращение в… в это.
– Но вы не умерли.
– Нет. Мы застряли между жизнью и смертью. Наши тела ушли, но души остались. Привязанные к этому месту. К этим саркофагам.
Хранитель махнул рукой, и в зале зажглись огни. Теперь они видели всё – тысячи, десятки тысяч саркофагов, уходящих в бесконечность.
– Здесь лежат те, кто не решился. Те, кто предпочёл вечное ожидание вечной жизни.
– Это ужасно, – прошептал Арани.
– Это выбор. Мы сделали его. И теперь расплачиваемся.
Воронов шагнул вперёд.
– Четвёртая часть Ключа у вас?
– Да. Она здесь. В самом центре. В том, кто ждал дольше всех.
Хранитель повёл их через ряды саркофагов. Каждый был подписан – имя, даты, несколько слов на языке Предтеч.
– Что здесь написано? – спросила Ли.
– «Здесь покоится тот, кто не захотел стать богом». «Здесь покоится та, что предпочла смерть бессмертию». «Здесь покоится ребёнок, которого не успели спасти».
– Ребёнок? – переспросила Анита.
– Да. Дети тоже были здесь. Они не понимали, что происходит. Они просто заснули и не проснулись.
Они дошли до центра зала. Там, на отдельном возвышении, стоял саркофаг, отличавшийся от других. Он был больше, богаче украшен, и от него исходило мягкое свечение.
– Кто здесь? – спросил Воронов.
– Тот, кто создал всё это. Наш последний правитель. Тот, кто не смог простить себя за то, что не сумел спасти свой народ.
– Как его имя?
– У него нет имени. Он отказался от него. Сказал, что не достоин.
Воронов подошёл к саркофагу. Положил руку на крышку. И мир снова взорвался.
-–
3
Субъективное пространство. Пустота. Одиночество. Вечность.
Воронов стоял посреди бескрайней равнины, покрытой пеплом. Небо было чёрным, без звёзд. Ветер завывал, принося запах смерти.
– Ты пришёл, – раздался голос.
Из пепла поднялась фигура. Старик с длинной седой бородой, в одеждах, расшитых золотом. Глаза его были пусты.
– Ты – правитель Предтеч?
– Был. Теперь я просто тень. Тень, которая ждёт.
– Чего ты ждёшь?
– Чтобы кто-то простил меня. Но никто не может. Даже я сам.
Старик сел на пепел, обхватив колени руками.
– Я убил их всех. Не своими руками. Своим страхом. Я боялся цифры. Боялся, что мы потеряем себя, если уйдём в сеть. И я убедил их остаться. Ждать. Надеяться на чудо.
– Чуда не случилось.
– Нет. Случилось вот это. Мы застряли между мирами. Не живые, не мёртвые. Просто… ожидание. Вечное ожидание.
Воронов сел рядом.
– Я тоже терял близких. Жену. Сына. Я знаю, что такое вина.
– Ты не знаешь. Ты не нёс ответственность за целый мир.
– Нет. Но я нёс ответственность за свою команду. И я сделал бы всё, чтобы их спасти.
– Даже если бы пришлось стать тем, кого ты боишься?
Воронов задумался.
– Даже тогда.
Старик посмотрел на него. В его пустых глазах зажглась искра.