Рукие Идели – Птица, влюбленная в клетку (страница 66)

Когда я увидела, как Альптекин взялся нарезать хлеб, как будто все, что он подал на стол, было превосходного качества, мне захотелось сесть на пол в позе фермера, чье поле сгорело дотла. Кроме того, он резал хлеб даже без доски, прямо на моем столе, оставляя на нем царапины. Он пытался держать нож, как первоклассный шеф-повар, но выходило у него, как у Белоснежки. Я закрыла глаза, чтобы не ударить его от отчаяния. Я пыталась считать в уме, чтобы успокоиться, но Батухан не дал мне сосредоточиться, продолжая себя нахваливать.

– Мы и десерт приготовили! – гордо произнес он, и в этот момент мне захотелось испустить истошный визг. Он достал из холодильника покосившийся торт и поставил его на стол. Он же тем временем взволнованно добавил: – Посмотри на наш «плачущий торт»![37]

На этот раз Омер принялся рассматривать торт.

Это мы скоро будем плакать, Батухан! Помолчи уже!

Почувствовав руку на своей талии, я повернула голову. Каран глядел на меня, словно оценивая мою реакцию на его движение, а потом потянул меня в угол, увидев выражение моего лица.

– Я попросил Арифа купить еду по пути сюда, потому что знал, что у них все равно ничего не выйдет. Он уже скоро будет здесь.

Не это меня расстраивало. Моя кухня превратилась в сущий кошмар.

– Завтра утром мы вызовем кого-нибудь, кто приберет этот беспорядок. Не переживай, все будет сделано до того, как ты проснешься, – добавил он. Потом посмотрел на двоих сумасшедших, которые продолжали рассказывать Омеру, что еще они сделали, и слегка улыбнулся. – Я не хотел их отговаривать, потому что это был их первый опыт готовки на кухне. Они хотели тебя порадовать. Но если тебе это не нравится…

Я пожала плечами.

– От смерти нет лекарства. Я не хочу их расстраивать, – беспомощно произнесла я. Не в силах больше выносить вида разрушенной кухни, я прошла в гостиную, и он последовал за мной. Потом сел напротив.

– Лучше бы они купили цветы или пытались как-то по-другому загладить вину, – проворчала я.

– Кто придет? – спросил он, игнорируя мои слова. Я вспомнила свою недавнюю ложь и тут же собралась. Он указал на мое платье и подмигнул. – Видимо, ты очень дорожишь человеком, который вскоре придет, – сказал он, приподняв бровь. Его взгляд медленно скользнул по моему лицу. – Ты нанесла красную помаду, надушилась моими любимыми духами… Я знаю этого типа? – спросил он слегка сердито.

Я поджала губы, не отвечая. От этого он всегда становился еще более настырным и сердитым, но я продолжала молчать, положив ногу на ногу. А потом просто улыбнулась ему, поправляя волосы, пока он сходил с ума от неизвестности.

– Ляль, – процедил он сквозь зубы. – Это ты так флиртуешь? Мне нужно молчать и смириться с этим? – сказал он таким тоном, будто не верил в то, что произносит подобное. – Я не настолько терпелив. Дистанция, которую ты строишь, она только для меня? Что это значит? Что ты делаешь сейчас? Ты будешь сидеть с ним и болтать, а я стану за этим наблюдать? – он говорил негромко, но выражение его лица было таким, словно он кричал. – Может, мне еще сварить кофе для вас двоих?

Я начала разглядывать свои ногти.

– Я бы предпочла чай.

– Что за бред! – рассердился он. Каран внезапно поднялся и подошел ко мне. – Давай, просто скажи мне, что это среднестатистический друг и что ты устроила это все, чтобы заставить меня ревновать.

С этими словами он схватил меня за подбородок. Когда ему удалось заставить меня посмотреть ему в глаза, я заметила, что он паниковал.

– Скажи: «Я разозлилась на тебя из-за того, как ты вел себя в моей комнате, поэтому решила тебя наказать». Скажи это, и я хоть немного выдохну.

Я собиралась открыть ему правду, стараясь не испортить шутку, но тут раздался звонок в дверь. Каран, глаза которого мгновенно расширились, быстро вышел из гостиной, не дожидаясь моего ответа. Я знала, что это Ариф, который должен был принести еду, однако Каран, видимо, забыл об этом в приступе гнева. Пока он открывал дверь, я усмехнулась, предвкушая, с каким лицом он встретит Арифа. А ведь я даже еще не начала мстить.

– Брат, отойди в сторону, – услышала я голос Арифа. – Что ты на меня так уставился? Кроме меня, здесь никого нет. Ты кого-то ждал? Брат, я с тобой разговариваю!

Я прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать смех. Каран вошел в гостиную, нервно улыбаясь. Потом медленно направился ко мне, сунув руки в карманы.

– Тебе было весело, юная леди? Тебе понравилось надо мной потешаться? – сказал он раздраженно.

Я пожала плечами.

– Да.

Он удивленно вскинул брови.

– Да? – переспросил он, медленно качая головой. – Ты у меня еще получишь… – Он стоял прямо передо мной, опершись рукой о спинку стула и наклонившись вперед. – В таком случае ты разоделась специально для меня, правильно я понимаю?

Я хотела ему ответить, но он коснулся моих губ указательным пальцем.

– Не говори. Не важно, что ты скажешь, я все равно не поверю, – тихо сказал он.

– Я так и хотела сказать, – произнесла я, подмигнув, пока он все еще прижимал палец к моим губам. – Если тебе понравилось…

– Если понравилось? – переспросил он, выпрямляясь.

Я улыбнулась и поднялась.

– Я проголодалась, – ответила я, меняя тему, и посмотрела на Арифа, который как раз вошел в гостиную. – Ариф, спасибо тебе большое, ты спас меня от голодной смерти.

Он поставил пакеты на стол и начал их открывать.

– Да какие проблемы, йенге, приятного аппетита, – произнес он.

После мы все сели за стол и принялись ужинать. Лица Батухана и Альптекина были угрюмыми.

Омер выбросил всю их еду, но, видимо, рука не поднялась проделать то же самое с салатом, поэтому Альптекин разложил его нам по тарелкам. Когда я посмотрела на увядшие листья зелени, то с трудом подавила рвотный позыв. Но взгляд Альптекина, которым он будто просил «съешь его», сильно на меня давил.

Нет, он правда желал, чтобы меня вырвало? Если ему так хотелось, пусть бы первым это попробовал, потом сразу же снова в больницу бы загремел.

Положив на тарелку дурум с курицей, я почувствовала себя обязанной все-таки их поблагодарить.

– Здоровья вашим рукам, кстати, – произнесла я. – Но вам вообще не стоило так утруждаться. Мне хватило бы и того, чтобы вы просто сидели тихо и не устраивали сцен. Не нужно было готовить на кухне, устраивать беспорядок и так сильно уставать, поверьте. В следующий раз мне будет приятно, если вы просто подарите мне цветы.

Я старалась не улыбаться. Но, вспомнив ужас, который увидела в своей любимой кухне, не смогла сдержаться.

– Еще раз, здоровья вашим рукам. Но в следующий раз обойдемся без этого. Договорились?

Омер, откашлявшись, тут же вмешался:

– Я думаю, они поняли, маленькая птичка. – Он дважды хлопнул Альптекина по спине. – Навряд ли им самим понравилось создавать себе столько проблем, не так ли?

– Мы смешали гранатовый соус с соевым, – произнес Батухан, откусив лист салата и с отвращением на лице вернув его обратно на салфетку. – Иногда такие ошибки случаются, но мы, по крайней мере, старались.

Альптекин кивнул.

– Может, тебе понравится наш торт, Эф? – с надеждой спросил он. – Клянусь, мы делали его строго по рецепту, все, как говорили в видео. Тебе не может не понравиться!

– Хорошо, – неохотно ответила я. – Может, я готова умереть, почему бы и нет.

Последнее предложение услышал только Каран и улыбнулся мне, а потом уткнулся в свою тарелку. Кажется, его мысли были где-то далеко, пока он пустым взглядом разглядывал еду, к которой едва притронулся. Он выглядел очень уставшим. И я не понимала почему.

– Брат, что с тобой? – обратился Ариф к Карану. – Тебе удалось поговорить с тем человеком? Есть какие-то подвижки?

Кажется, все, за исключением меня, знали, в чем дело, отчего их лица тут же стали серьезными, и они уставились на Карана. Тот же смотрел только на меня. Он понял, что я жду объяснений.

– Я искал человека, который покрывал Озкана, – произнес он. – Или, скорее, того, кто ему помогал. – Каран провел рукой по затылку. – И я его нашел.

Я нахмурилась.

– Тогда в чем проблема?

Он не ответил, а только кивнул сидящим за столом. Все тут же встали со своих мест, и я осознала, что есть уже никому не хотелось.

Мой внутренний голос подсказывал, что произошло что-то действительно плохое. Что бы ни узнал Каран, это лишь добавило проблем. Мысленно надеясь, что все не так, как мне казалось, я села рядом с ним. Он достал сигарету из кармана, закурил и глубоко затянулся. Казалось, что, выпуская дым, он хотел, чтобы вместе с ним его покинула и тревога.

– Али еще до того, как мы успели хоть что-то предпринять, уже связался с Озканом. – С этими словами Каран посмотрел на Батухана. – Мы опоздали, брат.

– Что? – удивленно переспросил Батухан. – Что ты имеешь в виду, говоря «уже связался»? Когда это случилось?

Каран наполнил легкие ядовитым дымом.

– В тот самый момент, как в нашей жизни появилась Ляль, – произнес он, и я ощутила, как кровь застыла в моих жилах. – Оказывается, еще тогда они были заодно. Вот почему этот ублюдок молчал и смотрел на нас свысока. Он давно это планировал. И хотел, чтобы та пуля попала в Ляль, а не в Альптекина.

Его рука нашла мою, и он крепко сжал ее, словно не хотел отпускать. Несмотря на гнев в его голосе, он казался спокойным. Словно считал если даст волю чувствам, то уже не сможет оправиться.