Рукие Идели – Птица, влюбленная в клетку (страница 72)

– Вы ездили в Антеп? Почему ты мне об этом не сказал!

– Подумал, что ты не захочешь этого знать. Поэтому и не сказал. – Его лицо тут же стало серьезным. – Ты не собираешься спросить, что мы делали? Тебе не интересно, нашли ли мы его?

– Собираюсь, но боюсь расстроиться от услышанного. Судя по опечаленному лицу Омера, видимо, успеха вы не добились. Поэтому не хочу знать остальное. Или, может, хочу, но не сейчас. Сейчас не время для плохих новостей. Так что можешь не рассказывать, мне этого не надо.

Он сжал мою руку в своих ладонях.

– Понимаю, что тебе не хочется об этом слышать, – мягко ответил он. – Эта ситуация никак на тебя не должна влиять, я просто хотел поделиться последними новостями. Просто знай, что такие вещи не решаются быстро. Нам нужно чуть больше времени. Давай смотреть на вещи положительно – в конце концов, на стороне наших врагов никого нет.

Я склонила голову к правому плечу.

– А на твоей есть?

Пытаясь прикурить сигарету одной рукой, он произнес:

– На нашей стороне МИТ[41]. – После этого он затянулся, и, повернув голову в другую сторону, выдохнул дым. Увидев мой пустой взгляд, Каран нахмурился. – Что случилось?

Я надеялась, что на мой вопрос он ответит «ты рядом со мной». Вот почему я не сразу поняла его ответ. Когда я вонзила ногти в его руку, он тут же нахмурился. Каран уже хотел что-то сказать, но я опередила его.

– Раз уж начал, продолжай! – сварливо ответила я. – Ты столько раз ездил туда-сюда и ничего не произошло? Мы что, зря были в разлуке столько дней?

Каран улыбнулся, и дым, просочившийся между его губ, поплыл по воздуху между нашими лицами.

– Конечно, это было не зря. Иначе зачем бы мне проводить столько дней вдали от тебя. – Он посмотрел на наши сцепленные руки, прежде чем продолжить. – Твои ногти, моя красавица, – добавил он, и я расслабила руку, всем своим видом показывая, что жалею о содеянном. – Прежде всего мы нашли человека, который помог спрятать от нас Озкана, работающего с Сонером. Но мы не сумели получить от него никакой ценной информации. Этот идиот просто взял деньги за свою работу и ретировался. Именно поэтому мы не смогли продвинуться дальше.

– Ты поговорил с Ясином? – встрял Омер, и мы с Караном тут же перевели взгляды в его сторону. Вместе с Озлем они внимательно слушали наш разговор. – Может, они просмотрели его телефон и все же что-то нашли.

– Пусто. Они все время использовали новые номера. – Каран отвернулся и выругался себе под нос. Когда мы с Озлем встретились взглядами, то обе тут же поджали губы. – Конечно, он сразу понял, что за ним появилась слежка. И начал искать безопасное место, где мог бы спрятаться, поджав хвост!

Я нахмурилась, увидев, с каким гневом Каран это говорил.

– Значит, никаких зацепок? – спросила Озлем.

Она была в курсе каждой детали происходящих со мной событий. Я чувствовала, что если кому-то не откроюсь, то просто взорвусь. И знала, что Озлем не осудит меня, поэтому со спокойной душой рассказывала ей все в мельчайших подробностях.

Омер помотал головой из стороны в сторону.

– Не совсем так… – пробормотал он. Я не знала, когда он успел заказать выпивку, но Омер уже сделал глоток виски из только что принесенного бокала. – Дело в том… Хоть они и каждый сам по себе, спасибо и на этом… Они все просто дьяволы, – с отвращением произнес он. – Все время придумывают все более извращенные способы. Мы пока все еще пытаемся не переступать грань дозволенного, чтобы не пачкать руки в крови, но они ведут себя так, словно готовят себе особенное место в аду. Либо нам придется стать такими же, как они, либо…

Он не смог продолжить. Омер сделал еще один большой глоток из бокала и откинулся на спинку дивана.

Когда Каран положил наши сцепленные руки на стол, мне пришлось чуть подвинуться вперед. Он потушил сигарету, прежде чем накрыть их второй ладонью. Глубоко вздохнув, он повернул ко мне голову, и я вся затрепетала. Каждый раз, когда он смотрел на меня, то будто наполнял силой. Неужели это тоже было проявлением любви?

– Мы не будем им уподобляться, – произнес Каран после короткого молчания. – Это против нашей природы, против наших жизненных принципов. Мы никогда не сможем быть настолько бессердечными. Но, конечно, есть способ… – Я кивнула ему, прося продолжить. – Непонятно, когда, но вскоре все участники организации вновь соберутся. Именно там я и скажу Сонеру, что мне известно о его совместных делах с Али. Это доставит ему много неприятностей. Я знаю его достаточно хорошо, чтобы быть в этом уверенным. Он почувствует себя загнанным в угол. И тогда я брошу ему приманку.

– Я хотела бы сейчас все прояснить, – произнесла Озлем, и взгляды присутствующих обратились к ней. – Прошу прощения, но для меня все это немного сложно. Во-первых, я знакома с Озканом. Это тот еще маньяк, который долгое время пытается добиться внимания Эфляль. С ним все ясно.

Я почувствовала, как напрягся Каран, а потому придвинулась к нему ближе.

– Я знаю, что у Али конфликт с дедушкой Эфляль, Бараном Демироглу, а стало быть, автоматически и с Эфляль, все верно?

– Верно, – подтвердил Каран.

– Эфляль рассказала мне, что с вами сделал человек, которого вы зовете Сонером, и, пожалуйста, примите мои соболезнования. – После сказанных Озлем слов я встретилась глазами с Омером. – Мне очень жаль.

В ту ночь, когда Омер ушел, Каран последовал за ним. Они провели вместе много часов, выпивая и разговаривая. С момента, как я впервые познакомилась с Омером, я впервые видела его в таком ужасном состоянии. Он казался рассеянным, несчастным, угрюмым и недовольным всем происходящим. Хотя он старался тщательно это скрывать, его чувства прорывались в общении с людьми, и это было очевидно. С момента годовщины смерти Хале он не мог взять себя в руки. Представив, как подобное происходит с ним из года в год, я ощутила себя так, будто рядом со мной кто-то кинул бомбу. Бомбу, которая взрывается в одно и то же время каждый год.

– Аминь, – ответил Омер, махнув официанту, чтобы тот наполнил ему бокал. Не дожидаясь выпивки, он снова закурил. Я отвернулась, понимая, что если продолжу на него смотреть, то заплачу, а это сильно расстроит Омера.

Озлем, должно быть, подумала о том же самом, потому что отвела взгляд от Омера и сосредоточилась на нас.

– С одной стороны, этот Сонер пытается держать контакты со всеми, кто является вашими врагами, поэтому и сотрудничает с Али с того самого момента, как пути Эфляль и ваши пересеклись в первый раз. Ты, – обратилась она к Карану, – с другой стороны, работаешь вместе с Ясином и пытаешься уничтожить организацию, в которую внедрился совместно с МИТ. В ней же находится и Сонер. Ты действуешь совместно с Бараном Демироглу и пытаешься посадить Али, маньяка, который убил семью Эфляль, в тюрьму, – произнесла она, затем глубоко вздохнула и откинулась на спинку. – Что за бардак тут происходит? Вы что, в фильме снимаетесь? Иначе я не понимаю, как это все переварить…

В этот момент я хотела быть к Карану ближе, а потому легонько коснулась его локтя своим. Он расцепил наши ладони и притянул меня к себе, обняв за плечи. Пока он ободряюще хлопал меня по руке, он так же попросил официанта, который налил виски Омеру, бокал и для себя. Я знала, что он устал точно так же, как и Омер. Но Каран старался этого не показывать, чтобы, возможно, так сильно меня не расстраивать.

– Это сложно, – через несколько секунд произнес Каран. Хотя я не могла видеть его лицо, потому что моя голова в это время лежала на его плече, я чувствовала его взгляд на себе. – Некоторые вещи требуют усилий. Прошло уже много времени с тех пор, как я смирился со всем, что происходит. Иногда нужно просто принять это и двигаться дальше. Хотя именно это сделать труднее всего.

Озлем с печалью в глазах смотрела на нас двоих.

– Не в наших силах перестать бояться, – сказала она, когда наши взгляды встретились. – Я знаю, ты не позволишь, чтобы с Эфляль случилось что-то плохое. Я вижу это по твоим глазам. – С этими словами она снова сконцентрировалась на Каране. – Но ты так же не в силах изменить судьбу. С учетом всего, что я услышала, шанс, что ни с кем из вас не случится что-то плохое, практически минимален.

Озлем, ты что, в оракулы подалась?

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Каран. Его голос был резким, но спокойным. – Ты хочешь сказать, что Ляль не должна быть больше частью моей жизни?

Тон Карана ясно давал понять, что если Озлем серьезно имеет это в виду, то у нее будут большие проблемы.

– Не говори ерунды! Я просто говорю о том, что будущее состоит из событий, предотвратить которые мы не в силах! – ответила Озлем.

Я прочистила горло.

– Если бы мы не встретились с Караном, я все равно, рано или поздно, столкнулась бы с Али. Просто наша встреча произошла бы при других обстоятельствах. Конечно, я никогда не хотела быть вовлеченной в такого рода дела, но мы не можем избежать нашей судьбы. – Я положила руку на колено Карана и слегка сжала пальцы. – Я не в том положении, чтобы сожалеть об этом.

Я не сказала Карану, что простила его, но ведь он и так все понял, не правда ли? Надеюсь, когда мы вновь вернемся к этой теме, он не подумает, что я хочу его бросить, и не будет расстраиваться. Мне хотелось сказать ему, что женщина, которая жила внутри меня, готова была противостоять всему, что она будет продолжать бороться, находясь рядом с ним. Я хотела сказать ему, что сделаю все, что в моих силах, чтобы он не выглядел так же, как выглядит сейчас Омер, чтобы он не жил с духом мертвой женщины в своем сердце. Но я не могла произнести ни одной из этих фраз.