Роман Смирнов – Колдун при дворе его величества. (страница 58)

— Ты знала, что произойдёт? — спросил эльф.

— Конечно, знала. Я вижу течения судьбы, эльф. Твоя судьба вела сюда, к друзьям, к битвам, к Ключу Миров. — Водяница хихикнула. — И теперь тебе нужна последняя часть.

— Откуда ты…

— Я же сказала — вижу течения судьбы. Последняя часть на Перекрёстке Душ. И тебе нужен проводник в мир духов. — Она наклонила голову. — Правильно?

— Правильно, — кивнул Аракано. — Поможешь?

Водяница задумалась. Долго молчала, глядя на эльфа немигающими глазами. Потом посмотрела на его спутников:

— Эти тоже пойдут?

— Да, — ответили Добрыня, Всеслав и Никита хором.

— Смельчаки. Глупые смельчаки. — Она рассмеялась — звук был как плеск воды о камни. — Мир духов опасен для живых. Можно заблудиться. Можно потерять себя. Можно не вернуться.

— Мы готовы рискнуть, — твёрдо сказал Аракано.

— Готовы? Посмотрим. — Водяница обратилась к Добрыне. — Ты, дружинник. Чего боишься больше всего?

Добрыня нахмурился:

— Зачем тебе знать?

— Потому что в мире духов твои страхи оживут. Нужно быть готовым встретить их лицом к лицу.

Дружинник задумался:

— Боюсь… подвести товарищей. Не защитить, когда нужно. Быть слабым.

— Честный ответ, — кивнула Водяница. — А ты, охотник?

Никита пожал плечами:

— Боюсь остаться один. Чтобы все умерли, а я — нет. Чтобы было некого хоронить меня.

— Мрачный страх. Но понятный. — Она повернулась к Всеславу. — А ты, волхв?

— Боюсь забыть, — тихо сказал Всеслав. — Знания, которые накопил. Учеников, которых обучил. Всё, что делал. Чтобы после меня не осталось следа.

— Философский страх, — одобрительно прогудела Водяница. — А ты, эльф? Чего боишься ты?

Аракано долго молчал. Потом честно ответил:

— Боюсь повторить путь Лиэлоса. Стать таким же безумным, одержимым властью. Потерять себя в погоне за могуществом.

Водяница внимательно посмотрела на него:

— Хороший страх. Правильный страх. Он защитит тебя. — Она выпрямилась. — Хорошо. Я проведу вас в мир духов. Но за это возьму плату.

— Какую? — насторожился эльф.

— От каждого — по обещанию. — Она указала на Добрыню. — Ты обещаешь посадить у моего озера дуб. Сильный, могучий. Чтобы век рос.

— Обещаю, — кивнул дружинник.

— Ты, — она указала на Никиту, — обещаешь раз в год приносить мне дичь. Лучшую, что добудешь.

— Обещаю, — согласился охотник.

— Ты, — Всеславу, — обещаешь научить одного из своих учеников языку духов. Чтобы мог со мной говорить.

— Обещаю, — кивнул волхв.

— А ты, — она наконец повернулась к Аракано, — обещаешь рассказать мне историю. Но не сейчас. Через год. Когда всё закончится. Когда Ключ Миров будет в безопасности или уничтожен. Приди и расскажи — что произошло, как закончилось.

Эльф задумался. Странное условие. Но не опасное.

— Обещаю, — сказал он.

— Договорились. — Водяница хлопнула в ладоши, и вода забурлила. — Входите в озеро. Не бойтесь, не утонете. Я поведу.

Аракано первым шагнул в воду. Она была ледяной, но не мокрой — странное ощущение, будто он шагает в густой туман. Остальные последовали за ним.

Вода сомкнулась над головами. Мир перевернулся. И они оказались… где-то ещё.

Мир духов не походил ни на что виденное прежде. Небо было серым, но светилось изнутри. Земля — полупрозрачной, словно сделанная из дыма. Деревья росли корнями вверх, кроны уходили в землю.

— Что за… — начал Никита и замолчал, глядя на свои руки.

Они тоже стали полупрозрачными, призрачными.

— Это нормально, — успокоила Водяница, плывущая рядом (именно плывущая, хотя воды вокруг не было). — Вы живые в мире духов. Здесь вы как призраки.

— А настоящие призраки? — спросил Всеслав.

— Для них вы наоборот — реальные. Плотные. Странные. — Она поплыла вперёд. — Идите за мной. Не отставайте. Здесь легко заблудиться.

Они шли по призрачному ландшафту. Мимо проплывали фигуры — духи умерших, бестелесные сущности, странные существа без формы. Некоторые смотрели на живых с любопытством, другие — с враждебностью.

— Не обращайте внимания, — велела Водяница. — Не отвечайте, если заговорят. Не принимайте подарков. Не давайте обещаний.

— А если нападут? — Добрыня сжал рукоять меча.

— Обычное оружие здесь бесполезно. Но магия работает. И… — она оглянулась, — если очень сильно верить, что меч может резать духов, то сможет.

— Вера определяет реальность? — уточнил Аракано.

— В мире духов — да. Здесь мысль материальна. Поэтому будьте осторожны с воображением. Представите монстра — он появится.

— Замечательно, — проворчал Никита. — Просто замечательно.

Они шли долго. Время здесь текло странно — иногда казалось, что прошла минута, иногда — часы. Аракано пытался не думать о монстрах, но образы всё равно лезли в голову.

И однажды они материализовались.

Из тумана вышла фигура. Высокая, в тёмном плаще, с лицом Лиэлоса.

— Аракано, — произнесла она. — Ты не сможешь победить меня. Никогда. Я твой наставник. Я сильнее.

— Это не реально, — прошептал эльф. — Это мой страх.

— Не реально? — фигура рассмеялась. — Здесь всё реально. Твой страх стал плотью.

Она шагнула вперёд, и Аракано почувствовал холод. Страх сковал движения.

— Сражайся! — крикнул Добрыня. — Это твоя битва!

Эльф закрыл глаза, собираясь с силами. Это страх. Только страх. Не настоящий Лиэлос.

— Ты не реален, — сказал он твёрдо. — Ты — порождение моего разума. И я отвергаю тебя.

Фигура дрогнула, начала растворяться.

— Ты не можешь отвергнуть меня! Я часть тебя!

— Нет, — Аракано открыл глаза. — Ты был частью меня. Но теперь я вырос. Я не тот испуганный ученик, каким был. Я — колдун при дворе киевского князя. Друг людей и печенегов. Враг некромантов и тиранов. И я не боюсь тебя.