Ростислав Корсуньский – Узник (страница 46)
— Звучит, как фантастика, — промолвила Мальвиэль. — Да, в этом случае получается, что жуль-кены полностью разумны, а не полуразумны, как мы думали ранее.
— Все верно, — кивнул начальник службы безопасности клана, — но эта теория объясняет все непонятные и до этого необъяснимые моменты.
— То есть, — произнесла Илинэль, чуть повысив голос, — из-за одного урода наш народ нажил себе такого опасного врага? И из-за него наша дочь скрывается от фанатиков этого Супайче в джунглях Южной Америки?!
И эльварка зарычала, чего ранее никогда за ней не наблюдалось. Все присутствующие посмотрели на нее с удивлением, а в глазах Рикнана читался еще и вопрос. Мальвиэль объяснила ему, что ее сестра вновь почувствовала, что Айвинэль грозит смертельная опасность, и то, что она очутилась в Джунглях того материка. Безопасник тут же мысленно предположил, что если между жуль-кенами обоих материков существует связь, то это плохо, так как шансы выжить становятся значительно ниже. По донесениям агентов и исследователей, лес там менее опасный, чем у них, и вероятность выжить выше. Правда, тут же отбросил эти мысли — как там могут выжить два ребенка? Озвучивать, естественно, он их не стал.
— Пусть «Небесный Странник» и один из кораблей ходят у северной оконечности Южной Америки, — внезапно произнесла Илинэль.
Все с удивлением посмотрели на нее. Но женщина ничего не могла толком объяснить, лишь говоря, что ей так кажется.
Гуайчох, как некогда называли этих мерзких созданий, уже готовился накрыть собой этих двух очень приятных на вкус существ, а затем поглотить, когда на него спикировал летающий ящер, которого в те же времена называли просто драконом. Он падал с высоты под небольшим углом, полностью сложив крылья, и лишь хвостом подправлял траекторию своего движения. Скорость его была уже настолько большой, что не распусти он сейчас свои крылья, мог бы если и не разбиться, то сломать себе что-нибудь, уж точно. Но он даже не подумал это делать, врезавшись в гуайчоха, выглядевшего, как изогнутое плоское дерево.
И вот здесь сторонний наблюдатель сразу понял бы, что соперника летающего ящера никак нельзя назвать студенистым, хотя внешне он выглядел именно так. Никаких брызг не было — оба животных покатились по земле. В этой ситуации сказался тот факт, что у гуайчоха отсутствовали кости — вот и вышел он из нее без повреждений. Чего нельзя было сказать о его противнике, сломанные лапы которого не позволили тому полноценно сражаться. Благодаря чудом уцелевшей шее, он пустил в ход свою пасть с острейшими зубами, вот только толку от них практически не было. Еще мгновение назад твердая поверхность странного тела в месте укуса стала похожей на ртуть, вытекая сквозь зубы.
Гуайчох, словно одеялом, окутал тело дракона и начал его растворять. Поверхность его тела выделяла фермент, напоминающий нечто среднее между желудочным соком и сильнейшей кислотой. Его крылатый противник зашипел, но, тем не менее, продолжал стараться оторвать хоть что-то от противника.
На поляну рядом с детьми опустилась самка дракона, первым делом нанеся ментальный удар по противнику самца. В этот раз ей повезло: магическая аномалия уменьшила силу атаки совсем не намного. Зацепить своего друга она не боялась, поскольку любой, даже самый мощный, ментальный удар не причинял вреда ее семье. И вот это воздействие дало результаты: гуайчох не мог идеально контролировать свое тело, и ее другу удалось оторвать несколько кусков, выплюнув их на землю. Сама же она обратила свое внимание на детей.
Наклонив голову к девочке, она проникла в ее сознание, поняв, что та получила очень мощный ментальный удар, и сознание ее пребывает в своеобразном шоке. Создав теплую и мягкую ментальную волну, она укрыла ее дрожащее «я». Затем аккуратно взяла ее зубами и, сильно размахнувшись, бросила в сторону магического барьера, преодолеть который не мог никто из местных жителей. Она помнила, что ее странный знакомый, который находился здесь же, защищал девочку, а значит она из его семьи. Девочка с легкостью преодолела купол магических потоков и покатилась по земле.
Дракониха наклонила голову к своему знакомому, войдя в его сознание, где ее ждал неприятный сюрприз. Там была практически полная пустота: ни эмоций, ни мыслей, никаких желаний, кроме одного: «Держаться». Это было похоже на очень сильное ментальное воздействие: сначала удар, затем, когда сознание пребывает в шоке, внушение. Самостоятельно выйти из такого состояния невозможно, здесь требовалось воздействие — необходимо всего лишь снять эту установку. Она потянулась на второй уровень и… не смогла этого сделать. Несмотря на то, что она смогла достаточно легко проникнуть на первый, где читались мысли, второй уровень у него имел очень хорошую защиту. Быстро снять эту непонятную установку без последствий она не могла, поэтому сделала единственное, что смогла.
— «Очнись!», — рявкнула она.
Затем сделала то же, что и с девочкой — аккуратно взяв зубами, бросила его через барьер. Он покатился в той же позе, которой пребывал до этого, и только когда остановился, по его телу прошла судорога, и оно обмякло. Сама же она присоединилась к схватке, в которой произошли изменения.
За то время, пока она возилась с двуногими, враг отошел от ее воздействия и убил ее друга, почти полностью растворив его. Он получил прилив сил и скоро станет сильнее. Взревев, она на остатках энергии нанесла ментальный удар, затем взмахнула крыльями и, поднявшись метра на три, опустилась на него. Яростно полосуя врага острейшими когтями, она добилась успеха. Оторванные или отрезанные от тела части оседали, образуя темную субстанцию. Победно взревев, она поднялась ввысь.
Айвинэль пришла в себя от какого-то теплого чувства, словно окунулась в ванну. Попыталась осознать, где она находится, но мысли пока путались, не давая девочке зацепиться хотя бы за одну из них. Голова болела, и она, скривившись, обвела взглядом место, где находилась. Когда юная эльфарка увидела парня, то все встало на свои места — она вспомнила все. Вскочив на ноги, она осмотрелась.
Находились они по-прежнему в Джунглях, но немного в стороне от места, где на нее начало надвигаться неизвестное существо. Поняла это по их вещам, увиденным ею метрах в десяти. Когда убедилась, что явной опасности нет, первым порывом было броситься к своему другу, но она задавила его — сейчас главное оружие. Добежав до своих вещей, она нашла свои мечи, вложив их в ножны. А в следующую минуту застыла, поняв причину, беспокоящую ее. Перейдя на магическое зрение, она оглянулась. Так и есть — они находились внутри магического купола, и как туда попали, девочка совершенно не помнила. Но самым странным был тот факт, что внутри она не видела ни одного потока, даже самого тоненького и маленького. Дабы убедиться в этом окончательно, она вернулась внутрь, рассматривая все уже оттуда. Как такое возможно, она, естественно, не имела ни малейшего понятия. Более того, она ни разу не слышала, что такое возможно. Конечно, магией занималась она не так уж и много, но была уверена, что никто из ее учителей не сможет объяснить этот феномен. А ведь он как-то должен влиять на нее.
И юная эльварка прислушалась к себе. Точно! Присутствовал некий дискомфорт из-за отсутствия магических потоков. Это похоже на то, как будто дышишь разреженным воздухом: вроде бы и живешь, не умираешь, не теряешь сознания, но присутствует чувство, что чего-то не хватает. Она вгляделась в «стенку» купола. Удивительное зрелище! Потоки энергии не обрывались — они изгибались, переплетаясь между собой. Насыщенность потоков в этом месте была и без того выше, но здесь они переплетались, как будто искусница-вышивальщица долгое время сидела, плетя такую красоту. Да, это было не банальное переплетение нитей, как в ткани, а именно узор. Обозначал он что-то или нет, понять она не смогла.
Перешла на обычное зрение, найдя место, где помнила себя в последний раз. Рядом с ним заметила останки какого-то животного, но даже не стала их внимательно рассматривать. Ни сейчас, ни тогда, когда забирала сумки. Пока несла сумку с копченостями, запах которых она учуяла, ее желудок потребовал своей порции. Но в это время лежащий неподвижно парень подал звук.
— Раэш! — подскочив к нему, девочка не удержалась от вскрика. — Ты очнулся!
И только сейчас поняла, что он находится не в своей сидячей позе, а лежит на траве. Облегченно вздохнув, она села рядом с ним, положив его голову себе на колени.
— Раэш, — позвала она уже тише.
— Ох, ты ж у-у-ух, — пробормотал он.
Казалось, это длится уже вечность — эта темнота и пустота. Хотя нет, не пустота — здесь присутствовал еще мысль: «Держаться». И я держался. Не знаю, для чего это необходимо, но знаю, что очень нужно. Пустота и темнота навевали скуку, но одновременно с ней и некую умиротворенность. Именно последняя и успокаивала меня, что все идет, как надо. Как надо, что надо и для чего надо — меня уже не интересовало. Главное — держись, а остальное уже неважно. Вот что-то произошло, отчего мне стало приятно, но быстро прекратилось. Держаться. Ну, я и держусь как-то и где-то, а остальное уже ерунда. Что-то где-то стало происходить, но меня это не интересует. Держаться.