Рой и Вивиан Шарп – Хроники несостоявшихся подвигов: Бюро Магических Ошибок (страница 3)

— Ага! — Он торжествующе поднял небольшой чёрный камень с красной меткой. — ОБОЗ-камень.

— О чём это ты? — Томлин отвлёкся от листовки, на которой у него случайно получился портрет Ардема с рогами в бантиках.

— Общий Базар Отдалённых Земель, — объяснил Фанс, потирая камень. — Там можно заказать всё, что угодно, если у тебя есть магия... или очень громкий голос.

Он постучал по камню, и тот замигал красным светом.

— Мне нужны флаги, шатры и... э-э... что там ещё для турнира?

— Гирлянды! — предложил Томлин.

— Подушки для зрителей! — добавила Морвен.

— Ещё пироги! — не унимался Ардем.

Фанс вздохнул и начал диктовать в камень. Через мгновение из ниоткуда появилась огромная чёрная ворона, схватила камень в лапы и улетела в окно, оставив после себя лишь несколько перьев и чувство лёгкого недоумения.

— Заказ принят, — констатировал Фанс. — Теперь осталось только дождаться...

— Чего?

— Чего-нибудь. На ОБОЗе никогда не знаешь, что именно привезут.

На кухне особняка было тепло и пахло свежим хлебом — Томлин только что достал из печи очередную партию, и она остывала на решётке, издавая тот самый запах, который делал этот дом домом. Команда сидела за столом, и перед ними лежала карта окрестностей Малета — старая, потрёпанная, с пометками, сделанными разными почерками.

Томлин водил пальцем по карте, останавливаясь на центральной площади города, которая была отмечена кружком.

— А давайте прямо в городе, — предложил он. — На центральной площади. Там много места, все увидят, народу будет — не протолкнуться.

Он поднял глаза, явно воодушевлённый идеей.

— Представляете, как здорово? Посередине города, все смотрят, мы объявляем турнир, и сразу все приходят.

Фанс, сидевший напротив с чашкой чая, даже не поднял глаз.

— Чтобы мы отвечали за магические взрывы среди жилых домов? — переспросил он. Голос его был ровным, но в нём слышалась та особенная ирония, которую он приберегал для особенно глупых идей. — Томлин, ты видел, что случилось в прошлый раз, когда я попытался починить забор? Три дня соседи жаловались на розовых лягушек.

— Это были не лягушки, — возразил Томлин. — Это были жабы. И они были не розовые, а лиловые.

— Они квакали на мотив "Оды к радости", — сказал Фанс. — Я не хочу, чтобы моё имя ассоциировалось с хоровым кваканьем на центральной площади.

Морвен, сидевшая у окна, оторвалась от разглядывания облаков и взяла карту. Она пробежала пальцем по окраинам Малета, остановилась на одной из пометок.

— А вот здесь? — сказала она, показывая на поляну, обведённую пунктиром. — Сразу за городом, у старой дороги. Место ровное, рядом лес и ручей. Недалеко от города, но и не в центре. Есть, где развернуться.

Ардем, лежащий у двери, приподнял голову. Он, как обычно, не помещался в кухне целиком, но ему удалось протиснуть голову в проём и наблюдать за происходящим.

— Главное, чтобы был простор для посадки, — сказал он. — И чтобы там не было слишком много деревьев. Я не хочу снова запутываться в кронах.

— Ты ни разу не запутывался в кронах, — сказала Морвен.

— В этот раз мог бы, — ответил Ардем с достоинством. — Я предпочитаю быть готовым.

Фанс вздохнул и поставил чашку на стол.

— Поляна у Малета, — сказал он. — Звучит разумно. Туда можно добраться и пешком, и на драконе. Есть вода. Место достаточно большое. — Он посмотрел на Томлина. — Ты как?

Томлин ещё раз взглянул на карту, потом на Фанса, потом на Морвен. Кивнул.

— Да. Там и сделаем.

Обсуждение прервал стук в дверь — настойчивый, громкий, с явным нетерпением.

Томлин вытер руки о фартук и пошёл открывать. На пороге стоял запыхавшийся гном в форменной куртке ОБОЗ. За его спиной высилась гора ящиков, коробок и каких-то свёртков, а рядом нервно перебирал копытами кариопс, запряжённый в грузовую повозку.

— Заказ для господина Фанса! — объявил гном, протягивая свиток. — Два шатра, разборные. Одна бочка с фестивальными лентами. Сто флажков. Пятьдесят бумажных колпаков. Двадцать трещоток. Три мешка конфетти. Один... — он заглянул в свиток и с подозрением прищурился, — ...говорящий бубен? Прилагается отдельная инструкция.

Фанс вышел из гостиной, окинул взглядом гору коробок и довольно кивнул.

— Говорящий бубен заказывала Морвен. Он будет петь народные баллады. Поговаривают, у него идеальный слух.

Гном с сомнением посмотрел на один из ящиков, откуда доносилось глухое пение, и поспешно отступил.

— Распишитесь вот здесь. И, э-э-э... если этот бубен начнёт петь что-то неприличное, мы не несём ответственности. Он самостоятельно обучается.

Томлин, хмыкнув, помогал разгружать повозку, складывая ящики у крыльца. Ардем, который с трудом втиснулся в дверной проём, с любопытством рассматривал коробку с надписью «ОСТОРОЖНО! МАГИЧЕСКИЙ РЕКВИЗИТ!»

— А что там? — спросил он, ткнув коробку носом.

— Не знаю, — честно ответил Томлин, читая этикетку. — Но там написано «Для праздничного настроения. Хранить вдали от воды».

— А от драконов? — уточнил Ардем с подозрением.

— О драконах не упоминается.

— Значит, можно.

Когда всё было распаковано, Фанс достал из саквояжа тяжёлую стопку листовок. Они были ещё тёплыми — Томлин помогал с чернилами, а Морвен нарисовала какой-то замысловатый узор по краям. В центре было написано крупными буквами:

«ТУРНИР НЕУДАЧНИКОВ!

Лучшее магическое фиаско — приз зрительских симпатий!

Поляна у Малета. В полдень.

Бюро магических ошибок приглашает всех!»

Фанс протянул пачку Томлину.

— Летите. Разбросайте над городом. Чем хаотичнее, тем лучше. Пусть прилипают к стенам, падают в супы, залетают в открытые окна. Это должно быть заметно.

— А ты? — спросила Морвен.

— Я еду на поляну. Нужно проверить место, поставить шатры, организовать пространство. — Он взглянул на гору ящиков у крыльца. — И забрать всё это.

Томлин, Морвен и Ардем взлетели над особняком, держа курс на Малет. Фанс остался на земле, махнул им на прощание и начал грузить ящики в повозку, которую предусмотрительно одолжил у соседнего фермера.

Над Малетом было тихо и солнечно. Город просыпался — где-то открывали ставни, где-то слышался лай собак, где-то петух, который явно перепутал время, уже кричал второй раз за утро.

— Кидаем! — крикнул Томлин, и они начали разбрасывать листовки.

Они кружились, падали на улицы, прилипали к стенам, ветер разносил их по всему городу. Ардем сделал несколько эффектных кругов над площадью — для зрелищности. Снизу махали дети, показывали пальцами, кто-то ругался, что с неба падает мусор, но большинство всё же поднимали бумажки и читали.

— Кажется, мы привлекли внимание, — заметила Морвен, глядя вниз.

— Именно это и нужно, — ответил Томлин.

Ардем заложил плавный круг и начал снижаться. Поляна у Малета оказалась именно такой, как описывала Морвен — ровной, просторной, с ручьём на краю, который весело журчал, перекатываясь через камешки. Воздух здесь был свежим, влажным после ночного дождя, пахло травой и чем-то лесным.

Когда они коснулись земли, Фанс уже был там. Повозка стояла на краю поляны, ящики были аккуратно сложены, а в центре уже начинал надуваться шатёр — Фанс явно использовал какой-то артефакт, чтобы ускорить процесс.

— Неплохо, — сказал он, отряхивая руки, когда они подошли. — Вы разбросали листовки, я разгрузил повозку. Продуктивно.

— А ты... быстро доехал, — заметил Томлин с лёгким удивлением.

Фанс усмехнулся и похлопал по боку кариопса, который всё ещё стоял у повозки, фыркая и перебирая копытами.

— Старина Бочонок — лучший тягловый зверь в округе.