Роман Медведев – Отдел. Казань (страница 4)

– Добрый день. Я могу слышать Альбину Маратовну Сафину? – Позвонил я на кафедру уголовного права родного юридического факультета.

– А кто ее спрашивает?

– Романов Денис Александрович.

– Александрович, – язвительно протянули в трубке. – Вы посмотрите на него какой он важный. Дениска, тебя еще не посадили, что ли?

Нарвался, блин. Сколько же лет стервозной старушенции? Когда еще я учился, Варвара Степановна – методист кафедры, уже была в преклонном возрасте. Она точно так же не любила меня, почему-то уверенная, что меня непременно посадят.

– Здравствуйте, Варвара Степановна! Я теперь сам иногда людей сажаю, так что вряд ли ваши мечты сбудутся.

– Не торопись, Дениска. У нас как обычно? Сегодня ты сажаешь, а завтра тебя. Плохо у вас борются со случайными людьми в органах. Вот разберутся, кто ты есть, и загремишь в тюрягу.

Наш методист сама по молодости служила в милиции и прекрасно знала, что может быть и такое, когда сажают сотрудников. Старушка то ли из вредности, а может, по доброте душевной, напоминала о такой перспективе при каждом разговоре и, кажется, специально держала меня в тонусе.

А вообще, Варвара Степановна глубоко в душе милая женщина, но очень глубоко. В студенческие времена она всегда ругалась, когда мы приходили за направлением на пересдачу. Обзывала нас оболтусами и требовала, чтобы хоть немного серьезнее относились к учебе.

Студенты юрфака гордились своим методистом. Боевитая старушка никого не боялась, говорила все, что думала и являлась признанным авторитетом не только на кафедре, но и на всем факультете.

– Ну, пока еще не посадили, работаю. Так что там по Сафиной?

– Нет ее. Как мужа похоронила, так еще не выходила на работу. Вроде как на больничном, но точно не знаю. На даче наверно у себя. Адрес помнишь?

– В Колокольцах? Когда-то помогали с ребятами им переезжать туда, а потом разок ездил с юбилеем Альбину Маратовну поздравлять. Найду, наверно, когда доеду.

– Вот и ехай себе, и не донимай меня всякими глупостями! – Бросила трубку гроза юрфака всех времен и народов.

Альбина

Погода на улице стояла отличная. Конец сентября радовал почти летними днями. Сидеть в такую погоду в душном кабинете, пропахшем табаком, пылью, старой бумагой и есть настоящее преступление. Можно, конечно, как Тимур тоже отчетом заняться или, отложив дело Сафиной, покопаться в материалах какого-нибудь другого дела, но не сейчас.

Гораздо приятнее воспользоваться подвернувшимся случаем, и смотаться за город. Полюбоваться золотой листвой на деревьях вдоль дороги, подышать свежим воздухом, а заодно и перекусить на обратном пути. На трассе есть пара мест с хорошей и недорогой кухней. Ближе к вечеру там начнут останавливаться на ночлег дальнобойщики, и станет многолюдно, но днем можно перекусить без очереди и толкучки.

Подняв себе настроение мыслями о предстоящей вылазке и вкусном обеде, я вытащил из сейфа табельный, написал в рабочем чате маршрут и двинул за город.

Дороги были действительно свободными. Удалось быстро выскочить на загородную трассу, и меньше чем через час я уже стоял около знакомой калитки. Доехал-то быстро, но на пипку звонка безуспешно давил уже минут пять. Никто не открывал, хотя судя по приоткрытому окну на втором этаже небольшого кирпичного дома, внутри все же кто-то был.

Забор, конечно, мне не преграда, но если Альбина дома, да еще и одна, то может испугаться, что какой-то мужик забрался во двор. Лучше по старинке.

– Альбина Маратовнааа! Это я! Денис Романов! – начал я орать в сторону открытого окна в стиле «Вовка выходи гулять». – Откройте, пожалуйста. Мне нужно поговорить с вами.

Задернутые занавески на окне первого этажа чуть дрогнули, и через минуту пискнул замок, разблокировавший калитку.

На крыльцо дома встречать меня никто не вышел, и я, привычно поправив кобуру подмышкой, осторожно открыл дверь и вошел в дом.

После уличного света и свежести внутри дома, казалось, темно, а в нос резко ударил запах Корвалола и еще чего-то медицинского. Через прихожую с занавешенными зеркалами я прошел в просторный зал, тоже темный из-за опущенных штор. В комнате никого не было, но сверху, со второго этажа, донесся устало-равнодушный голос Альбины Маратовны.

– Денис, я никого не ждала. Дай мне десять минут.

– Хорошо, Альбина Маратовна.

Заскрипела лестница, в конце коридора мелькнул силуэт, и в ванной зашумела вода. Стало понятно, что десятью минутами дело точно не обойдется. Альбина та еще аккуратистка, и пока не приведет себя в полный порядок - в люди не выйдет.

Слоняться по комнате в отсутствие хозяйки как-то неудобно, поэтому присел на неудобное кресло около входа и огляделся. Судя по обстановке, хозяйка действительно никого не ждала. Бардака, конечно, не было, но чувствовалось, что обитающий здесь человек почти не следит за порядком.

Отсутствовали стерильность и педантичность, всегда окружавшие Альбину. Вещи лежали не строго параллельно-перпендикулярно, а под неправильными, неидеальными углами. На полу перед диваном валялся плед, а на столе, о боже, возмутительно стояла начатая бутылка виски и винный бокал.

Я только один раз видел Альбину Маратовну слегка подшофе. Сто лет назад, в последних числах декабря, Варвара Степановна попросила нас, нескольких студентов, приезжающих в универ на машинах, отвезти преподавателей по домам после небольшого праздничного банкета. Ну как попросила? Поймала в коридоре, ткнула в грудь сухоньким пальцем и поставила перед фактом.

Преподаватели почему-то устроили посиделки в обед, а не вечером. Ехать по предновогодним пробкам не хотелось даже за автомат на экзаменах, но, когда я узнал, что нужно везти и Сафину тоже, то решил не спорить с грозным методистом.

Переговорив с другими студентами, подряженным на преподавательский извоз, подсуетился, чтобы Альбину посадили именно ко мне в машину, соврав, что у меня хвост по «Администгативному пгаву». Причесался, глядя в зеркало заднего вида, выбрал кассету с самой романтической музыкой, тщательно вытряхнул половички и подогнал машину к парадному входу в главный корпус.

Наклюкавшегося Эдуарда отвезли домой еще утром, другим преподам было не по пути, и Альбина, к моей радости, вышла к машине одна. Как абсолютно любой студент я мечтал подкатить к симпатичной аспирантке, но все пошло не по плану.

Как только Сафина села в машину, она извиняющимся шепотом поздоровалась и сразу по-детски забилась в самый угол заднего сиденья. Повисло неловкое молчание, но унюхав стойкий запах алкоголя, я твердо решил действовать. Когда еще выпадет такой случай?

Остановившись на красном светофоре, повернулся к Альбине Маратовне, чтобы съюморить что-нибудь в меру пошлое. Такое, от которого можно отказаться в случае чего, типа вы меня неправильно поняли, но и продолжить, если шутка зайдет.

Альбина, как будто прочитав мои мысли, густо покраснела и стала внимательно рассматривать грязный снег за окном. Она выглядела настолько смущенно, что я и сам отчего-то растерялся и осмелился только спросить: негромко ли играет музыка. Альбина, опять же почти шепотом ответила, что нормально, а тут и зеленый для нас загорелся. Так и доехали молча до Колокольцев, под новогодние треки по радио.

Когда Альбина вышла около этой самой калитки и чуть покачиваясь «попгощалась» со мной, гормоны снова вдарили по моим неокрепшим мозгам и я, конечно, пожалел, что не был напористей. Может, мне и показалось, но молодая аспирантка тоже выглядела разочарованной моей тормознутостью.

Судя по бутылке виски, в которой не хватало примерно трети, Альбина Маратовна прилично так выпила сегодня. Ни за что не поверю, что бутылка стоит со вчерашнего дня. Уж на такой запредельный беспорядок Альбина точно неспособна, а значит, барыня откушать вискарика изволила именно с утра. Ну, посмотрим, как будет себя вести кандидат юридических наук. Я бы с такой дозы точно поплыл и начал искать приключений.

Не через десять минут, конечно, но удивительно быстро, не прошло и полчаса, хозяйка, завернутая в большое белое полотенце, пробежала в глубине темного коридора из ванной в спальню.

– Денис, будешь кофе?

– Да. Буду.

– Нажми клавишу на кофемашине. Мне можно покрепче. Я уже совсем скоро.

Ее кофе, естественно, остыл, а свой я успел выпить, когда еще через двадцать минут ко мне чуть-чуть неуверенной походкой вышла печальная и чем-то смущенная Альбина. На ней был синий свитер грубой вязки и голубые джинсики в обтяжку, на ногах — трогательные белые шерстяные носки ручной вязки. Немного влажные длинные волосы убраны в хвост. На осунувшемся лице минимум косметики, по-моему, вообще только неброская губная помада. От Альбины пахло свежестью, и чуть-чуть перегаром, который не мог замаскировать нежный парфюм.

– Здравствуй, Денис. Ты по делу? – Наиграно бодрым голосом спросила хозяйка.

Ну вот как так получается? Стоит услышать ее «здгавтсвуй» и меня сразу в жар бросает. Альбина не одна картавая на свете. Полно людей с таким же дефектом речи, но меня триггерит именно ее «Р». Ладно, вдох-выдох. Соберись, тряпка!

– Нет, Альбина Маратовна, – немного замешкавшись и почему-то отведя глаза от молодой вдовы, соврал я. Ну не мог я сейчас заявить, что приперся в Колокольцы, чтобы вызвать ее на допрос. – Приехал навестить вас.