Ростислав Левгеров – Бог дураков (страница 4)

Глава 2. Здравствуйте, я — Аркадио, бог… дураков

Сразу скажу — поединок, зрелищем которого очень скоро сможет насладиться читатель, стал последним моим выдающимся подвигом в последовавшей за тем череде неудач. Да, тут я предстаю скорее рыцарем в классическом понимании, но что касается профессии…

К сожалению, похвастать нечем. Придется вам поверить на слово, что я истинно тот, за кого себя выдаю. Но я снова забегаю вперед. Что поделать, воспоминания до сих пор бередят душу.

Не будем больше отвлекаться, предоставим истории течь своими тернистыми путями.

Итак, чудище обрушило на меня свою чересчур большую секиру — не проблема, успел отскочить, а вот огненный шар, globus ignis, мать его так, что прилетел секунду спустя, я пропустил — магический щит, разумеется, сработал, но ударной волной меня снесло на добрую дюжину шагов. Шляпа слетела с головы, ударился копчиком, кувыркнулся, лицом пропахал землю, белый плащ запачкал и порвал.

Тут же внутри разлилось живительное тепло — перстень санационис сработал. Но до полного восстановления требуется как минимум пара минут, а между тем противник наседал, не давая передышки. Атака за атакой, пыль столбом, земля тряслась от сокрушающих ударов.

Едва успевая уворачиваться от последовавшего шквала, — спасибо рефлексуум, — чередовавшегося с проклятыми игницами, я лихорадочно думал, что бы такого противопоставить монстру? Магический щит слабел с каждой минутой, перстни нагревались так, будто пальцы окунули в кипящий котел, да и я сам не совсем оправился.

В отчаянии царапнул тварь кинжалом Беллоны. Надежды на него мало, заряда — кот наплакал. Дело в том, что такие штуки именные. Они подпитываются от хозяина. По-хорошему, мне бы следовало перенастроить его, но времени не было — родитель поторапливал.

Тем не менее, даже остатков яда хватило, чтобы вывести из строя левую лапу чудовища. Колдовская перчатка, ответственная за пламя, с шипением сгорела, ладонь почернела.

Осталась секира. И как сие создание не устало ею размахивать? Орудие весит, наверное, как повозка, доверху груженная кирпичом. Всю арену раскурочил. Это вдобавок к догорающим обломкам и едкому дыму, от которого слезились глаза и першило в горле.

Пара каких-никаких заклинаний у меня в запасе имеется. Первое — обычный «вихрь», ремоли́но. Понимаю, не ахти что — уровень ученика. Эдакой громадине подобное — всё равно что оплеуха, полученная от малохольной девицы. Но хоть на десяток секунд ошеломить, а там я пущу в ход гораздо более действенный препарат — мою излюбленную «почесуху», picazón. Порошочек, изготовленный лично. Строго говоря, это не порошок, а крохотные, но очень прожорливые жучки. Как вцепятся — пиши пропало. С каждым укусом чертенята увеличивались в размере, пока от жертвы не оставались лишь косточки. А затем жучки самоуничтожались. Только бы попасть.

И я попал! Великолепно! Полпути пройдено. Бестиозо уже начал вопить и чесаться. От его рева содрогались и без того едва державшиеся стены.

Попробую-ка «небесные стрелы», Sagittae Caelestes. Добью. Чтобы бог и не метал гром и молнии? Я не из таких, но в особых обстоятельствах почему бы не воспользоваться подарком приемного отца?

Первая стрела полетела — ох ты, у твари тоже есть блок! И он выдерживает! Не беда, пущу вторую — блок с треском разлетается, тут же третью — прямо в харю тебе, приятель! Это тебе не пылающими шариками швыряться, такими пустяковинами только мальчишкам пятки подпаливать. Это, братец, наказание от самого бога богов!

Остановился на мгновение, чтобы полюбоваться результатом. Монстр еще стоял, пошатываясь, секира упала, а из ушей валил дым.

Финальный штришок — с наскоку рубануть по толстой мохнатой роже. Чирк — готов! Вот так истинный пикадор и должен смирять не в меру буйного быка.

Как я там выразился в самом начале истории? Древняя арена с обломанными колоннадами. Брызги крови, всполохи огня, дым. И огромная туша, с грохотом и лязгом падающая за моей спиной. А я с торжествующей улыбкой шагаю дальше.

Так и есть друзья. Нет, ну разве я не молодец? Видишь, отец, я тоже кое-что умею!

Так, погляжу, что тут у нас? Еще одни врата. На них сигиллум посерьезней предыдущего — одно взгляда на руны хватило, чтобы в глазах помутилось. Справится ли порошок? Нет, тут нужен дешифратор.

Ну вы понимаете, чтобы у бога хитрости, читай — повелителя жуликов и воров — не имелось бы в загашнике ничего такого? Штука небольшая — коробочка с присосками. Чпок на стену — и начинается таинство. Главное завести. Ключом. А вы что думали? Магия не бесконечна, иногда приходят на помощь механизмы.

Пока дешифратор взламывал чертову печать, я успел заскучать. Отряхнулся, почистил шляпу, пересчитал, что имею (признаюсь, негусто), выкинул безнадежно испорченный плащ. Всё равно белый мне не к лицу. Я смуглый, черноглазый, черноволосый — из низов, как-никак.

Что бы ни болтали завистники, я горжусь своим происхождением. Да, мои настоящие родители так и сгинули в трущобах, ну и что? А я стал богом. Ни больше ни меньше.

Наконец-то запор взломан. С трудом отодвинув каменные створки, отправился дальше. А дальше у нас длинная арка. Или мост, узкий, без перил. Вздымался над пропастью, будто замершая в полете ветвь, сорванная с материнского древа ураганом. Над аркой парили драконы. Зрелище — дух захватывало. На том конце — замок Люминозо. Завис над бездной, гордый и одинокий. Острые шпили пронзали небеса. Вблизи он гораздо мрачнее.

Наблюдая за драконами, я задумался — нападут, нет? Мне с такими не совладать. Нет, правда, шансов — ноль. Если только не принять сомбру, хотя, вряд ли это поможет — драконы по сути своей магические создания, им любое колдовское средство всё равно что маяк посреди бушующего моря.

А, была не была! Пойду так, по пути что-нибудь придумаю. Сильно сомневаюсь, что эти гордые создания будут пресмыкаться перед каким-то там индюком, что бы он из себя ни представлял. Даже первому так и не удалось приручить ни одного (а он старался, уж поверьте!)

Так и есть — пока шел, никто не спикировал, не обдал меня испепеляющим жаром (а пламя драконов сжигает абсолютно всё, никакие щиты не помогут).

У очередных ворот (если честно, уже сбился со счету) стоял двойник усатого алькальда, только выше, массивнее и в доспехах не в пример дороже. Так и сверкал на солнышке. Сложил руки в латных рукавицах на навершии огромного двуручника. Взгляд настолько недружелюбный, что мне стало не по себе.

Я вздохнул. Теперь и с этим придется сразиться. А пятачок-то крохотный, не развернуться. Малейший толчок — лететь придется долго.

— Э, приветствую вас, многоуважаемый… — начал я и запнулся. Кто он — коннетабль, мажордом или обычный рыцарь? Нет, кто угодно, только не обычный рыцарь — уж больно грозен.

Я выждал минуту, но ответа не получил. Так не хочется вступать с ним в драку! Ладно, попытаюсь еще.

— Послушайте, многоуважаемый кабальеро, может, пропустите? — спросил я его. — Ну что вы все кидаетесь на меня, будто я чудовище какое? Мне бы только поболтать с вашим хозяином, ничего такого. О, прошу прощения, не поболтать, а выказать свое почтение его чрезвычайному святейшеству, а заодно — если его милость, конечно, пожелает — задать пару незначительных вопросов. Ничего такого, так, ерунда… Кстати, вы не встречали тут парнишку — светловолосого, дерганного…

— Нет, не встречал, — неожиданно перебил меня кабальеро, открывая дверь. — Хозяин ждет.

— Вот оно как? Его милость оценили мои старания? Польщен, весьма польщен.

— Иди, не заставляй его ждать.

— Неужто даже оружие не заберете?

Вместо ответа рыцарь принялся устало наблюдать за полетом драконов, всем своим видом показав, что я его больше не интересую.

Заглянув внутрь, я поморщился.

— А куда идти-то? — спросил я. — Там столько комнат!

— Прямо и наверх. Всё время прямо и наверх, не промахнешься.

— Ну спасибо. Позвольте представиться, раз уж мы, так сказать, нашли общий язык — дон Аркадио, к вашим услугам.

— Иди, Аркадио, и да будет к тебе милостив бог-светоч. В чем я сомневаюсь.

— О, я и сам бог! — зачем-то сказал я.

— Ну да, ну да. Что это я? И не заметил. Смотрю — бедолага какой-то заявился. Что ему надо, бедолаге? Может, медяк подарить? Ах, незадача! У меня и медяка-то нет. Ни единого куарто. Только чистое золото. Россыпь чеканных дублонов. А достоин ли бедолага золотишка? Ага, он утверждает, будто сам является богом. Ну что ж, будем знакомы, «бог», хе-хе-хе. Я — тоже бог. Дон Алоизо.

Эта тираду дон Алоизо выдал с крайне невозмутимым видом.

— А вы, я погляжу, шутник, дон Алоизо.

— Хорошая шутка продлевает жизнь, Аркадио.

— Святые слова, почтенный.

* * *

Я ожидал увидеть кого угодно, но только не книжного червя с окулярами на носу, увлеченно читавшего толстенный фолиант в мягком кресле посреди огромной библиотеки. Верх стеллажей, заставленных тысячами книг, терялся в туманной дымке. А вместо потолка — небо с курчавыми облаками, которые пронзали неугомонные драконы.

— О, долгожданный гость! — сказал Люминозо, снимая очки и откладывая книгу на столик, где уже стояли графин и пара бокалов. — Аркадио, я не ошибся? Поздравляю, Аркадио, ты первый за много лет, кто сумел добраться до моих покоев. Прошу, проходи, не стесняйся! Вина?

Пренебрежение, с которым ко мне отнесся Алоизо, подпортили настроение. Поэтому я решил не расшаркиваться перед самозванным богом-светочем.