Роман Кубов – Шум (страница 3)
Они подошли к большому окну гостиной и аккуратно отодвинули в сторону тяжелую штору из плотного коричневого вельвета.
Хоук-Крик изменился. Туман, который еще полчаса назад лениво полз по низинам Четвертой улицы, теперь стоял идеально ровной, монолитной стеной высотой в несколько человеческих ростов. Он больше не шевелился. Его верхняя граница была настолько четкой, словно её обрезали под линейку. Но самым диким было не это.
Фонарный столб на противоположной стороне улицы — обычная деревянная опора с круглой желтой лампой накаливания — выглядел странно. Сама лампа горела, но свет от нее не рассеивался в стороны, как обычно. Он падал вниз ровным, плотным, абсолютно правильным цилиндром, границы которого были четко видны в серой дымке. Пространство вокруг этого светового столба оставалось черным, как уголь, словно фотоны света потеряли способность лететь в стороны и подчинялись новому, жесткому геометрическому алгоритму.
А на холме Уайт-Рок, возвышающемся над городом, сотовая вышка больше не мигала красным.
Сигнальный огонь на её вершине горел непрерывно — ровным, густым, неоново-зеленым светом, который пробивал туман насквозь. И от этой вышки в сторону города, медленно разматываясь в блеклом небе, тянулись тонкие, светящиеся зеленые нити, похожие на лазерные лучи на дискотеке. Они опускались на крыши домов, на верхушки старых кленов, на провода электропередач, как будто гигантский невидимый паук набрасывал на Хоук-Крик свою цифровую сеть.
Одна из этих зеленых нитей, бесшумно скользнув по виниловому сайдингу их дома, коснулась оконного стекла гостиной всего в нескольких дюймах от лица Троя.
Ожог на его правой ладони мгновенно отозвался резкой, ослепляющей вспышкой боли. Кожа в центре шрама лопнула, и из тонкой красной трещины показалась крошечная, блестящая на свету капля жидкости — но это была не кровь. Это была тяжелая, металлическая капля ртути, которая застыла на его коже, отражая в себе непрерывный зеленый свет далекой вышки.
— Трой… твоя рука, — Кейси медленно опустил взгляд, и его пальцы сильнее сжали деревянный подоконник, заставив старую краску на нем сухо треснуть.
— Нам нужно к Дэну, — Трой сжал кулак, втирая холодную металлическую каплю обратно под кожу, не чувствуя ничего, кроме дикого, первобытного страха. — Прямо сейчас, Кейси. Город закрывается. Это… это не авария на подстанции. Система начинает монтировать сектор.
Глава 2. Шина данных
«Шевроле Кавалер» заводился тяжело, нехотя, словно само железо стартера сопротивлялось команде провернуть коленчатый вал. Кейси сидел за рулем, намертво вцепившись побелевшими пальцами в потрескавшийся пластик обода. Он повернул ключ в замке зажигания до упора — под капотом раздался сухой, натужный скрежет, стартер выдал три рваных, умирающих оборота, а затем вся приборная панель тускло моргнула оранжевым светом и погасла.
— Давай же, сука, давай! — Кейси со всей дури ударил ладонью по козырьку торпеды. Из стыков пластика посыпалась старая серая пыль. — Ты же работал полчаса назад! Я лично выставил зажигание!
Трой сидел на пассажирском сиденье, прижав правую руку к животу. Ожог на ладони больше не кровоточил, но под кожей, там, где исчезла странная капля ртути, теперь ощущалось присутствие чего-то твердого и холодного, похожего на застрявший под эпидермисом осколок швейной иглы. Стоило Кейси повернуть ключ, как эта невидимая игла внутри ладони Троя начинала мелко, высокочастотно вибрировать, отдаваясь противной ломотой в локтевом суставе.
— Перестань насиловать замок, Кейси, — тихо сказал Трой. Его взгляд был прикован к лобовому стеклу, по которому снаружи лениво сползали капли маслянистой измороси. — Дело не в аккумуляторе. Напряжение в бортовой сети есть. Посмотри на часы.
На центральной консоли, прямо под старой кассетной магнитолой
Кейси шумно выдохнул сквозь зубы, откинулся на спинку велюрового кресла и на секунду зажмурился. В салоне пахло старым табачным дымом, сыростью и кислым запахом дешевого антифриза, который потихоньку подтекал из печки прямо под пассажирский коврик.
— Ладно, — старший брат открыл глаза и резко, с хрустом выдернул ручник вверх. — Пробуем с толкача. Дорога идет под уклон к перекрестку с Бейкер-стрит. Если сорвем движок с места на второй передаче, генератор подхватит. Вылезай, Трой. Упирайся в заднюю стойку.
Они одновременно толкнули тяжелые металлические двери. Наружный воздух Хоук-Крик сразу ударил в лицо своей неестественной, стерильной прохладой. Здесь больше не пахло осенью. Весь привычный букет запахов маленького городка — дым из печей, сырая листва, озерная тина — растворился в плотном, сухом аромате озона, какой бывает в физических лабораториях после работы рентгеновских установок.
Трой обошел «Шевроле» сзади, уперся ладонями в холодную, покрытую слоем влажной пыли крышку багажника, прямо над пластиковой плашкой шевроновского логотипа. Его левая рука чувствовала обычный, жесткий металл кузова, но правая ладонь… Стоило шраму коснуться краски машины, как в ушах Троя раздался тонкий, сверлящий писк, похожий на звук ненастроенного радиоприемника.
— Пошел! — заорал Кейси, высунувшись из приоткрытой водительской двери и упираясь одной ногой в асфальт.
Трой налег всем весом, вдавливая подошвы своих старых кроссовок «Истпак» в мокрый гравий обочины. Машина была тяжелой, весом под тонну, но сейчас она сдвинулась с места на удивление легко, почти без инерции, словно под колесами был не щербатый асфальт Четвертой улицы, а идеально гладкий лед. «Кавалер» медленно покатился вниз по склону, бесшумно накликая метры. Настоящие резиновые шины
— Садись! — Кейси на ходу запрыгнул в салон и выжал сцепление.
Трой пробежал пару шагов вслед за ускоряющейся машиной, схватился за ручку и буквально ввалился на переднее сиденье, захлопнув дверь. Скорость была уже миль пятнадцать в час. Впереди, в сером матовом тумане, стремительно приближался перекресток с Бейкер-стрит, где у обочины стоял ржавый дорожный знак «STOP».
— Давай! — Трой уперся руками в торпеду.
Кейси резко рванул рычаг четырехступенчатой механики во второе положение и с силой отпустил педаль сцепления, одновременно втапливая педаль газа в пол.
Трансмиссия отозвалась глухим, металлическим ударом. Машина резко клюнула носом вперед, колеса на секунду заблокировались, со скрежетом прочертив по асфальту две черные полосы. Движок провернулся. Из выхлопной трубы вырвался густой, сизый клубок дыма, и мотор «Шевроле» наконец затарахтел — рвано, шумно, с характерным клацаньем изношенных клапанов.
Но этот звук работающего двигателя не принес облегчения.
В ту же секунду стрелка тахометра на приборной панели сорвалась со своего посадочного штифта и бешено закрутилась по часовой стрелке, уйдя далеко за красную зону, в пустое белое пространство пластиковой шкалы, где вообще не было цифр. Движок ревел на одной ноте — ровной, монотонной, синтетической частоте в 200 герц. Это не был рев бензинового мотора; машина звучала так, словно под капотом вместо поршней и кривошипного механизма запустили гигантский промышленный зуммер.
— Кейси, тормози! — Трой схватил брата за плечо. — Посмотри на дорогу!
Они как раз пересекали линию перекрестка. И прямо за ржавым знаком «STOP» привычный асфальт Бейкер-стрит… кончался.
Нет, там не было обрыва или ямы. Дорожное полотно продолжалось, но его текстура изменилась. Настоящий, зернистый асфальт с мелкими трещинами и прошлогодними выбоинами ровной, идеальной линией переходил в абсолютно гладкую, матовую серую поверхность без единого изъяна. Эта новая «дорога» не отражала свет фар и выглядела так, словно её вырезали из гигантского листа серого упаковочного пластика и аккуратно вмонтировали в ландшафт Хоук-Крик.
А прямо посреди этой пластиковой пустоты, преграждая путь к лесопилке Дэна, неподвижно стоял силуэт человека в длинном брезентовом плаще. Его фигура была абсолютно плоской, лишенной объема, словно кто-то вырезал человеческий контур из черного картона и воткнул его в серую серую гладь новой реальности.
Кейси со всей силы ударил по педали тормоза. Вакуумный усилитель отозвался мертвым, каменным сопротивлением — педаль даже не продавилась внутрь пола, словно под нее вогнали толстый деревянный брус. «Шевроле» выскочил на серую матовую поверхность новой дороги, и физика машины окончательно сломалась.
Резиновые шины