Рой и Вивиан Шарп – Хроники несостоявшихся подвигов: Бюро Магических Ошибок (страница 4)

Кариопс важно фыркнул, будто подтверждая слова Фанса, и отвернулся, демонстративно начиная жевать траву.

Морвен оглянулась на повозку. Ящики были аккуратно сложены, на одном из них виднелась надпись «ОСТОРОЖНО! МАГИЧЕСКИЙ РЕКВИЗИТ!», а снизу доносилось приглушённое пение — похоже, говорящий бубен уже вовсю репетировал народные баллады.

Томлин оглянулся, оценивая место. Поляна уже начинала превращаться в нечто другое — шатёр надувался, бочки с лентами и флажками стояли в ряд, а у ручья уже колыхалась большая ткань, которую, видимо, собирались использовать как навес.

— Здесь будет арена, — сказал он, показывая на центр поляны. — А там, — он указал на ручей, — можно поставить бочки с водой.

— Уже, — сказала Морвен, показывая на две бочки, которые Фанс уже прикатил к ручью.

Фанс вытащил из повозки очередной ящик, поставил его рядом с остальными и окинул взглядом предстоящий фронт работ.

— До полудня осталось часа четыре. — Он посмотрел на Ардема. — Ты как, готов помочь?

Дракон, который уже начал с любопытством обнюхивать коробку с надписью «Для праздничного настроения», поднял голову.

— Если это не связано с поднятием тяжестей, я за. — Он покосился на коробку.

— Это конфетти, — сказал Фанс. — Магическое. Зачарованное.

— Оно стреляет?

— Только в очень хорошем настроении.

Ардем задумался, потом решительно кивнул.

— Тогда я за.

Началась активная подготовка.

Воздух был всё ещё свеж после ночного дождя, а под ногами мягко хрустела влажная трава, усеянная одуванчиками. Один особенно упрямый цветок рос прямо посредине будущей арены, демонстративно расправив лепестки, будто заявляя права на это место.

Фанс, с закатанными по локоть рукавами своего выцветшего фиолетового халата, возился с главным шатром. Полотно то и дело выскальзывало из его рук, складываясь в причудливые формы.

— Обычная ткань не должна ворчать, — пробормотал он, когда из глубины раздалось недовольное урчание.

Томлин, тем временем, с энтузиазмом расставлял импровизированные трибуны — перевёрнутые бочки и ящики из-под мёда, которые Ардем аккуратно (насколько это возможно для дракона) поставил рядом с Томлином. Одна из бочек неожиданно чихнула, обдав Томлина остатками медовухи.

— Это не недостаток, а особенность! — бодро заявил он, вытирая лицо.

Морвен, скрестив руки на груди, наблюдала за их стараниями. Её новый кожаный жилет уже покрылся пылью, а в тёмных волосах запутались листья — следствие недавней схватки с особенно строптивой гирляндой. Эти украшения вели себя как подвыпившие феи — то переплетались в неприличные узлы, то внезапно вспыхивали синим светом, когда их пытались закрепить.

Центральным элементом стала сама арена. Томлин старательно очерчивал границы мелом, но тот оказался с характером — линии то исчезали, то сползали в сторону, то складывались в загадочные руны.

—Это символично, — заметил Фанс, наблюдая за получившейся «картофелиной» вместо ровного круга.

— Это криво, — парировала с плохо скрываемым смехом Морвен, но поправлять не стала.

Особое внимание уделили призовой лавке. Дубовый стол украсили венком (который сразу попытался укусить Томлина), табличкой с подтёртой надписью и собственно призами — среди которых выделялся кинжал, явно стыдившийся своего тупого лезвия.

Когда основные приготовления завершились, Морвен неожиданно достала тот самый одуванчик-талисман и установила его у входа. Растение оскалилось, но место не покинуло.

— Теперь готово, — сказала она, оглядывая поле, где шатёр подмигивал углом, бочки чихали, а линии арены медленно ползли в сторону леса.

— Совершенно точно, — согласился Томлин, взяв руку Морвен в свою и уже предвкушая хаос, который начнётся с приходом сюда первых участников.

Глава 2

Длинные тени от шатров уже сливались с землёй, когда золотистые лучи заходящего солнца осветили необычное зрелище. Поляна, ещё час назад пустовавшая, теперь кишела народом, привлечённым обещанием самого необычного турнира в округе. На каждом столбе и дереве красовались яркие листовки: «Бюро магических ошибок приглашает! Испорченное заклинание? Неудачное колдовство? Мы поможем... или хотя бы посмеёмся вместе с вами!»

В восточной части поля, где расположился конкурс стрелков «Мимо — не промах», собралась особенно шумная толпа. Мишени здесь были не простые — одна изображала сердитого гнома, который ругался при каждом попадании: «Эй, это мой любимый глаз!» Другая, в виде летящего гуся, уворачивалась от стрел с удивительной ловкостью. Лучники выбирали оружие из странной коллекции: один лук при выстреле громко кричал «Банзай!», другой заставлял стрелы лететь зигзагами, а третий, самый обычный на вид, упорно стрелял назад.

— Не волнуйтесь, в нашем Бюро мы видели и не такое! — крикнул Томлин, вытирая пот со лба и едва увернувшись, когда очередная стрела врезалась в столб с листовкой вместо мишени.

Центр поля занимала рыцарская арена, где уже выстроились желающие сразиться на копьях. Доспехи, хоть и настоящие, вели себя странно — один шлем постоянно съезжал набок, другой неожиданно захлопывался в самый неподходящий момент. Копья, казалось, жили своей жизнью; одно из них упорно пыталось уклониться от схватки, другое — наоборот, с энтузиазмом тыкалось в любого, кто проходил мимо.

— В Бюро магических ошибок мы специализируемся именно на таких случаях! — объявила Морвен, указывая на рыцаря, чьи доспехи внезапно заиграли весёлую мелодию.

На специально отгороженном участке дымились котлы конкурса «Самое бесполезное заклинание». Один участник с важным видом декламировал заклинание, в результате которого его котёл начал... варить идеально чистую воду. Другой с гордостью демонстрировал заклятие, превращающее камень в... чуть более тёплый камень. Толпа смеялась, а судьи делали пометки в свитках.

— Если ваши заклинания ведут себя так же странно — добро пожаловать в наше Бюро! — раздавалось то и дело с этого участка.

Особой популярностью пользовался конкурс кулинаров «Несъедобно, но оригинально». Одна участница представила пирог, который... убегал от тех, кто пытался его разрезать. Другой умудрился приготовить жаркое, которое меняло вкус в зависимости от настроения едока. Ардем, назначенный главным дегустатором, уже облизывал морду, оценивая «особые» экземпляры.

— Наше Бюро поможет даже с такими... э... кулинарными подвигами! — смущённо пояснял Томлин, отбирая у дракона пятую по счёту пробу.

На бардовской сценке, украшенной гирляндами из нот, один за другим выступали неудачливые музыканты. Арфа одного исполнителя играла прекрасную музыку... но только когда её не трогали. Другой музыкант обнаружил, что его флейта играет исключительно ноты, которых нет в природе. Третий певец с удивлением заметил, что его голос звучит прекрасно — но только когда он молчит.

— Если ваши музыкальные таланты ведут себя подобным образом — вы знаете, куда идти! — объявила Морвен, указывая на ближайшую листовку.

А на дальнем конце поля уже выстроились участники гонок на мётлах. Трассу обозначали флажки, которые то и дело перебегали с места на место. Один участник с ужасом обнаружил, что его метла летит... но только вверх и вниз, а не вперёд. Другой нёсся к финишу, но почему-то задом наперёд. Третий и вовсе кружился на месте, распевая песни.

— Бюро магических ошибок ждёт всех, чьи транспортные средства ведут себя неподобающим образом! — разносилось над полем.

Фанс, наблюдая за всем этим с небольшого возвышения, покачал головой. Вечерний ветер шевелил листовки, развешанные повсюду, на которых крупными буквами было написано: «Бюро магических ошибок — мы сделаем ваш провал нашим общим успехом!» Солнце почти скрылось за горизонтом, когда он поднял руку, давая знак к началу главного события — награждения самых выдающихся неудачников вечера.

Фанс уже поднял руку с позолоченным свитком, готовясь объявить победителей, когда Морвен вдруг схватила его за рукав.

— Подожди, — её глаза блестели в свете фонарей, — почему только они должны веселиться?

Томлин, стоявший рядом, тут же подхватил идею:

— Давай и мы поучаствуем! Фанс, тебе просто необходимо попробовать рыцарский турнир!

Фанс хотел было возразить, но Ардем уже толкал его в сторону арены, выпуская клубы дыма от возбуждения.

Доспехи сидели на Фансе... нелепо. Шлем съехал набок, закрывая один глаз, нагрудник болтался, словно пытаясь сбежать, а поножи гремели при каждом шаге, как кухонная утварь.

— Тебе очень идут доспехи, — абсолютно искренне выдал Томлин.

— Я выгляжу как вышедший на пенсию чайник, — проворчал Фанс, с трудом взбираясь на лошадь (которая, к слову, смотрела на него с явным скепсисом).

Турнир начался. Копьё Фанса упорно норовило выскользнуть из рук, а его противник — здоровенный детина с бородой — уже потирал руки в предвкушении лёгкой победы.

Но когда прозвучал сигнал к атаке, случилось неожиданное: Фанс, забыв про все заклинания и магию, инстинктивно выставил копьё — и сбил противника с седла с первого удара!

Толпа взревела от восторга. Сам Фанс, красный от смущения, пытался слезть с лошади, но застрял в стремени, чем вызвал ещё больший хохот.

Томлин, воодушевлённый успехом Фанса, схватил первый попавшийся лук — тот самый, что стрелял задом наперёд.

— Э-э... — он потянул тетиву, и стрела вылетела у него из-за спины, едва не задев Ардема.