Ростислав Паров – Бирюльки (страница 4)
– Нет, Лютик, у тебя не щит, а сибц
С этими словами она ударила по моему щиту кинжалами – сначала с двух сторон в центр, а затем от центра, раскидывая руки в стороны.
И вот я уже стоял без защиты. Мой старый добрый щит развалился, разлетелся в щепки.
Толпа изумленно ахнула.
Щит не был реликтовым, но это был очень хороший и крепкий щит. Он выдерживал могучие пинки Тиля, а здесь разлетелся от двух взмахов кинжалами.
– Кто ты на самом деле, а?! И что делаешь здесь? – пытался я получить какую-нибудь информацию, а заодно тянул время для подготовки новой атаки.
– А ты, Лютик, не только трусливый, но еще и любопытный! – продолжала ходить незнакомка вокруг меня. – Ну да ладно. Кто я? Я – Рэйка. Что я здесь делаю? Это очевидно – дуэлюсь с тобой!
Назвавшаяся Рэйкой сделала быстрый удар левым кинжалом. Мне удалось отразить его топором. Удовлетворившись результатом, она снова принялась ходить вокруг меня.
«Неужели из Верхних Земель? – взволнованный, гадал я. – Нет, вероятность крайне низка. Для прохода между землями нужен специальный королевский пропуск… И кроме того, для них в наших землях интереса мало… Может, из дальних, неизвестных мне поселений? Тогда шанс есть…»
– У тебя последний шанс! – будто подслушав мои мысли, сказала она. – Нападай, или нападу я!
– Откуда ты? Из Верхних Земель?
– Не угадал. Нападай!
– Тогда откуда?!
– Вопросы потом! Нападай же! – прокричала она.
И я напал. Бросил ей в ноги малый топор с дымным заклинанием и рванул вперед, на ходу снимая со спины обоюдоострый, чтобы нанести молниеносный удар. Точнее не удар, а целую серию таких ударов, насколько меня хватит.
Первым рублю сверху – уклоняется вправо, кинжал не использует.
Вторым бью горизонтально наотмашь – приседает под удар.
Третьим снова рублю сверху, еще быстрее прежнего – отпрянула назад, сев на задницу.
«Ну все, попалась!» – пронеслось у меня в голове, и я ударил еще раз сверху, в прыжке, с небольшим запасом по дальности, чтоб стерва не успела отползти.
И в этот момент происходит невероятное. Рэйка стремительно, так что фигура ее размывается у меня в глазах, вскакивает и толкает меня, еще находящегося с топором в воздухе, в бок. Я падаю на спину, и ее кинжал входит глубоко мне грудь, а через мгновение еще один – в правую руку.
Прошла какая-то секунда, может, две, и я уже валялся на земле, а наглая стерва сидела у меня на груди, празднуя победу.
Рэйка опустила свой платок и наклонилась ко мне:
– Завтра, здесь, в десять утра. Двадцать дней, как условились.
От полученных ран у меня закружилась голова, взгляд помутнел. Но и сквозь эту муть я хорошо различил на правой щеке Рэйки волну из небольших блестящих кристаллов.
Кто-то мне рассказывал, что называются эти кристаллы «бешеными камнями», стоят безумное количество рублей и дают своим обладателям власть над скоростью. Чем больше камней, тем больше время, в течение которого можно двигаться очень быстро. Кое-что становилось понятным.
– Хорошо, как условились, – прокряхтел я, даже не пытаясь подняться. – Только с послезавтра. Согласна?
– Вполне. Послезавтра, здесь, в десять утра. Выдвигаемся на Ворл
Рэйка вытащила из меня кинжалы и, стряхнув с них кровь, засунула в ножны. Затем встала и наконец унесла свою злополучную задницу куда подальше.
Глава 2. В ожидании худшего
Почти всю ночь после дуэли я провел без сна. Унизительное поражение на глазах у всей Примы очень тяготило меня. Было так больно, так тоскливо и так плохо, что я даже забыл перед сном поесть. И к вири, разумеется, тоже не пошел. Давно, очень давно я не чувствовал себя таким несчастным.
Будильник поднял меня в семь утра, и я с трудом встал с кровати. Чувствовал себя ужасно: бессонная ночь, вчерашние тревоги, голод.
Я налил воды, дважды нажал на кнопку пищепровода и долго, не меньше двух минут, ждал, пока прибудут мои упаковки. Как только показался первый пластиковый брикет, я дрожащими руками схватил его, разорвал упаковку и, выдавив содержимое в миску, принялся за еду.
– Надо уже сваливать в кокон, – проворчал я, недовольный однообразным вкусом моей еды. – Достало уже жрать эту дрянь просто так.
Наутро горечь поражения ощущалась меньше. Но тревога… Тревога никуда не ушла.
Ворлонские Болота – все дело было в них. Не было в Средних Землях места более жуткого и безнадежного, чем Ворлонские Болота!
На Болотах водились замордыши – мерзкие, почти неубиваемые твари. В отличие от других мразей, они не стремились убить тебя как можно быстрее. Нет, когда воин обессиливал, они начинали его щекотать, щипать, лезть своими щупальцами в нос, в рот, в задницу… И все это ощущалось, как на самом деле. Говорили, что эти муки длятся не менее получаса, и только после замордыши позволяют тебе умереть.
Портироваться оттуда было нельзя, и чрезвычайный выход тоже был невозможен. Жутчайшая жуть!
Что еще хуже, умирая на Болотах, ты оставлял там всю одежку, в которой туда пришел. Именно доспехи и оружие павших там воинов прельщали отчаянных смельчаков, побуждая их идти на Ворлонские Болота. Иначе никто бы туда не сунулся!
Я и сам слышал о могучих, почти легендарных воинах, которые ходили туда, но возвращались поверженными и без своих реликтовых шмоток. Даже обитатели Верхних Земель почитали это место как проклятое, абсолютно безнадежное.
И завтра туда должен был направиться я, у которого из реликтовых вещей был лишь нагрудный доспех…
– А-а-а-а-а! – громко заорал я, чтобы как-то снять напряжение. – Неужели за схваченную задницу надо так мстить?!
Слегка полегчало. Успокаивало то, что до похода у меня был еще день: за это время нужно было что-то придумать, что-то, позволяющее мне выжить.
Хотя выпросил я это время совсем по иной причине. В тот день мне нужно было принимать пациентов: я заранее взял эту заявку, в связи с чем невыход грозил мне огромным штрафом от Первой Клиники.
Да, именно так. Я, один из лучших воинов Средних Земель Весдем
В связи с этим примерно раз в десять дней я заходил на трудовую биржу и брал предложения Первой Клиники. Мне нравилось, как функционируют их ассистенты, да и привык я к тому, как у них все работает, – менять ничего не хотелось.
До первого приема оставалось около получаса. Быстро умывшись, я лег в ковш своего с
«Хумирах! – ругался я про себя. – Мало того, что меня защекочут до тошноты, так я еще потеряю свою лучшую экипировку!.. Это не говоря уже про штраф за смерть. Может, сразу пойти туда в сибцовой одежке? Нет, Рэйка быстро заметит это…»
Когда программа разминки завершилась, я все еще был без решения.
Тем не менее надо было на время забыть о Болотах: врачебная подработка требовала полной концентрации. Поскольку я числился врачом третьей категории, мне доставались не самые простые случаи. Думать надо было о них, а не о том, как завтра улизнуть от замордышей.
Хотелось, чтобы приемов в тот день было немного, но надеяться на это не приходилось. В плане организации Первая Клиника работала без сбоев: ровно двенадцать пациентов в день – ни больше ни меньше.
Мне хорошо запомнились три случая: повторная язва, аллергия в коконе и истощение от уныния. Они словно направляли мои мысли о будущем походе.
Первой поступила жалоба на ноющую, иногда – режущую боль под правым ребром. Сто пятьдесят дней назад у пациента уже были похожие жалобы, поставлен диагноз – язва двенадцатиперстной кишки, назначено лечение и режим питания.
На основе данных сканирования через сайдекс ассистент выдал мне список наиболее вероятных диагнозов. Язва занимала в этом списке первое место с вероятностью девяносто семь процентов.
– Ассистент, что там у нас с оставшимися тремя процентами? – спросил я помощника.
– Болезнь Рокос
– И какие сопутствующие симптомы у Рокосо? Два основных.
– Повышенная потливость – частота девяноста процентов, пожелтение белков глаз – частота пятнадцать процентов. Отсутствие преобладающих симптомов болезни Рокосо уже учтено в расчете вероятностей.
– А если его сайдекс глючит?
– Вероятность ошибки сканирования не превышает одну тысячную процента.
У ассистентов Первой Клиники было правилом пихать эти вероятности везде, где только возможно.
В общем, все однозначно указывало на язву. Случай простейший, если бы обращение не было повторным. Получалось, что либо предыдущее лечение не сработало, либо оно сработало, но это уже была новая, совсем другая язва. Так я тогда решил.
Мне надо было не только поставить диагноз и назначить лечение. Важно было предотвратить новый рецидив болезни, лечение которой должно давать стопроцентный результат. Если верить ассистентам Первой Клиники, конечно. В ином случае могли признать лечение неэффективным и в связи с этим снизить мне категорию.