Ростислав Корсуньский – Узник (страница 45)
Поняв эту простую истину, девочка продолжила двигаться к намеченной цели — непонятному куполу из магических потоков. Проделывала все, как и первый раз: сначала переносила вещи метров на десять, контролируя окружающую обстановку, затем перетаскивала своего друга. Все время передвижения ее преследовали крысы. Точнее, не преследовали, а наблюдали, так как ни разу даже не попробовали напасть. То ли так совпало, то ли удача, наконец-то, повернулась к ней лицом, то ли в этом виновато ее «сопровождение», но она больше никого из обитателей джунглей не видела, никто не собирался ею пообедать.
Своим магическим зрением Айвинэль видела, что до границы осталось всего метра три, когда краем глаза заметила магическое возмущение слева от себя. Посмотрев туда, увидела нечто, напоминающее ртуть — такая же серая субстанция, только матовая, а не блестящая, катилась к ней.
Ничего хорошего от такого странного жителя Джунглей она, естественно, не ожидала, поэтому приготовилась к отражению атаки, выставив перед собой обнаженные мечи. Перешла в боевой транс, начав обдумывать, каким образом «это» будет ее атаковать. То ли «плюнет» частью себя, то ли прыгнет, а может быть, вырастит много отростков вместо рук и будет, как осьминог.
Но действительность оказалась совсем другой, преподнеся ей неприятный сюрприз. Было ощущение, что ее огрели чем-то тяжелым по голове, так что эльварка даже бросила взгляд направо, затем налево. Но после второго такого ощущения, Айвинэль догадалась, что подверглась ментальному удару большой силы. Вот только девочка не знала, что магическая аномалия Джунглей уменьшила силу раз в десять, иначе ее мозг был бы уже выжжен. Она хотела броситься и изрубить этот студень, но тут невидимые тиски сжали ее голову, отчего она выпала из боевого транса.
— Ай! — вскрикнула она от неожиданности.
Встряхнула головой, и вроде как сила, сжимающая ее, ослабла. Она снова тряхнула головой в надежде, что та исчезнет полностью. Вот только ослабла она не из-за этого действия, а по причине все той же аномалии. Следующий удар был такой силы, что она даже присела, а руки сами опустились вниз. Разозлившись на себя и сжав зубы так, что от губ осталась только очень узкая полоска, она поднялась и даже взмахнула клинком. Но достать нового врага не смогла, хотя тот за это время приблизился, остановившись огромной каплей в каких-то двух метрах.
И тут этот «студень» начал расти. На нем не появилось ни рук, ни ног, ни головы, просто это нечто вытягивалось вверх, образуя что-то овальное. И снова невидимые руки сжали ее голову так, что в глазах потемнело, а ноги сами подкосились. Мелькнула мысль, что она упадет рядом с Рэшем. «Что?! — встрепенулась она. — Я не смогу его защитить?». И откуда только взялись силы! Она распрямилась и даже подняла руки с оружием.
По гладкой поверхности овала пробежала рябь, словно этот странный житель выказывал свое сильное недовольство. Даже, скорее всего, возмущение. Следующая ментальная атака оказалась самой сильной. В глазах эльварки потемнело, ноги подкосились, руки опустились, а невидимые тиски продолжали сжимать ей голову, буравя мозг. И уже падая на землю, как она и предполагала, рядом со своим другом, Айвинэль сквозь застилающую глаза пелену увидела, как выгнулось дугой это нечто, стараясь накрыть и ее, и парня. В следующий момент последовал новый удар, который привел девочку в беспамятство.
Глава 15
— Что? Опять? — спросила Мальвиэль свою подругу и сестру в замужестве.
— Да, — держась за сердце, ответила та, — снова дочери грозит опасность.
Началось все третьего дня, когда Илинэль находилась в Храме Богини, где просила ее помочь в поиске дочери. Она прекрасно знала, что их Богиня отсутствует в этом мире, но все равно подсознательно надеялась на помощь. С момента пропажи дочери улыбка на ее лице практически не появлялась, хотя ранее она слыла чуть ли не самой веселой эльваркой, любящей шутки и, чего уж там, проказы тоже. Женщина очень переживала, и утешения ее сестры и мужа не могли освободить ее от печали, в которой она пребывала все это время. Она часто ходила в Храм, к меллорнам, прося помощи, но ничего не происходило. Но вот однажды, три дня назад, Илинэль вдруг почувствовала, как сжалось ее сердце. Она тогда как раз находилась в Храме со все той же просьбой. Удивиться своему состоянию она не успела, как вдруг откуда-то пришло понимание, что эта боль связана с ее дочерью. А точнее, что той грозит опасность. Женщина поделилась этой новостью с верховной жрицей, но та не смогла ответить на вопрос, как такое возможно. Даже выразила некоторое недоверие, отчего жена Владыки немного расстроилась, совсем чуть-чуть. Она прекрасно понимала жрицу и не винила ее за неверие.
А вот муж с Мальвиэль поверили сразу. Владыка совершенно точно установил, что Айвинэль находится в Южной Америка, куда ее продали в гладиаторскую школу. Получил он эти сведения всего месяц назад, и принес эту весть почтовый стриж с дирижабля «Небесный Странник». Они перехватили одного работорговца, направлявшегося от берегов материка в сторону Австралии. Получив сигнал «остановиться для переговоров», тот почему-то начал убегать. С любым другим дирижаблем этот номер сработал бы, ведь работорговец оказался очень быстрым, но только не с этой новейшей разработкой ученой братии эльвари. Приблизившись, они применили заклинание массового паралича, тем самым существенно понизив заряд накопителей, но это оказалось оправданным. Капитан летающего корабля и владелец оказался человеком очень педантичным и вел книгу всех сделок. Его так и нашли парализованным у открытого сейфа с толстым фолиантом в руках. И уже изучая записи, прочли упоминание о продаже ребенка, девочки-эльфийки, некоему владельцу гладиаторской школы Анхéну Чóхнану.
Чтобы не расстраивать своих супруг, он не стал им говорить об этом — лучше неизвестность, чем точное знание, что дочь попала к индейцам Союза Племен. Гладиатор от раба отличался только тем, что во время обучения его не могли убить, а если он отлично сражался на арене, то тратили деньги на лечение полученных во время поединков ран. Он надеялся, что его дочь, хоть и не уделяла много времени владению оружием, но по меркам детей сражалась достаточно неплохо. Сейчас лучшая пятерка его диверсантов ушла на территорию индейцев, чтобы отыскать и спасти принцессу. На самом деле они очень рискуют, ведь первое же применение магии засекут жрецы, и начнется охота уже на них.
После сообщения второй жены ему пришлось рассказать о полученных сведениях, за что он получил два укоризненных взгляда. Обе жены были уверены, что их дочери грозит очень большая опасность. Илинэль не могла сказать, какая именно, только была уверена, что очень большая, чуть ли не смертельная.
А сейчас сердце матери сжало с такой силой, что она непроизвольно схватилась за грудь. Мальвиэль, которая всегда находилась рядом с ней, даже помогла ей сесть в кресло. Но поговорить женщинам не дала открывшаяся дверь, куда вошел их муж. На лице сохранялось безразличное спокойствие, и только глаза, эти два зеркала души, выдали, что у того есть, что им сказать и, скорее всего, новость из разряда положительных.
— Новость у меня необычная, — он чуть задумался, но почти сразу продолжил: — наша дочь, действительно, была продана в гладиаторскую школу в город Антучан. Насколько смогли выяснить наши разведчики-диверсанты, обучалась она у одного из лучших воинов Союза Племен вместе с индейцем-полукровкой. И декаду назад они отравились на турнир. Сама Айвинэль в нем не участвовала, а ее напарник его выиграл. В настоящее время по всем индейским племенам объявлен в розыск краснокожий полукровка и его длинноухая подружка, — Владыка позволил себе улыбку. — Это то, что известно достоверно. Еще агенты сообщают, что большой поисковый отряд отправился в Джунгли, и в его составе был учитель дочери. Существует большая вероятность, что они направились по следам беглецов.
— Она там, — прошептала его вторая жена, — и ей грозит огромная опасность. Сердце просто сжимается от плохих предчувствий.
— Все будет хорошо, — Киливан поднялся, подошел к ней и прижал к себе. — Что с новыми защитными амулетами? — спросил он первую жену.
— Всем, кто предан нам, заменили, а вот остальным их выдавать опасно, — ответила она. — Слишком велика вероятность, что, заполучив его, неизвестный враг сумеет разобраться в защите и сможет ее преодолеть. Появились хоть какие-то сведения о нем?
— Нет, — покачал головой Владыка, — ничего подозрительного не замечено. Главы и их ближайшие соратники и советники самых богатых и влиятельных кланов и родов не выходили из поля зрения людей службы безопасности нашего клана. Более мелкие рода нам не отследить — просто нет компетентных агентов службы безопасности клана, которым можно полностью доверять. Теперь о плохом, — его лицо приобрело тревожно-озабоченное выражение. — Участились случаи нападения жуль-кена на пограничные разъезды у Джунглей, а из фортов вдоль границы стали периодически замечать этих летающих ящеров. Как вы помните, началось это лет пятьдесят назад, а до этого они ни разу не нападали на нас. Один клановый молодой аналитик Фáлькан выдвинул невероятную теорию, что ментальные воздействия у нас и нападения связаны между собой. По его версии, некто из эльвари нашел в Джунглях некий артефакт ментального действия, который то ли охраняли жуль-кены, то ли владелец его был их врагом, то ли сама суть артефакта враждебна им. Участившиеся случаи нападений он объясняет активным использованием артефакта, причем наверняка и в Джунглях тоже. Он же утверждает, что эльвари стали для них врагами после того, как кто-то из нас начал пользоваться находкой.