Роман Смирнов – Колдун при дворе его величества. (страница 39)
— Хорошо, — Фома подвёл черту. — Остаётся вопрос — когда атакуем?
— На рассвете, — сказал Аракано. — Мне нужно провести ритуал восполнения сразу после закрытия врат. Энергия равноденствия ещё будет доступна на рассвете.
— Значит, готовимся сегодня, выступаем ночью, атакуем на рассвете, — резюмировал купец. — Всем понятно?
Раздались утвердительные возгласы.
— Тогда по местам. Проверяйте оружие, готовьте припасы. Встречаемся у восточных ворот в полночь.
Совет начал расходиться. Аракано задержался, изучая карту. Странник подсел к нему:
— Уверен, что справишься?
— Нет, — честно ответил эльф. — Но выбора особо нет.
— Всегда есть выбор, — возразил хранитель врат. — Можешь остаться здесь. Пропустить ритуал восполнения. Жить в этом мире.
Аракано долго молчал, глядя на карту.
— Знаешь, что самое странное? — наконец сказал он. — Я больше не уверен, чего хочу. Раньше всё было просто — домой, любой ценой. А теперь… — он обвёл рукой зал. — Теперь у меня здесь друзья. Дело. Цель.
— Но дом всё ещё зовёт?
— Зовёт, — кивнул эльф. — Как старая рана. Ноет, но терпимо.
— Тогда вот тебе совет, — Странник положил руку ему на плечо. — Проведи ритуал. Получи возможность вернуться. А уж возвращаться или нет — решишь потом. По крайней мере, будет выбор.
— Мудро, — усмехнулся Аракано. — Ты хороший психолог для хранителя врат.
— Тысяча лет практики, — подмигнул Странник.
Остаток дня прошёл в лихорадочной подготовке. Аракано варил зелья — лечебные, боевые, защитные. Всеслав помогал, попутно расспрашивая о тонкостях эльфийской алхимии.
— Вот это добавляешь в самом конце? — старый волхв наблюдал, как эльф бросает в котёл щепотку серебристого порошка.
— Да. Это усилитель. Делает зелье вдвое эффективнее.
— А если добавить вдвое больше?
— Взорвётся, — невозмутимо ответил Аракано. — Проверено на опыте.
— Понятно. А какого размера взрыв?
— Достаточный, чтобы снести крышу лаборатории.
Всеслав задумчиво кивнул:
— Запомню. На всякий случай.
В соседней комнате Никита учил киевских дружинников, как правильно целиться в голову упыря с расстояния. Судя по доносящимся звукам, процесс шёл со скрипом.
— Нет, Фёдор, не так! В голову целься, не в грудь!
— Так она же двигается, эта голова!
— Вот и попадай в движущуюся! Ты что, в первый раз на охоте?
— На кабана охотился, не на мертвяков!
Аракано усмехнулся. Армия у них получилась, что и говорить.
К вечеру князь Ростислав устроил скромный пир для защитников города. Скромный — громко сказано, на столе ломились жареное мясо, рыба, пироги, каши и бочонки с мёдом.
— Это последний нормальный ужин, — объяснил князь. — Перед боем нужно хорошо поесть.
— Или напиться, — добавил Фома, наливая всем по кубку мёда.
— Нет, — твёрдо сказал Добрыня. — Никакого пьянства. В бой идём трезвыми.
— Можно один кубок? — жалобно спросил Алёша.
— Один, — разрешил дружинник. — Но маленький.
Богатырь обречённо вздохнул.
Ужин проходил на удивление весело, учитывая, что впереди их ждала смертельно опасная битва. Печенеги пели степные песни, киевляне отвечали русскими. Фома травил байки о своих торговых приключениях, которые с каждым кубком становились всё невероятнее.
— …и тогда я говорю этому хазарскому купцу: «Слушай, друг, либо ты даёшь нормальную цену, либо я твою верблюдицу сам куплю и на ней уеду!» — Фома размахивал руками, изображая верблюда.
— И что он? — заинтересовался Батый.
— Дал цену! Ещё и скидку накинул! Потому что верблюдица у него была характерная, покусала уже троих…
Аракано слушал вполуха, наблюдая за собравшимися. Странная компания — русские, печенеги, эльф, богатыри. Месяц назад он бы не поверил, что они могут сидеть за одним столом, смеяться вместе, готовиться к общей битве.
— О чём задумался? — спросила Всеслав, подсаживаясь к нему.
— О том, как всё изменилось, — ответил эльф. — Когда я прибыл в этот мир, я думал только о возвращении домой. А теперь…
— А теперь не знаешь, чего хочешь?
— Именно.
Волхв отпил мёда:
— Знаешь, что я тебе скажу? Дом — это не место. Дом — это люди, которые тебя ждут. Есть кто-то там, в твоём мире, кто ждёт тебя?
Аракано задумался. Были ли? Наставники, конечно, но они скорее обрадуются, что избавились от проблемного ученика. Друзья… были ли у него настоящие друзья? Или только коллеги, знакомые, случайные спутники?
— Не знаю, — честно признался он.
— А здесь есть кто-то, кто ждёт? — Всеслав кивнул на Добрыню и Никиту, оживлённо спорящих о чём-то с печенегами.
— Есть, — Аракано улыбнулся.
— Вот видишь. Ответ сам приходит, — волхв похлопал его по плечу. — Главное — не бояться его услышать.
В полночь отряды собрались у восточных ворот. Проверили оружие, припасы, амулеты. Аракано раздал зелья — по два флакона на человека. Лечебное и боевое, дающее силы.
— Помните, — говорил он, обходя строй. — Упыри боятся огня и света. Целиться в голову. Если ранят — сразу пить лечебное, не геройствовать. Если видите, что не справляетесь — отступать к городу. Живые герои лучше мёртвых.
— А как же «смерть в бою — честь воина»? — подмигнул Темур.
— Честь — это хорошо, — парировал эльф. — Но жить — лучше.
Печенеги засмеялись, оценив логику.
Князь Ростислав вышел проводить отряды:
— Защитники Тмутаракани! Вы идёте спасать наш город от нечисти. Если победите — я обещаю каждому достойную награду. Если погибнете… — он запнулся. — Если погибнете, то ваши имена запомнят навечно.
— Вдохновляюще, — пробормотал Никита.
— Можно я скажу? — неожиданно попросил Алёша.
— Говори, — разрешил князь.
Богатырь выступил вперёд: