Роман Титов – Игла Дживана (страница 24)

Слегка смутившись, я захлопнул рот. Пусть думает, что хочет. Извинения в мои привычки не входили.

– И дуться здесь совершенно ни к чему, – заметил наставник, а едва заподозрив попытку возразить, тут же добавил: – Своим лицом ты владеешь, а вот глаза всегда выдают тебя с головой. Стоит разозлиться, они вспыхивают, как два факела. Позволь сказать тебе, что это не самая полезная черта для элийра. – Он уселся в кресло и сложил руки на подтянутом животе, как будто ожидал новых возражений. – Но раз уж тебе не спокойно, можешь сделать кое-что полезное, побывав в местном Архиве. Я хочу, чтобы ты пообщался с архивариусом и принес мне одну весьма важную вещицу.

Все мое на миг пробудившееся воодушевление, словно ветром сдуло. Уставившись на Аверре, как на идиота, я спросил:

– Вы шутите, да? Решили отправить меня в библиотеку за книжечкой? Ничего унизительнее не придумали?

– Успокойся, Сет, – поднял Аверре ладонь вверх. – Сперва выслушай, а уж потом впадай в истерику. Я бы и не просил тебя об этом, если б мог показаться в Архиве сам. Видишь ли, у дамы-архивариуса весьма сложный характер. Договориться с ней непросто, но ты обладаешь особым талантом обаяния. Зовут ее Чи’Эмей. Пообщайся с ней и убеди отдать тебе седьмой инфочип. Она поймет, о чём идёт речь.

Такое задание не было пределом моих мечтаний, но выбирать уже не приходилось.

– Что это за инфочип? Ах, погодите, я угадаю: меня это не касается, верно?

– Так и есть, – откликнулся Аверре с ухмылкой. – В нем хранятся некоторые сведения об Игле Дживана, что я успел собрать в прошлый раз. Предупреждаю сразу: можешь не пытаться его прочесть – данные зашифрованы.

– Почему он там, а не у вас?

Голос Аверре сделался тише:

– Так вышло. Вернешь инфочип – заслужишь мою благодарность и, может быть, я поделюсь с тобой кое-какой информацией о Сол.

Я недоверчиво покосился на наставника, пытаясь выяснить, издевается он или говорит серьезно? И все же я спросил:

– С чего такая щедрость?

В ответ он улыбнулся:

– Любая работа должна быть вознаграждена, ты так не думаешь?

Я смолчал.

– Ну, так что, идешь или нет? – Аверре смотрел на меня, будто выжидая.

Ну и что я должен был ответить? Любое свободное поручение сейчас было лучше, чем никчемное просиживание в четырех стенах. Естественно я согласился. Да и был ли у меня выбор?

– Вот и хорошо, – хлопнул в ладоши наставник. – Теперь иди. И постарайся на этот раз не попадать в неприятности, не то я решу, будто ты находишь их нарочно.

Спустившись в холл, я почти нос к носу столкнулся с дочерью госпожи Бабор. Отскочив на полметра, Лита враждебно сверкнула на меня глазами, но, прежде чем отвернуться и уйти, едко осведомилась:

– Оклемался, как я погляжу?

– Да, – в тон ей ответил я, все еще не забыв бесцеремонное вторжение в номер, заставшее меня в самом непотребном виде.

Ехидная ухмылка цвела на лице слегка курносом лице:

– И уже куда-то флаер нацелил?

– Не твоего ума дело, – оскалился я. – Займись лучше своим зоопарком!

Моментально вспыхнув, точно сухостой от искры, Лита развернулась на каблуках и удалилась за стойку.

Выйдя через парадный вход и сбежав по ступенькам, я осмотрелся, надеясь приметить где-нибудь свободное такси. Денег Аверре выделил достаточно, так что материально я не нуждался, лишь хотел побыстрее все закончить и не дать ему возможности уйти от обещания.

Свободная машина пролетела мимо.

Не представляя себе, как дать знать пилоту, чтобы он остановился, я, воспользовавшись отсутствием наставника, вклинился в чужой разум, подтолкнув к соображению, что было бы неплохо подобрать меня с собой.

Как выяснилось, здание Архива располагалось всего в паре кварталов от отеля, поэтому весь путь занял едва ли больше десяти минут.

– Приехали, – объявил таксист-анаки, притормозив у большого каменного строения, суженным конусом выступавшим вверх из отвесной скалы.

Дав пилоту указание, чтоб дожидался моего возвращения, я выбрался из флаера и, можно сказать, побежал к широкому, окруженному воинственными статуями, входу главного меройского хранилища. Взлетев вверх по белым мраморным ступеням, я приоткрыл тяжелую двустворчатую дверь и вошел.

Оказавшись под сводами атриума, я, к своему удивлению, обнаружил весьма непритязательный интерьер. Разумеется, фирменная пышность и изящество Мероэ никуда не делись, но в глаза не бросались. Встречала меня опрятного вида очень пожилая дама, представительница инсектоидоной расы с забавным названием хэ-хэ[12]. Она была очень приземистой и на вид казалась столь же хрупкой, как и полупрозрачные крылышки, видневшиеся у нее из-за спины. При каждом движении суставы старушки издавали еле слышный треск, схожий со звуком ломающегося хвороста.

– Доброго вам дня, юноша, – голос у старушки был приятный, но, как и она сама сухой и трескучий. – Или уже вечер? Впрочем, это если смотреть под каким-то определенным углом. – Она издала звук, отдаленно напоминающий человеческий смешок. – Вы так не считаете? Для кое-кого день не заканчивается никогда, даже если сутки сменяют друг друга, и длится вечно.

Рискуя с первой же секунды показаться невежей, я в ответ на столь длинное приветствие ограничился обычным: «Здрасьте», и улыбнулся.

– Меня зовут Чи’Эмей, – проговорила древняя, как сам архив, дама. – Скажите же мне, молодой человек, чем бы я могла вам помочь?

Счастливый от того, что не пришлось расшаркиваться в любезностях, я выпалил:

– Я здесь по особому поручению и думаю, что много времени у вас не займу.

Фасеточные глаза старушки осмотрели меня внимательней прежнего:

– Я вас слушаю.

– Видите ли, мне нужен некий инфочип под номером семь. – Должен сказать, что чувствовал я себя при этом полным идиотом, будто в дешевой риоммской постановке о сверхсекретных агентах.

Однако архивная дама так, похоже, не считала. Прищелкнув жвалами, она окинула меня еще одним оценивающим взглядом.

– Могу ли я услышать ваше имя?

– Сет Эпине, – без задней мысли представился я.

Еще добрый пяток секунд хранительница в полном молчании рассматривала меня, точно экспонат, а затем развернулась и, махнув рукой, чтоб следовал за ней, проговорила:

– Идемте, мастер Эпине. Я дам вам то, что вы желаете.

Признаться, такого поведения я немного не понял. Еще перед входом готовясь к тому, чтобы заставить госпожу Чи’Эмей сделаться сговорчивей, вспоминал о предупреждении Аверре насчет твердолобости старухи и… мысленно обозвал себя кретином, потому что даже ребенок не повелся бы на такую чушь. Очевидно же, что он просто хотел заставить меня перестать ныть и заткнуться. А я и поверил в эту ерунду о невозможности его появления здесь. Было ли хоть что-то, чего легендарный мастер сделать не мог?

Тихо посмеиваясь над собственной глупостью, я шагал за хранительницей через мрачный и пустой атриум в сторону широкого прохода с гласящей над ним вывеской «Информационный зал». Здесь, по ее словам, располагалась самая большая библиотека в этой части Рукава Маса. Что было немудрено, учитывая, что в радиусе трех десятков световых лет вокруг не существовало ни одной цивилизованной планетарной системы.

Жизнь в изоляции на Яртелле сказалась и на моем отношении к архивам. Я всегда считал их стерильными светлыми местами с большим количеством компьютерных терминалов, открытым доступом в базы данных и тихим жужжанием воздушных фильтров, создающих рабочий фон. Однако то, предстало моим глазам здесь, казалось воплощенным кошмаром. Огромный, просто невероятный по размерам, зал с потерявшимся где-то высоко потолком, уставленный стеллажами и полками всех мыслимых типов и размеров с теснящимися на них тысячами и десятками тысяч древних, еще напечатанных на бумаге, коже или любой другой поверхности книг, тонул в темноте. Чувствовалось, что температура воздуха заметно ниже, той, что была установлена в атриуме. Запах старой бумаги и пыли щекотал нос. Стоя на пороге грандиозного хранилища, я громко чихнул.

– О, будьте здоровы, юноша, – не оборачиваясь, сказала старушка.

Слова благодарности потонули в очередном чихе.

С трудом подавив приступ, я уставился на весь этот ужас, боясь сделать еще хотя бы шаг.

Хранительница сочла мой ступор признаком восхищения и потому гордо прострекотала:

– Должна сказать, вы не первый, на кого наша библиотека произвела столь сильное впечатление, ведь ее основателем был сам генерал Занди Первый. Скажу по секрету, – тут ее голос понизился на пару тонов, – здесь есть фолианты, за которые кое-кто из коллекционеров с радостью отдали бы собственную жизнь. Конечно, книги хорошо охраняются. Бывали, знаете ли, случаи, когда к нам проникали воры, но ни разу их предприятие не завершилось успехом. – Она умокла на секунду, многозначительно поведя тонкими усиками. – Некоторые так и бродили по лабиринтам в темноте, пока их не обнаруживала охрана.

Понятно, что от меня тут требовалась какая-то реакция, однако единственное, что я мог сделать, это якобы удивленно вскинуть брови и покачать головой: «Какой кошмар!».

– Что ж вы встали? – вдруг спросила старушка. – Идемте, молодой человек, я проведу вас в читальный зал. Мне понадобится время, чтобы найти для вас то, о чем вы просили.

Резко повернув налево, госпожа Чи’Эмей повела меня мимо хранилища в сравнительно небольшую, но куда более уютную комнату, оборудованную длинными прямоугольными столами со скамейками. В теплом золотистом свете настольных ламп я увидел других посетителей, делавших выписки из книг в инфопады.