Роман Швецов – Сокрушение Рода (страница 8)

– Завтра осмотришь.

Раздвинув руки, я скользил кончиками пальцев по предметам, и они распаляли моё воображение. Наташка уже стояла у двери, когда моя правая рука наткнулась на предмет.

Я остановился, ощупывая предмет, и моё изумление нарастало – Что за ччёрт? Палка какая-то?

– Какая-то – хмыкнула Наташка – Волшебная.

Я замер – Волшебная? – и взял палочку. Она легла в руку, как член ложится в руку онаниста со стажем!

Я провёл по ней пальцами. Гладкая, будто отполированная. Что-то смутное промелькнуло в голове, но я не успел зацепиться.

– А откуда она у тебя?

– Была у меня искусная рукобл … дельница.

– Была?

– Да. Переманили её в Тридесятое Государство. Наобещали с три короба: и полный соцпакет, и ставку в три раза выше, и восьмичасовой рабочий день, и Живую и Мёртвую воду за вредность, и отпуск двадцать четыре дня – Наташка передохнула – Ну она, уши то, и развесила. Дура.

– А назад, к тебе?

– Кто попал в Тридесятое Государство, вернуться, обратно, уже не может.

– А научишь ею пользоваться? Какие слова нужно произнести?

– Дай – Наташка шагнула ко мне, взяла палочку, и взмахнув, произнесла – Палочка, сделай Царице приятно.

Палочка вырвалась из её руки, и юркнула вниз. Наташка охнула, и присела. Ещё не осознавая что происходит, я хотел подхватить Наташку и удержать, но … Она часто задышала, опустилась на колени, и застонав, кончила.

– Довольно! – выдохнула Наташка, и подхватила палочку, вывернувшуюся из-под исподки.

Хоть и мало чего я увидел, но её частое дыхание, и стон возбудили меня – Так это твой мастурбатор?

– Идём – она положила палочку на место, и взяла меня за руку.

Мы вернулись в опочивальню, и заперев дверь на засовы, повалились в кровать не раздеваясь.

– Спать! Утро вечера мудренее.

Глава III Шапка-невидимка

Истошно голосил петух, казалось над самым ухом. Я засунул голову под подушку, намереваясь спать дальше.

– Роом! – кто-то теребил меня за плечо – Вставать надо, пора уже.

В одно мгновение промелькнули сцены из вчерашнего дня, и я отшвырнул подушку.

На кровати сидела, и смотрела на меня русоволосая, с тяжёлой косой до пояса, голубоглазая женщина сказочной красоты. Я зажмурил глаза и потряс головой.

– Не узнал?

Я открыл глаза – Наташка?

Она засмеялась и обняла меня – Вставай мой принц, скоро солнышко взойдёт.

Я потянулся до хруста в суставах и сел на кровати. Спальня была просторная, кровать стояла посреди комнаты. У стены, под одним из окон (два окна), стоял стол, и два табурета возле. Камин, шкаф и больше ничего.

– «Скромно». А где туалет?

Я встал и подошёл к столу. Столешница была инкрустирована лубочными картинками на мотивы русских народных сказок, и покрыта лаком. Табуреты простенькие, но, я сел на один, прочные и удобные. Русоволосая красавица молча, с улыбкой, наблюдала за мной. Я поймал её взгляд. Она смотрела на торчащий член.

– Ссать хочу! Туалет где?

– Удобства на улице – хихикнула красавица.

– Я щас обоссусь!

Она встала на колени, и вытащила из-под кровати глиняный горшок – Иди, ссы!

Я подошёл и стал ссать. Брызги летели на сарафан, и на лицо царицы. Закончив, и встряхнув член, я сел на кровать – А ты?

Она поставила горшок на пол, и задрав сарафан, и приподняв попу, стала писать. Моча лилась с шумом и пенилась. И я не удержался. Коснувшись ладонью ягодиц, водил пальцем по промежности и щупал её.

Пописав, и подтеревшись подолом исподки, она подошла к окну, и выплеснула мочу. Подержав, перевёрнутый горшок, в вытянутой руке, вернулась к кровати и задвинула его назад.

– Примерь-ка шапку?

Она держала в руках берет. Сначала мне показалось, что он краповый. Я осторожно взял шапку из её рук, и повертел. И стало понятно, почему похоже на краповый берет. Это была, очень искусно вышитая (видимо, той же рукобдельницей), шляпка мухомора. Только размером больше.

Я поднёс её к голове и, нахлобучив на макушку, слегка потянул за тулью. Берет, с сухим треском, разорвался пополам. Наташка охнула, всплеснув руками, и покачала головой.

Я смотрел на половинки шапки у меня в руках – А запасной нету?

– И-и. Что ж теперь делать то?

– Что-что! Сшивать.

– Я не смогу. Нужна рукобл … дельница.

– Тогда склеить. Есть Момент?

– И-и, нету.

Я поднял половинки шапки к голове, наложил на макушку и свёл половинки, совмещая по линии разрыва. Наташка ойкнула, и я понял, что шапка, даже разорванная, своих волшебных свойств не утратила. Я раздвинул половинки.

– А может к голове приклеить? Руки то мне нужны будут. Есть ПВА?

– И-и. Столярный.

– Столярный? – я дотронулся до головы, Наташка хохотнула – Нет, столярный не пойдёт. Я её потом отдирать буду вместе со скальпом – Чё ж делать то? Слушай, а молоко есть в царстве?

– Только козье. КРС не держим. Нерентабельно.

– Давай козье.

– Да рано ещё, не доили.

– А в холодильнике, на кухне, нет что ли?

– В холодильнике? Ты про лёд?

– Ах даа! – вспомнил я.

И тут Наташка, как-то странно улыбнувшись, произнесла – Будет тебе молоко. Ну ка, попробуй!

Она сунула руку в вырез сарафана, и вывалила грудь. В паху затомило и задёргался член.

– Соси! – тыкала она соском в меня, и я припал губами к груди, и сосал.

Молоко было густое и чуть сладковатое на вкус.

– Ну хватит-хватит – царица отстранила мою голову – Надо куда-то сцедить?

Я осмотрелся. Но никакой посуды не увидел.

– Значит в горшок. Доставай.

Я встал на колени, и достав горшок, поставил на кровать. Наташка подвинулась и, наклонившись над горшком, стала сцеживать молоко. Я смотрел и облизывался, и весь горел желанием.