Роман Титов – На границе вечности (страница 35)
Громкий нечеловеческий вопль огласил пустоту вокруг, едва не оглушив меня. Наставник целиком впитал заряд, отчего его яркоглазый призрак попросту испарило. Жуткая какофония длилась на секунду дольше, после чего я вновь оказался в объятьях глубокой молчаливой пустоты.
– Упрямый, – мгновение спустя донесся из ниоткуда странный голос – совсем другой, ничуть не принадлежащий Батулу и, по впечатлениям, вряд ли вообще человеческий. Низкий и сухой, точно с надломом, он напоминал треск сгорающей древесной коры, и, едва эта мысль меня осенила, я тут же сообразил, кто говорит. – Несносный.
Вновь обступившие со всех сторон клубы тьмы чуть рассеялись, и предо мной предстало чудовищных размеров лицо, уродливей которого я в жизни еще не встречал. Казалось, в воздухе зависло огромное полено, ставшее жертвой неумелого плотника. Сотни мелких коричневатых волокон сплетались в гротескные черты демона из нелепой страшилки. Надбровные дуги, сильно выступавшие вперед, прятали в тени мелкие округлые глазки, один в один как у призрака Аверре. Нос как таковой отсутствовал, но на его месте торчал скрюченный книзу сучок. Рот больше походил на разлом, при каждом движении массивного подбородка издававший невероятно громкий трескучий звук.
Это был он – хранитель монастыря, и мы его разбудили!
– Наивный, – сказало чудовище и странно скривилось. – Опасный.
Не зная, что ответить, я попробовал уточнить:
– Вы обо мне?
Но существо точно не слышало, продолжая бормотать:
– Легко обмануть, но трудно контролировать. Не похож, нет-нет, не похож…
Оно приподнялось на мгновенно отросшем толстом, но гибком стволе и развернулось, явно намереваясь уйти.
– Эй, погодите! – окликнул я. – Мы пришли поговорить!
На секунду чудовище замерло на месте – в таком виде оно метра на полтора возвышалось надо мной, – затем медленно по-змеиному приблизило жуткую физиономию к моему лицу и, источая острый запах перегноя, ехидно прохрапело:
– Поболтать со мной вздумал, вот как? Но для начала, может, хотя бы проснешься?
– Что? – не понял я, а в следующую секунду обнаружил себя лицом в пыли на каменном полу монастырской галереи. В голове звенело, правда, я не установил, удар лбом о плиты был тому виной, или же несносное брюзжание Ра, вдруг решившей, что потеряла меня.
«Еще чего выдумал! Я просто не люблю неожиданности. Оно и в самом деле было похоже, будто ты умер. Кстати, тогда бы твое тело сразу же стало моим».
– Никто и не сомневался.
– Ты в порядке? – склонившись, Эйтн заботливо положила ладонь мне на плечо.
С бравадой, какой на самом деле не ощущал, я поднялся на ноги и безуспешно попытался стряхнуть с себя пыль.
– Что произошло? – спросила она.
– А что произошло? – вернул я вопрос.
– Ты стоял с таким видом, будто разгадал головоломку, а спустя секунду просто взял и рухнул лицом вперед.
«Думаю, со стороны выглядело довольно комично. Жаль, сама не видела!»
– У меня было видение, – ответил я, меж тем продолжая попытки подавить тупую боль в голове. Потрогал лоб – шишка, да еще какая! Неделю теперь ходить и светить, точно риоммский удильщик.
– Что за видение?
– А? – я тупо уставился на Эйтн. Честное слово, в жизни не чувствовал себе более расхлябано. Меня как будто чем опоили.
– Что это было за видение? – с нажимом повторила она и при этом подозрительно меня оглядела.
«…на предмет умственной дисфункции, не иначе».
Едкие выпады Ра неожиданно стали чем-то вроде несмолкающего музыкального фона, жить постоянно с которым непросто, но в принципе возможно.
Эйтн же проигнорировать оказалось сложнее. Она стояла и сверлила меня взглядом, по-прежнему ожидая ответа, дать который я, если честно, даже самому себе мог с огромным трудом.
– Сет, скажи мне, что ты видел?
Указав пальцем на расползшееся по монастырю живое дерево, я ответил:
– Я разговаривал с ним.
В ту же секунду прекрасное лицо леди Аверре изменилось в выражении, став не то удивленным, не то испуганным. Впрочем, это могло быть и обычной игрой света, поскольку в Галактике, пожалуй, не существовало человека, способного контролировать собственные эмоции так, как это делала она.
– Ты говорил с
– Тот, кого интересуют подобные вопросы, мог бы задать их мне лично.
Вслед за голосом, протрещавшим в тишине, основание монастыря поразил сильный подземный толчок. Стены и пол неистово затряслись, да так, что на ногах устоять стало практически невозможно. С потолка посыпалась штукатурка, отдельные куски которой по размеру совпадали с яйцом килпасса. Парочка таких булыжников грохнулась в считанных сантиметрах от плеча Эйтн.
Резко прижав ее к себе, я закутался в непроницаемый плащ из Теней. Тяжелые камни сыпались вниз, с грохотом разбиваясь о пол, однако ни один нас даже не коснулся.
«Чего вы встали? – завопила Ра. – Здесь сейчас все обрушится! Хотите быть погребенным заживо?!»
«Спокойно», – мысленно произнес я, заметив теплую ладонь Эйтн, крепко вцепившуюся в мое запястье. Такая близость, почему-то, прибавляла сил.
Груды пыльной древесины, лежавшей перед нами, пришли в движение. С гипнотической грацией змеи, чудовище неторопливо расплетало гигантские кольца с громким скрипом, едва не заглушавшим грохот сотрясающегося строения. Длинные гибкие стебли плавно расползались по полу, как руки великана, на которые тот, похоже, собирался опереться. Из основания ствола выстрелила копна тонких и подвижных волокон и наскоро сплелись в уже знакомое мне угрюмое лицо, взиравшее на нас маской недоуменного раздражения и усталости.
– Полагаю, защиту можно убрать, – произнесло существо, и в ту же секунду землетрясение прекратилось.
Несколько долгих секунд живое дерево внимательно разглядывало меня, после чего резко перевело взгляд на Эйтн, затаившую дыхание, но ни единым мускулом не выдавшую своего страха.
– А! – скрипнуло оно и чуть осело. – Так это ты причина, из-за которой мальчишка оказался здесь. Хм… не интересно.
Мы переглянулись. Эйтн, опомнившись, тут же отпустила мою руку.
– Возможно, – осторожно ответила она и отодвинулась на шаг, стоило теневому щиту исчезнуть.
Новая порция раскатистого треска дала понять, что чудище расхохоталось.
– К чему скромничать? Мне все о вас известно. Вопрос лишь в том, понимаете ли вы сами истину или же только думаете, что понимаете? А? Скажите мне, зачем пожаловали?
Эйтн встрепенулась, важно отрекомендовавшись:
– Мое имя Эйтн Аверре, и я представитель Империи Ри…
– Молчи! – взмахом могучей лапы прервал ее монстр и скрючил физиономию, будто ему на язык попало нечто кислое. – Я же сказал, мне известно все, что только можно, Эйтн Аверре. И не об этом я спрашиваю. Хотя… теперь оно даже и ни к чему. Все и так понятно.
Что там ему было понятно, я не представлял, но со своими вопросами лезть не торопился, решив для начала выяснить, что это все-таки за существо, а уж потом подумать о пользе, какую можно из него выудить. Пользе для Эйтн, разумеется. Самому мне до этой старой вязанки дров дела не было ровным счетом никакого.
«Ох, не торопись с выводами, Сети!» – неожиданно и со значением проговорила Ра.
– Вот именно, – вновь расплылся в жуткой ухмылке покрытый темной корой монстр. – Не торопись с выводами!
Вытаращив глаза от удивления, я не сумел спросить, как он узнал о моих мыслях, а обитатель монастыря уже отвечал:
– Когда-то меня называли Ту’атом, Историком, и я был хранителем знаний и первым наставником тех, кому выпала честь проникнуться тайной силой, которую такие как вы именуете
– Вы обучали лей-ири? – спросил я.
– Тихо! – рявкнуло существо, но тут же продолжило: – Я был для них первоисточником… в каком-то смысле. Это была моя миссия – открывать глаза несведущим, что окружающий мир – лишь иллюзия, давать возможность понять себя и Вселенную, научить пребывать среди сомнений и неопределенности, чтобы затем услышать шепот бесконечности… Вот для чего мои прежние хозяева воздвигли этот монастырь, – знания, которыми они обладали, не должны были кануть в лета…
Упоминание о неизвестных хозяевах заставило нас с Эйтн переглянуться, однако высказаться пока никто не решался. Лично мне было до ужаса интересно, что за раса дала жизнь этому существу и единственное ли оно в своем роде.
Однако древесник с великолепной точностью предвосхищал все вопросы и, не прерываясь, отвечал на них.
– На Паракс меня привезли совсем ростком и поместили в это подземелье, наделив, своего рода, всеведеньем. Таких, как я вы больше не найдете, ибо далеко не природа произвела меня на свет. Я был выращен для того, чтобы учить хозяйских последователей и оберегать монастырь от любых посягательств извне, – при этих словах он многозначительно глянул на нас. – Но не беспокойтесь раньше времени. Пока я не решил, что вы совершенно бесполезны, я вас убивать не стану.
– Утешили, – не удержавшись, буркнул я, отчего заработал болезненный тычок от Эйтн и громкое рассерженное шипение Ра.
Тонкий длинный ус отделился от тела древесника и, протянувшись ко мне, больно щелкнул кончиком по уху.
– Ай! – воскликнул я, резко подняв ладонь: ужаленное ухо пылало. – Больно!
– И поделом! Запомни, парень, терпеть неуважительное отношение к себе я не стану! Хотя, что еще взять с сопляка, обученного Батулом Аверре? Такой же высокомерный и заносчивый хам, не способный воспринимать ничего, кроме собственного высокого мнения…