Руслан Светлый – Княжья воля (страница 17)
- Что так, неужели настолько надоел?
- Уходить, пока Шибай не перекрыл дороги. Ты был верен нам, Стяр, я этого не забуду. Я видел как ты бился с моим братом на насаде и никогда бы не подумал, что ты встанешь на нашу сторону.
Смотрите на него - еле сидит, испарина на сером лбу пузырится, а гонору как у короля.
- Это случилось по принуждению твоего батюшки, - напомнил я. - Так-то я обычно с плохими парнями вожусь.
- Тем не менее я заплачу за твою короткую службу и мы останемся в расчете. Забирай серебро, бери нужное оружие, сброю, коней и уходи. Вировский боярин, насколько я его знаю, будет искать твоей крови. Мы тут с ним сами разберемся, по-родственному.
- Рассчитываешь уладить с Шибаем миром? После того как ты грубо заказал ему появляться здесь?
- Ничего, переживет. Земли в обработке у нас много. Она была нашей еще до того как отец получил Виров в вотчину. Мыто с нас Шибай станет получать чуть ли не четверть от общегородской. Самому ему наших угодий не осилить, собственных людей у него почти нет.
Мне стало отчетливо понятно, что не о моей безопасности потеет Завид. Не нужны ему сейчас склоки и раздоры с новым обладателем местности. В городе приткнуться мне некуда, а намек на то, что при усадьбе оставаться не желательно, получился прозрачнее слезы юной девственницы.
- Нанять лодку или сесть в попутную до Полоцка труда не составит, - продолжил уговаривать Завид. - Там дождешься Бура и обскажешь ему как тут у нас все вышло.
- Дождусь? - я задеревенел от напряжения. Откуда?
- Не знаешь? - Завид через силу ухмыльнулся. - Рогволд взял его с собой в поход.
- Что за поход? - горячо переспросил я, ибо сразу откинул вариант с палатками, рюкзаками, девчонками, бухлом и гитарой. Тут явно что-то военное, а в общей кутерьме Сашку может прийтись туго.
- К закатному пределу княжества полоцкого, земиголы с данью балуют. Рогволд решил их немного взбодрить.
- Откуда ты это узнал?
- Ты запер подворье, а город не затворишь. Людишки уходят и приходят, вести носят. Вчера из Полоцка торговец прибыл, вот он и рассказал, а мне передали. Крикнуть, оно ведь и через ограду можно.
Вот козел однорукий, нельзя было мне раньше сказать!
Я поднялся с лавки, легонько пристукнул костяшками кулака поверхность стола.
- Ну, не стану отвлекать тебя от дум, пошел я собираться. Плату за службу передай, будь добр, через Рыкуя. - Уже в дверях я обернулся на склонившего голову боярского отпрыска. - Да, забыл сказать: береги руку, Завид…
Дверью за собой я саданул - думал окосячка потрескается. Ни хрена не потрескалась, добротно строили в древней Руси. Но звук, думаю, заставил Завида подскочить на жопе.
А вот другой звук, вернее - крик, приветствовавший мена крыльце, заставил, следуя боксерской привычке, втянуть голову в плечи.
- Побереги-и-и-сь!
Вопль предостережения разлетелся по полупустому подворью.
Я покрутил головой и застал момент приземления перелетевшего по высокой траектории усадебную ограду грязного мешка с чем то тяжелым внутри. Завязанный мешок глухо бухнулся оземь, подпрыгнул раз-другой и остался лежать в сырой траве. Первым к нему подскочил Жила. Потыкал осторожно древком копья, подоспевший на помощь Выська торопливо принялся развязывать тесемки. Обломав два ногтя, Высь с жадным предвкушением вытряхнул из мешка человеческую голову с трудноузнаваемым, изжелта-серым ликом. Напитанные кровью волосы черной коркой прилипли к щекам, вместо глаз слепыми, покрытыми засохшей слизью ямами зияли глубокие темные омуты.
Высь с Жилой в ужасе попятились от страшной поклажи будто привидение увидели. Высь бы так и пятился до самого терема, но натолкнулся спиной на Липана.
- Это Шишак, - уверенно проговорил дулеб. Одной рукой отстранив от себя Выся, он подошел ближе к изуродованной голове. - Я же вам говорил…
Меня передернуло. Жаль бродягу Шишака. Ловкий был малый. Доловчился. Голову смахнули и глаза вырезали, чтобы не подсматривал за чем не положено. Твари...
- Это предупреждение, - севшим голосом молвил Рыкуй. - Урманы поработали, они такие штуки проворачивать большие мастаки.
- Предупреждение? - переспросил я, потихоньку зверея. - Его же не сегодня убили, не видишь что ли? Он прокис уже. А если бы Любослава согласилась?
- Выбросили бы голову и вся недолга, или свиньям скормили, не холодец же из нее варить.
Я внимательно посмотрел на Рыкуя и не нашел повода оспаривать его заключение. Вполне логично. Прикончили Шишака еще вчера, а сегодня Шибай вежливо и бесповоротно послан, все до сих пор под впечатлением, по углам шушукаются. Самое время кинуть нам «черную метку». Вот ведь настырный. Как там говорил одноногий кок Сильвер? «Я подогрею этот форт как бочонок пунша и те, кто останется в живых будут завидовать мертвым.» Ага, это, кажись, про нас, тут и чуйка особая не нужна. Опоздал я с уходом-то.
- Закрывай ворота, Липан, скоро гости припожалуют.
Глава 8
Я вернулся в терем и донес до Завида убойную новость, с подробностями описав произошедшее, ввернув посыл, что подарки, подобные отрезанной голове, из за одного озорства не преподносятся и, пока он тут сидит с поникшей репой, уязвленная гордость его дядюшки взалкала отмщения.
Завид, за мое краткое отсутствие не успевший никуда слинять, попытался вскочить на ноги, будто собрался лично взглянуть на предмет переполоха, оторвал седалище от лавки, но сразу же передумал, без сил опустился на место, шумно выдохнул набранный в легкие воздух. Мне только того и нужно, пусть посидит, повпитывает.
- Как видишь, Шибай одними боярскими печатями насыщаться не намерен. Похоже, он не собирается ждать, когда между вами все само собой утрясется как бы тебе этого не хотелось. У него довольно сил одним махом решить все в свою пользу.
Завид помрачнел, мне показалось что в этот момент у него и волосы вдруг сделались темнее.
- Считаешь Шибай захочет устроить бойню? - тихо спросил он.
- Он захочет взять свое. Или ты сомневаешься в наклонности своего родича наложить лапу на чужое? Не забывай про серебро, которое он так и не получил. Обязательно захочет, иначе зачем бы ему убивать моих людей?
- Людей? Так головы было две?
- Голова одна, но Одинец пропал еще раньше. Думаю, по той же причине. Ты и твоя мачеха сделали все правильно, но для Шибая это как плевок, понимаешь? Если его сейчас не остановить, будет еще много крови.
Бригадир Андрюха Старцев моментом бы поднял всю кодлу на священную войну против того, кто замочил его верных пацанов. Без политики. Собрались бы и поехали, а там будь что будет. Видел я глаза Липана. Там сверкало очень правильное чувство. Выразить его словами он не пытался, но настрой предводителя дулебов я прочитал как в книге.
В мой огнестрельный век в ближнем бою или разборке навык прицельной стрельбы не так уж и важен. Палить в упор особого мастерства не требуется, тем паче из «калаша». Да где здесь тот «калаш» взять?
Противопоставить что-то Шибаю мы не можем, ибо качество его бойцов несравнимо выше, они из нас всех мясное рагу с кровавой подливой приготовят не напрягаясь. Надо искать менее живодерский и безопасный выход.
Любопытно чего там Бур с Саньком наплели Рогволду такого, что он их вдруг простил и взял в поход, суть - на заработки. Ведь не пальчиком смутьянам грозить отправился князь с войском, а бить и грабить с последующей дележкой добытого между участниками налета. Значит доверился Рогволд Буру, стало быть принял его объяснения и внял каким-то доводам. Не помешало бы сейчас в Вирове вмешательство Рогволда. Пусть бы поглядел чем его новоприближенный тут занимается.
- Не посмеет, - сквозь стиснутые зубы, немного подумав, не слишком уверенно отозвался Завид. - Шибая в Вирове знают как облупленного и никогда не любили. Многим он на хвост уже наступил, недовольных полным-полно. Оружно он сюда не сунется. Взбунтуются люди, я ведь не просто так сказал, что подниму на него город.
Вот, уже ближе к телу. Кажется, недалек звездный час нашего Завида. Назвался груздем - не тяни кота за яйца. Еще несколько толчков и он закусит удила.
С улицы в терем ввалился Рыкуй, видимо, с каким-то вопросом, но, оценив ситуацию, тормознул на пороге, начал вслушиваться в разговор.
- В натуре поднимешь? - мягко уточнил я. - А не надорвешься? Мы же тут Живомира незаконно удерживаем.
Завид пожевал нижнюю губу, бросил недовольный взгляд на коллегу по травме, что натащил в горницу грязи на обутке и важно изрек:
- А вот Живомира надо бы отпустить.
- А смысл? Чтобы он сюда опять толпу притащил меня на поживу своей деревяхе тянуть? Мало нам Шибаевых урманов да полоцкой гриди? Нет, пусть посидит пока. Здесь он нам не опасен.
Завид неосторожно шевельнул забинтованной рукой и сморшился, повесив на лицо гримасу тянущей боли.
- Нам? - сквозь стиснутые зубы выговорил сынок бывшего боярина. Синие глаза испод сабель пшеничных бровей выражали вселенскую тревогу.
Что-то позднее зажигание у товарища. Хороший наркоз у местных лепил, пациент никак отойти не может, тупит с поразительной интенсивностью. Соображать отказывается полностью.
Устав давить ногами пол, я присел на край лавки.
- Да, нам, Завид. Я хочу, чтобы ты наконец понял. Понял правильно. Убили моих людей. Убили с показательной жестокостью. Они, между прочим, терем охраняли, пока тебя мухоморами или чем там отпаивали. Добро твое пасли. Кто убил мы примерно знаем, зачем убил тоже догадываемся. Так подскажи мне способ заставить убийц пояснить за свои поступки без большой драки. Ты же побольше моего в этом смыслишь. Как собрать недовольных Шибаем? Из тех, кто еще помнит боярина Головача и имеет вес в Вирове.