Рост Толбери – Орден-I (страница 66)

Лиам огляделся. Обзор был перекрыт соседними зданиями, особо не постреляешь. Он собрался было идти вниз, но короткое «нет» в спину остановило его. Лиам обернулся и в недоумении посмотрел на Тару.

Хрупкая девушка легко оторвала от земли толстенную шестиметровую доску, распрямила её в полный рост, словно флаг и с грохотом обрушила вниз. Между их крышей и соседней образовался мост. Не дожидаясь комментария Лиама о ненадежности такого решения, Тара оказалась на другом конце. Лиам подошёл к краю, осмотрел видавшую виды и, чёрт знает сколько пролежавшую здесь деревяшку, прикинул в уме свой вес со снаряжением и шагнул вперёд. Нет времени на спуски и подъёмы.

Порывом ветра его качнуло так, что он чуть не сорвался, одна из шальных пуль пролетела рядом. Но это было уже неважно, позиция найдена. Время делать свою работу.

Пока вокруг происходило чёрт знает что, в чём он совершенно не мог разобраться, не успевал, не понимал и десятой части… ему было плохо. Но здесь и он, наконец-то, может быть полезен. Важно занимать своё место в этом сложном механизме, который мы называем жизнью.

Сошки отлетели от винтовки, тугой затвор загнал на место тяжеленную пулю, Лиам сел на колено, упёр винтовку в бортик крыши, сделал поправки, задержал дыхание и… От отдачи сошки сдвинулись на сантиметр, оставив царапины на бетоне, он почувствовал давление и силу Айды всем телом. От цели за укрытием ничего не осталось. Лиам даже не смотрел туда — он точно знал, какой будет результат. Тяжёлый затвор выбросил гильзу и поместил на её место новую капсулу смерти. Сменить ствол на длинный? Нет, не такие дистанции.

— На одиннадцать часов, дистанция двести пятнадцать метров, — коротко сказал Тара.

Да. Вот этого и не хватало. Откуда она знает, как действовать? Уродливая голова перевёртыша, собиравшегося броситься в атаку, раскрылась словно цветок.

Кто дальше? Так, этот собирается менять позицию. Бежит, что есть силы, может километров двадцать в час. Далеко до мирового рекорда.

Когда бегун превратился в дождь из крови и внутренностей, Лиама заметили. Пришлось чуть пригнуться, очередь скользнула по бортику крыши и выбросила вверх штукатурку. Лиам сместился на четыре метра в сторону, поднялся и выстрелил. Затем ещё раз. У стрелка и его приятеля не было шансов — их учили ещё хуже, чем игиловцев.

Тара дёрнула его за плечо и протянула пулю с чёрной меткой.

— Восемь часов, двести пятьдесят.

Лиам повернулся к левому краю крыши, сунул патрон в патронник. Ясно. Какой огромный «парень». Что это за вид такой? Бронированный… винтовочные пули отскакивают от него, словно из воздушки стреляют. Вот тебе пуля со стальным сердечником.

— Лучше в сердце. Левая нижняя половина, — предупредила Тара.

Бронированные чешуйки мускулистого и рогатого демона не выдержали столкновение с куском закалённого металла на такой скорости. Маленькая дырочка для его размеров. Гигант протоптал ещё несколько метров в направлении зажатых в угол штурмовиков и упал лицом вниз. Последним, что он увидел, была струя крови из груди. Вот зачем нужна Айда. Для решения вот таких вот вопросов. Но настоящая цель для неё только впереди.

Доска уже вела к следующей крыше. Молодец Тара. Они быстро пересекут ещё три ангара по крышам, потом два квартала по земле и будут на месте. Вперёд.

Он почти перебрался на другую сторону и застыл на этой глупой доске. Путь ему преградил человечек, со сквозной дырой в черепе.

— Нет, только не сейчас. Оставь меня в покое, чёрт тебя дери! — прошипел на него Лиам.

Мальчик лишь покачал головой и указал в сторону их цели. Лиам выругался, одним прыжком оказался на крыше и, стискивая винтовку, пошёл к краю. Но путь ему снова преградили. Лиам упрямо обошёл преграду, упёр винтовку в край, посмотрел в прицел и не смог выстрелить. Рядом с целью он снова увидел мальчика, качающего головой.

— Ну что? Что тебе нужно?! — закричал на него Лиам.

Мальчик снова был на крыше и указывал вперёд. Вот упорный, гад.

— Что? — спросила Тара.

— Ничего! — отрезал Лиам.

— Прекрати игнорировать это! — прокричала Тара. — Что он тебе показывает?!

— Он показывает вперёд, — немного оторопел Лиам.

— Так иди за ним. Я буду держаться следом, — холодно приказала Тара.

Лиам выдохнул. Спокойнее. Тара старшая, просто делай. Не бойся. Не смотри на него. «Чего ты хочешь? Нам нужно торопиться?» — подумал Лиам.

Мальчик впервые улыбнулся ему. Он больше не исчезал и неуклюже побежал по крыше в направлении лестницы. Впёред. Быстрее.

На выходе из здания Лиам пригнулся — тут ещё стреляли. Мальчик был впереди, и Лиам старался не выпускать его из поля зрения. Его правая детская ручонка, навсегда покрытая кровью и пылью, вдруг сложилась кулак, указательный и большой пальцы вытянулись. Мальчик направил свой «пистолет» в одну из дверей сбоку, и спустя секунду там возник силуэт. Старый байкер с Калашниковым вылетел на Лиама, они оба замешкались, но Лиам был быстрее. Отдачей его снесло с ног, в плечо словно бы ударили кувалдой, но его противнику было хуже.

С трудом он поднялся и посмотрел на мальчика. Омар приложил палец к губам. «Тише». И вдруг зажал уши.

Лиам замер, стараясь не производить ни звука. В квартале впереди послышался протяжный звук, отдаленно напоминающий вой, только значительно более низкий и мощный. Такой же звук послышался слева, справа, сзади и объединился в общий, страшный и давящий шум.

И вдруг он оборвался. Со всех сторон послышался тяжелый топот когтистых лап. Перевёртыши пошли врукопашную.

Омар смотрел на Лиама и зажимал уши. Лиам не двигался, пока скрежет когтей о бетон не унёсся далеко вперед. Мальчик опустил руки, снова достал «свой» пистолет, перезарядил его и отважно кивнул Лиаму. Гильза из винтовки Лиама упала на бетон, он кивнул мальчику в ответ.

За следующим поворотом призрак присел, Лиам тут же повторил, и пуля разбила кирпич в десятке сантиметров от места, где была голова Лиама. В этот раз ему удалось упереть винтовку, его плечо не выдержало бы следующего удара. Еще два магазина. Мальчик выпрямился в полный рост и устремился вперёд.

Враги появлялись один за другим, но всякий раз Омар опережал их и указывал куда стрелять. Когда надо было укрыться, Лиам укрывался. Через всё это поле боя его вели за руку. Последний магазин. Впереди слышалась возня, стрельба и страшные крики — оборотни ударили штурмовикам в спину.

Теперь в спину им бил Лиам. Лиам чувствовал их удивление и последние вопросы в их звериных головах, почему этот запах и звук его шагов появились так резко. Винтовка крепко зацепилась за низкий забор.

«Отец!» — тихо вырвалось у Лиама. Позвоночник первого чудовища лопнул, оно ещё пыталось карабкаться, но быстро затихло. Лиам передернул затвор.

«Мама!» Вторая псина не успела повернуться, её голова подпрыгнула высоко.

«Бенисио!». Третий был слишком занят, пытаясь вскарабкаться на третьей этаж по отвесной стене и вытащить оттуда одного из зажатых в угол ребят. Так и упал оттуда.

«Айда!» Четвёртый уже повернулся и бросился вбок, хотел избежать выстрела. Какой же он быстрый… Ещё немного и угла поворота бы не хватило.

«Ями!» Последний из оборотней, какой-то старый и даже седой, не двинулся с места, пока Лиам переводил на него винтовку и посылал в патронник последний заряд. Понял, наверное, что не успеет. Встал и застыл, во весь рост, смотрел Лиаму в глаза. На всякий случай Лиам выстрелил в центр, чтоб эта тварь точно уже не уклонилась. Но его цель и не пыталась. Дернулась, ещё раз встретилась с ним глазами и сползла вниз.

Через секунду на месте седого оказался шестой из их стаи. Вот и всё. Даже не успеть выхватить пистолет. Он сделал достаточно.

Всё медленнее и медленнее этот поезд приближался, чтобы сбить Лиама. Он видел его странные, почти человеческие, большие глаза, острые и надломанные об броню зубы, слюну из пасти и пот, проступавший из его воронёной шерсти. Лиам почувствовал, как кто-то прильнул к его спине. Изящная рука, затянутая в плотную ткань с обломанными ногтями, вытянулась через плечо Лиама навстречу зверю и сжимала пистолет. Лиам видел, как с нечеловеческой плавностью изящный пальчик равномерно вдавливает курок. Несущаяся на них пасть осталась без глаз, пули ложились одна к одной и делали своё дело, изящная рука была твердой…

Уже мёртвый перевёртыш ударился тем, что осталось от его головы, с другой стороны разделявшего их заборчика. Лиам почувствовал это.

Тара убрала пистолет, словно бы ничего не произошло. Секунду назад она встала с ним плечом к плечу и спасла жизнь. Даже дыханье не сбила. Не оглядываясь Тара пошла впёрёд.

Фух. Дыши. Значит, ещё не всё, не расслабляйся. Потом придумаешь, что ей сказать. Сейчас всё равно даже рот не сможешь раскрыть. Дыши. Двигайся. Пошёл, морпех! Вперёд, вперёд!

Лиам услышал равномерный скребущий звук из глубины переулка, увидел движение и нажал на спуск. «Щёлк» сказала винтовка. Нет патронов. Руки Лиама застыли. О пистолете он даже не подумал. Он вообще ни о чем не смог подумать.

На него смотрела половина исполинского женского лица. Там, где из ран должны были проступить мышцы и кости, капать кровь, не было ничего, кроме темноты. В животе женщины-ангела зияла сквозная дыра, крылья её исчезли, доспехи поблекли.

Втыкая своё оружие в землю, отталкиваясь рукой и ногой, словно паук, она ползла туда же, куда шёл и Лиам. Лиам не смог выдержать это взгляд, вздрогнул и миновал переулок.