Росс Томас – Обмен времен холодной войны (страница 34)
“Отлично. Хорошо пойдем.”
Снаружи стоял седан «Форд» 1963 года выпуска. Высокий негр в армейской форме с единственной нашивкой рядового рядового протирал фары тряпкой. Он увидел, как мы вышли, и побежал открывать дверь. — Яссух, забирайся. Мы собираемся уйти через секунду. Яссух.
Падилло холодно посмотрел на него. «Можешь выкинуть поступок Растуса, Самбо. Вольгемут сказал, что ты забрал наши билеты. Давайте их возьмем».
Негр улыбнулся Падилло. «Я не слышал такого техасского акцента с тех пор, как покинул Минерал Уэллс».
Падилло ухмыльнулся в ответ. «Это должно быть из ближайшего Килгора», — сказал он своим обычным голосом. “Вы готовы?”
— Да, — сказал негр и обошел машину к водительскому сиденью. Я сел на переднее сиденье. Берчвуд, Симмс и Падилло сели сзади. Негр открыл бардачок и протянул мне четыре билета «Пан-Ам». Я выбрал тот, на котором был изображен сержант Бейли, а остальные передал Падилло.
«Какой план в аэропорту?» — спросил Падилло.
— Я вас выпущу и быстро припаркую машину, — сказал негр. «Неважно, куда, потому что я вернусь либо с полицией, либо с депутатами. Затем, пока вы будете проверять билеты, произойдет неприятный инцидент на расовой почве. Американский турист из Грузии будет настаивать, что я оскорбил его жену; он ударит меня одним, а затем я выстрелю в него из этого оружия, присущего моей расе». Он достал опасную бритву и открыл ее. «Если этот взломщик ударит меня слишком сильно, я могу немного его порезать».
«Кто взломщик?»
«Один из парней, которых Вольгемут завербовал во Франкфурте пару лет назад. Он достаточно искренний. После того, как полицейские остановят это и увезут меня, он не явится для предъявления обвинений».
«Какое у тебя прикрытие?» — спросил Падилло.
«Поиграйте немного на саксофоне в комбо на одном из дайвов Вольгемута. Выполните несколько поручений. Попадайте в такие неприятности, когда это необходимо».
— А как насчет конца во Франкфурте?
«Мужчина встретит тебя на машине, отдаст ключи, а дальше ты сам».
«Откуда он нас знает?»
«Он не будет; ты узнаешь его. Он мой брат-близнец».
ГЛАВА 19
Капитан полиции в сопровождении штабного сержанта с огрубевшим лицом и косящими голубыми глазами подошел к Падилло у билетной кассы Pan American сразу после того, как он оформил свой билет.
«Давайте посмотрим ваши приказы, сержант».
Падилло медленно расстегнул плащ и потянулся за бумажником в заднем кармане, когда женщина закричала. Он был высоким и пронзительным, и она вложила в него свои легкие. Казалось, он раздался примерно в дюжине ярдов слева от нас. Я обернулся и увидел, как мясистый мужчина лет тридцати в легком пальто неуклюже замахнулся на нашего водителя-негра, который грациозно отпрыгнул назад и выхватил бритву. Он танцевал вокруг белого человека, делая легкие ложные движения бритвой. Белый мужчина посмотрел на него и начал снимать пальто. Похоже, он никуда не торопился. Рядом с белым мужчиной стояла женщина, прижимая к подбородку маленькую черную сумочку. Она была блондинкой и пухлой и хорошо старалась выглядеть напуганной. Образовалась толпа.
Негр обошел белого человека против часовой стрелки. Теперь он шаркал, больше не танцуя. Его руки были широко раскинуты, и бритва блестела, острие лезвия было поднято вверх в правой руке. Казалось, он знал, что делает.
— Давай, вайбой, давай, — тихо позвал негр. Его акцент снова была чистой патокой. «Вы сейчас в Штатах; давай, вайбой.
Белый человек, казалось, изучал негра, поворачиваясь вместе с ним. Потом он вдруг швырнул скомканное пальто в лицо негра. Он последовал за пальто, низко ныряя к шаркающим ногам. Он двигался быстро для своего веса. Они спустились на пол и покатились вокруг некоторых. Негр издал хороший вопль. Капитан МП и его сержант стояли посреди толпы, пытаясь распутать руки и ноги. Голос по громкоговорителю объявил о рейсе Pan American Франкфурт-Майн. Мы с Падилло подтолкнули Симмса и Берчвуда по коридору, ведущему к самолету.
Это был рейс 675 авиакомпании Pan American, он должен был вылететь из Темпельхофа в 16:30 и прибыть во Франкфурт-на-Майне в 17:50. Взлет опаздывал на три минуты, и мы были последними на борту. Я думал, что время Вольгемута было выбрано немного удачно, но нам удалось занять места рядом друг с другом. Я сидел с Берчвудом, Падилло с Симмсом. Никто из них с нами не разговаривал.
Полет был унылым, и я не снял плащ. Револьвер был в кармане, и я все пытался вспомнить, сколько выстрелов я сделал и остались ли у меня патроны. Я решил, что это не имеет значения, поскольку в ближайшее время я все равно никого не собираюсь стрелять. Я сидел на месте у прохода и смотрел на спинку сиденья передо мной, а когда мне это надоело, я восхищался ногами хозяйки и предался некоторым слегка эротическим фантазиям. Время прошло.
Мы приземлились во Франкфурте в 17.52 и вместе с остальными пассажирами спустились по трапу. Уродливая лирика «She’ll Be Comin’ Round the Mountain» продолжала крутиться у меня в голове. «Некому будет нас встретить, некому будет нас поприветствовать», — потом какое-то да-да-да-да-да-да-да-да. Остальным пассажирам трясли руки, целовали в щеки и хлопали по спине. Все, что мы получили, это слабый кивок от близнеца негра, который в последний раз, когда мы видели его, час двадцать минут назад, молотил по полу с опасной бритвой, зажатой в правой руке.
Падилло подошел к негру и сказал: «Нас послал Вольгемут. Мы только что оставили твоего брата в Берлине.
Высокий негр внимательно нас осмотрел. Казалось, он владел целым миром времени. На нем была открытая белая рубашка с длинными точками, черный кашемировый свитер, застегнутый только на две последние пуговицы, легкие серые фланелевые брюки без манжет, черные носки в рубчик, похожие на шелк, и пара полированных черных лоферов с милыми маленькими кисточками. Его руки были как у его брата: достаточно большие, чтобы удобно держать баскетбольный мяч. В одном из них он держал длинную тонкую сигару. Он был снабжен подставкой из слоновой кости. Он задумчиво затянулся и выпустил дым из своего тонкого прямого носа.
«Я только что разговаривал с Вольгемутом», — сказал он. «Ты получишь мою машину. Это самый быстрый из тех, что нам удалось найти. Единственное, мне бы хотелось вернуть его. Одним куском.”
«Что-то особенное?» Я спросил.
Он кивнул и выпустил еще немного дыма из носа. «Это для меня. Я потратил на это около 122 часов своего времени».
«Вы получите его обратно», — сказал Падилло. — Если нет, Вольгемут купит тебе новый.
“Ага.” Он повернулся, и мы последовали за ним. Выйдя из аэропорта, он отвел нас к новому двухдверному автомобилю Chevrolet Impala с жесткой крышей. Он был черным, а его задняя часть, казалось, присела. У него не было колпаков. Заднюю часть украшала большая антенна в виде удочки. Негр достал из кармана ключи и передал их Падилло, который передал их мне.
— Вы не заметили никаких действий в районе аэропорта? — спросил Падилло.
«На пару депутатов больше, чем обычно, но это нормально в это время месяца, сразу после дня зарплаты. Никого из христиан в действии поблизости я не знаю в лицо. Я проверил очень хорошо.
Падилло покачал головой и нахмурился. — Хорошо, Мак, пойдем. Вы ведете. Вы двое на заднем сиденье.
Симмс и Берчвуд забрались внутрь. Падилло сел впереди.
«Что такого особенного в этой лодке?» — спросил я негра.
Он улыбнулся. Это было так, как если бы я спросил, каково это - выиграть 400 000 немецких марок на Лото. «У него четыре-двадцать семь под капотом и Херст-четверка на полу. У него есть сцепление Schiefer, Jahns «двенадцать к одному» и комплект Isky. У него высокоскоростные амортизаторы и превосходное сцепление. К тому же рулевое управление Питтмана теперь составляет два к одному».
— Звучит как бомба, — сказал я, садясь внутрь.
Он осторожно положил свои большие руки на дверь и наклонился, чтобы посмотреть на меня. — Ты раньше водил машину?
«Один или два раза на Нюрбургринге. В основном спортивные штучки.
Он кивнул. «Я бы очень хотел вернуть это в целости и сохранности».
“Я посмотрю что я могу сделать.”
Он снова кивнул, на этот раз мрачно. У него не было особой веры. Он ласково похлопал дверь. «Да», сказал он. «Посмотри, что ты можешь сделать. Ну, береги себя. Я думаю, он разговаривал с машиной.
«Сделай то же самое», — сказал я, вставил ключ в замок зажигания, выжал сцепление, завел двигатель, дал задний ход и направился к автобану.
— Что у нас здесь? — спросил Падилло.
— Заряженный «Шевроле» с полицейским радио, который, вероятно, разгонится до ста двадцати пяти, а может, до ста тридцати под гору. Как быстро ты хочешь попытаться?»
«Держись около восьмидесяти. Если мы выберем кого-нибудь, кто хочет поиграть в салки, судите сами».
“ХОРОШО”
Я сосредоточился на вождении. Мне пришлось. Сцепление было жестким, а специальные пружины устраняли королевский американский подскок. Что-то особенное было сделано с рулевым управлением. Это было похоже на стойку и шестерню. Педаль акселератора представляла собой массивную конструкцию из хрома и резины, и мне приходилось сильно нажимать на нее. Это был автомобиль, предназначенный для движения на высокой скорости, и единственным усилителем мощности, который у него был, был двигатель V-8. Я разогнал его до скорости от восьмидесяти пяти до девяноста и держал на этом уровне, проезжая мимо грузовиков с двойными прицепами, которые потоком выезжали из Франкфурта и направлялись на север.