Рукие Идели – Птица, влюбленная в клетку (страница 101)
– Я не сказала тебе, потому что это было нелепо, – начала я. Мой голос прозвучал громче, чем я ожидала. – Подумала, ничего страшного не случится, если я попрошу брата кое-что проверить, потому что все равно это казалось невозможным, – повторила я. – И это единственная причина, почему я тебе об этом не сказала. Единственная.
Он по-прежнему избегал смотреть мне в глаза и продолжал курить, глядя перед собой, даже на миллиметр не склонив голову.
– Ты обиделся? Настолько сильно, что даже не смотришь на меня?
– Иди внутрь, Ляль. Поговорим позже.
Я нервно рассмеялась.
– По-твоему, то, что ты сейчас делаешь, это нормально? Когда я была на твоем месте, я хотя бы тебя выслушала! И, несмотря на то что в этой ситуации не случилось ничего критичного, ты продолжаешь меня игнорировать! Получается, что, если бы я сделала то, что ты со мной в прошлом, ты бы одним махом вычеркнул меня из своей жизни! – Мой голос звонко разнесся по саду. Охранники предпочли отойти от нас подальше. – Не делай этого, Каран, – уже спокойнее добавила я.
– Давай поговорим об этом позже, – ответил он, и дым, сочившийся сквозь его губы, наполнил мои легкие.
Он даже понятия не имел, как сильно разбивал мне сердце.
– Я ведь правда тебя люблю! – воскликнула я.
Повернувшись к нему спиной, я уже собиралась уйти, как он вдруг неожиданно схватил меня за запястье. Я так быстро к нему развернулась, что волосы упали мне на лицо.
– Ты думаешь, я не смотрю на тебя, потому что злюсь? – недоверчиво спросил он. На этот раз он уставился прямо на меня. Но в его глазах было столько печали, что я предпочла бы, чтобы он этого не делал. – Я не могу смотреть на тебя, потому что мне стыдно! А ты сразу думаешь обо мне плохо! – сердито произнес он.
– Почему тебе стыдно, Каран? В чем здесь твоя вина?
Он нервно рассмеялся.
– Ты не делишься со мной, потому что не доверяешь, разве не так? Кого бы ты ни увидела, неужели ты не веришь, что я расскажу тебе правду? – Я быстро покачала головой из стороны в сторону, но он продолжал смеяться. – Это не из-за тебя. Это я во всем виноват! Я подорвал твое доверие. Я не могу винить тебя за то, что ты отказываешься мне доверять! – он мягко отпустил мое запястье. – И я не могу смотреть на тебя, зная, что увижу в твоих глазах. Мне стыдно! Стыдно, что ты видишь меня именно таким человеком!
Я попыталась взять его за руку, но он отстранился.
– Ты ошибаешься! Я не поэтому решила не говорить тебе! – Он хотел увернуться, но я крепко схватила его ладонь. – Клянусь тебе, не это стало причиной, Каран. Ты меня неправильно понял. Ты не понимаешь…
– Пожалуйста, – не дав мне договорить, произнес он. Он понятия не имел, что его взгляд, словно стрела, пронзал мое сердце. Если бы он знал, то не смотрел бы на меня так. – Не заставляй меня чувствовать себя еще хуже. Ты права, что не все мне говоришь… – Он на мгновение замолчал, закрыв глаза. – Но я сам не могу с этим смириться.
Мне казалось, что я сходила с ума.
– Я не сказала тебе не потому, что
Он горько рассмеялся, и этот смех был пугающим.
– Но ты все же сомневаешься в своем доверии? – спросил он. Я лишилась дара речи, а он плотно сжал губы и медленно покачался из стороны в сторону. – Все могло быть и хуже.
– Каран, – я чувствовала, как боль разливается в груди, – ты не понимаешь, любимый. Причина совсем не в этом!
– Я все равно должен был рано или поздно это пережить, – сказал он смиренным голосом, а потом медленно отпустил мою руку. В его глазах появилось выражение, которого я раньше не видела. – Может быть, дистанция, которую ты пытаешься между нами сохранить, нам поможет. Может, станет легче, когда ты уедешь, – с горечью произнес он. Мне стало так плохо, что горло пересохло, и я не могла сглотнуть. – Я больше не буду насильно держать тебя рядом с собой. Ты можешь уезжать.
С этими словами он развернулся и ушел в дом, оставив меня в саду совершенно одну.
Глава 20
Вышедшие из земли
Я не любила сдаваться. Как женщина, знавшая, что окружающий мир суров, я всегда умела бороться. Даже тогда, когда в семнадцать лет я осталась одна, без малейшей надежды на будущее, я поднималась с колен, упираясь руками в землю, которая норовила поглотить меня с головой. Сначала я шла по жизни, спотыкаясь, но теперь знала: если я сумела подняться однажды, никакое падение больше не сможет меня ранить.
Все было так до тех пор, пока я не встретила его.
Даже если бы вся Вселенная вдруг предстала передо мной, посмотрела бы мне в глаза и признала меня виновной, я не пала бы духом, а продолжала бы стоять прямо, с высоко поднятой головой. Но всего один его взгляд сбивал меня с ног. И в этот раз я чувствовала, что, если упаду, уже не смогу подняться. Я ощущала это, даже когда между нами все было хорошо.
Делая новый шаг навстречу судьбе, я знала, что все будет в порядке. Теперь же, видя его негодование, я ощущала себя стоящей на краю обрыва. Казалось, я не смогу выдержать его взгляда, который, словно острые осколки, разрывал мою грудь. Я вот-вот готова была упасть.
Я не хотела причинять ему боль. Я бы никогда так не поступила, даже если бы сильно захотела.
Я задрала голову к небу. Звезд никогда не было видно из-за огней города, но они все равно были там, наверху. Точно так же я знала, что Каран любил меня, даже когда смотрел на меня с разбитым сердцем. Я обидела его, но цветок любви ко мне все еще рос в его груди. Я знала это. И именно поэтому решила действовать. Я не могла позволить ему отвернуться от меня вот так и просто уйти.
Когда я, дрожа от холода, бросилась обратно в дом и вошла в гостиную, взгляды присутствующих тут же обратились ко мне. Я прошагала через комнату, не глядя по сторонам, и в гостиной повисла гробовая тишина. Все это было не важно. Сначала я хотела поговорить с Караном. Я направилась в нашу общую комнату.
Я не знала, там ли он, может быть, он вообще ушел из дома и побрел куда глаза глядят. Но я чувствовала его присутствие. Он должен быть в той самой комнате, где еще прошлой ночью я спала в его объятиях.
Подойдя к двери, я попыталась отдышаться. Мои легкие готовы были взорваться от бега вверх по лестнице. Я была уверена, что он мог слышать звук моего прерывистого дыхания даже через дверь. Однако с той стороны стояла гробовая тишина. Я медленно вошла внутрь, надеясь, что он был там.
Сердце колотилось так, будто готово было выскочить из груди. Словно мы не виделись вечность, хотя расстались всего пару минут назад. Я быстро оглядела комнату, но его здесь не оказалось. Возможно, он и правда ушел из дома. Я в замешательстве откинула волосы на спину, не понимая, что делать, и продолжала стоять на месте. Я не могла позволить этому дню закончиться вот так, не поговорив с ним. Я не сомкну глаз этой ночью. У меня не было сил это выдержать.
Когда я уже собиралась вернуться вниз, то услышала голос из гардеробной. И сыплющиеся оттуда ругательства.
Он был здесь. И был очень зол.
Я неслышно подошла к гардеробной и заглянула в проем двери. Каран, сняв рубашку, в напряжении стоял посреди маленького помещения ко мне спиной. Я заметила, как были напряжены мышцы его плеч и обнаженной спины. Казалось, он готов был вот-вот ударить кулаком зеркало в полный рост.
– Каран… – пробормотала я под нос. Мне хотелось, чтобы он посмотрел на меня. Каран повернул ко мне голову, все еще стоя спиной к дверям. Я вошла. – Ты в порядке? Я…
Я не смогла закончить фразу, потому что заметила свой чемодан, лежавший открытым на полу. От неожиданности я окаменела. Сердце замерло, кровь в венах замерзла, мозг перестал соображать. Неужели он так жаждал моего отъезда, что решил сам собрать мой чемодан? Неужели я так сильно его ранила?
Каждый вздох давался с трудом, я не могла сглотнуть, горло перехватило. Ему было настолько плохо, что он мечтал поскорее от меня избавиться.
Хуже всего было то, что он вел себя так, даже не думая, как сильно меня ранит. Нет, он намеренно причинял мне боль.
Он обернулся всем телом, но я уже не могла смотреть ему в глаза. Я боялась, что, если увижу в его взгляде то же, что заметила в саду, это окончательно меня уничтожит. Мне стало страшно, что незнакомое мне чувство захлестнет меня с головой и я утону. Как он это выдерживал? Как мог стоять с таким гордым видом, видя, насколько я унижена?
«Наверное, тяжело видеть, как человек, которого ты любишь, так на тебя смотрит», – пронеслось у меня в голове.
Мой взгляд не отрывался от чемодана.
– Я сама могу собрать вещи, – произнесла я. Мой голос звучал так, словно я находилась на дне глубокого колодца. Он был таким же гулким и дрожащим. Я с трудом сглотнула. Неужели он хотел, чтобы я навсегда ушла из его жизни? Он бы так не поступил. – Кроме того… все равно я не планировала брать с собой много вещей. Зачем…
– Ляль, – перебил он. Еще одно ругательство сорвалось с его губ, когда он проследил за мной взглядом и понял, на что я так уставилась. – Стакан выскользнул у меня из рук и упал на чемодан. Я открыл посмотреть, не пострадала ли одежда внутри. Я не паковал за тебя чемодан. Зачем мне это делать? Ты неправильно меня поняла, – резко сказал он.
Я еще раз внимательно осмотрела чемодан. Увидев влагу на бордовой поверхности, я глубоко вздохнула. Даже если бы он и правда хотел, чтобы я ушла, то сделал бы это не таким образом.