Роман Громов – Осколки Мира. Острова новой жизни (страница 6)

Вторая группа на таком же транспорте идёт к мосту через реку. Броневики выходят вперёд, подавляют огнём ранее описанный ВОП, таранят преграду, освобождая проход на мост для «Хамвиков», а потом под их прикрытием сами форсируют реку вброд. Оказавшись на том берегу, высаживают бойцов и присоединяются к бою.

Просто и понятно, как мычание. Затем мы приступили к проговариванию деталей: времени, мест рандеву и частот для связи. Но не прошло и часа с начала обсуждения разных моментов и недоработок, как Бородин выгнал нас из кабинета, сославшись на скорое начало совещания.

Мы нисколько не обиделись. Рассевшись по машинам, по приглашению офицеров поехали в расположение разведроты — познакомиться с её бойцами и отшлифовать план операции до состояния бриллианта.

В гостях у разведчиков нам понравилось. Офицеры устроили почти настоящую экскурсию: показали боксы с техникой. Оказалось, только во втором взводе на вооружении стоит не менее восьми бронетранспортёров «Боксер». Тут были и безбашенные, чисто пулемётные версии с установленным боевым модулем FLW — с оружием калибров 7,62 и 12,7 мм, имевшие в качестве средств усиления только поставленные на той же поворотной штанге GMG — сорокамиллиметровые автоматические гранатомёты, разработанные компанией Heckler &Koch. Другие уже имели поворотную башню с 30-мм пушкой. Первый взвод, как рассказывали нам офицеры, оснащён ещё лучше — там стоят на вооружении более новые модификации тех же немецких боевых бронемашин.

Затем мы отправились смотреть казарму второго взвода разведки. Здание хорошее, снаружи напоминает скорее двухэтажный дом, а не привычную пятиэтажку. Живут бойцы тоже неплохо — по два человека в комнате, в отличие от пехоты, где бывает по сорок–пятьдесят в одном помещении. Кстати, большинство из них — офицеры, пусть и служат не на офицерских должностях. Это мы узнали, уже когда разговорились. Одеты все с иголочки, оружие, средства связи и наблюдения — просто закачаешься!

Оружейку нам тоже не забыли показать. Столько всего — будто второй взвод в одиночку собрался отбивать у зомбаков всю планету! Мы с Лёшкой попускали слюни на такое изобилие и сразу почувствовали себя нищими. Чтобы не культивировать в себе это неприятное чувство, быстренько ушли подальше от запретного плода и под предводительством принимающей стороны отправились в учебные классы заниматься тактической проработкой плана операции на предмет совместных действий.

Засели там вчетвером: мы с Лёшкой, капитан Соколов и командир второго взвода — эстонец с распространённой в этой стране фамилией Тамм, что означает «дуб». Дубинин, как вариант перевода на русский. Буду теперь называть его так. А всех лейтенантов начальство пока распустило к своим бойцам, обещая потом довести до них все подробности готового плана.

Мы потратили на это полезное дело всё оставшееся до обеда время и успели накидать примерную систему тактического взаимодействия.

Начало операции Бородин со своими сослуживцами назначил на сегодня, точнее — на 4 часа утра следующего дня. Нам следовало встретить обе группы бойцов на хуторе ровно в половине третьего ночи. От нас каждому командиру тактических групп требовалось выделить по одному человеку, сносно знающего прилегающую к посёлку местность. Но я настоял, чтобы в состав каждой группы включили двоих наших бойцов — в среднем каждый из них хорошо знает район размещения бандитов. Во всяком случае, со всеми подробностями его расположения на карте все ознакомлены, да и бывали там проездом не раз.

С ведущими этих двоек я познакомлю вас позже, но это будут самые знающие местную топографию люди. Они проводят вашу технику до места, и после высадки десанта, если будет нужно, смогут стать проводниками и бойцами в пешем поиске. Не знаю, для второй группы такая инициатива будет актуальна или нет, но первой точно пойдёт на пользу.

Мои дополнения были приняты, и мы продолжили прорабатывать остальные детали. Однако закончить не успели — началось обеденное время. Мы, захватив всех наших пацанов и девчонок в сопровождении Соколова и Дубинина, отправились в офицерскую столовую — как говорят вармии, принимать пищу.

За обедом также нашлось время поработать с картами, определить частоты и позывные для связи — как до прибытия групп, так и в их составе. Нам присвоили сразу пять позывных. Один — для связи на подходе к хутору. Тут я сам подсказал капитанам наш внутренний, юмористический позывной под кодовым словом «Дача». Его нам и оставили для радиостанции, что стояла в связном «Джипе» Wrangler.

Как раз во время обеда я окончательно решил, кого из моих бойцов необходимо включить в ночную операцию. Лёшка поддержал моё решение.

Ещё четыре позывных включали мой личный — «Гром» — как командира всей группы задействованных гражданских. Для остальных — Лёшки, Эдика и Димы — придумали временные позывные: «Золотой», «Серебристый» и «Розовый». Такая цветовая система позывных часто используется в натовских спецподразделениях, возможно, даже в разведке. Обычно ограничиваются четырьмя цветами — красный, синий, жёлтый, зелёный, — поэтому наши варианты не должны вызвать недопонимания в эфире. Почему мы с Лёхой выбрали именно эти цвета? Наверное, потому что в эфире они будут звучать как «Голден», «Сильвер» и «Пинк» — точно не запутаемся.

Закончив обед часов в три дня, мы вернулись в расположение взвода. По пути нам встретилась странная процессия: работяги в серых спецовках под охраной группы бойцов. Рабочие были одеты в новенькие, чуть пыльные комбинезоны, но на груди у каждого нашит лоскут ткани с личным номером. Я поинтересовался, кто это такие. Офицеры ответили, что это местные заключённые — бандиты, убийцы, воры и прочие преступники, которые после конца света решили не менять профессию и были захвачены в плен. Теперь все они принудительно трудятся на стройках народного хозяйства.

Ещё в самом начале строительных работ командование решило не выносить смертных приговоров. Вернее, приговоры выносятся, но не приводятся в исполнение — ведь после катастрофы количество людей сильно сократилось. Это акт гуманизма и прагматизма одновременно. Нужно очень сильно преступить закон, чтобы сразу нарваться на расстрел. Чаще всего трибунал приговаривает к немедленному расстрелу только за насилие над детьми. За этот месяц вынесено всего порядка двадцати таких приговоров, а все остальные преступники трудятся на благо людей.

Причём не рабским способом. Да, над большинством из них висит расстрельный приговор, но с ними работают, пытаются перевоспитывать и мотивировать другими средствами, помимо грубой силы. Лёгкие статьи имеют свой срок — от года до пяти лет. За это время заключённый работает и учится, получая полезную профессию. «Расстрельные» тоже учатся, всех «крайнего отрицалова», но их всегда отделяют от общей массы и переводят на строгий режим, ожидая, пока эта «отрицальная муть» не выветрится из их голов. Время заключения у всех с расстрельным приговором — бессрочное, но начальство зорко следит за ними и при хороших показателях может переводить их на срок. Такая возможность «встроиться в социум» через труд для многих является куда более мощной мотивацией, чем прямое принуждение.

Я хотел расспросить подробнее обо всех тонкостях этой пенитенциарной системы, но, к сожалению, мы уже пришли на место. Времени на разговоры не осталось — нужно было заниматься продолжением подготовки к операции.

Ещё часа два ушло на проработку дополнительных моментов, которые сейчас даже перечислять не имеет смысла. Одним словом, за это время успели накидать ещё три плана действий на разные варианты развития операции. Затем поехали на полигон, чтобы отработать хоть какую-то имитацию боевого слаживания — на большее времени всё равно не оставалось. Димка не смог принять в этом участия, так как остался на хуторе.

После практических занятий удалось познакомиться с бойцами и офицерами мифической группы быстрого реагирования, про которую упоминал Сокол. Они тоже приехали отрабатывать взаимодействие. Из рассказов этих мужиков мы узнали, что командование всего день назад надергало их из разных рот — пусть и лучших из лучших. Выдали новое оружие и технику, и теперь они вынуждены соответствовать повышенному статусу, стараясь из толпы солдатиков с автоматами превратиться в спаянный общими усилиями инструмент воздействия. В скором времени они могут стать ещё одним элитным подразделением в части — помимо разведки и групп антитеррора.

К вечеру погода совсем испортилась: небо затянулось тучами, потемнело, накрапывал мелкий дождь. Поэтому мужики решили ускорить обучение и, пока непогода не разыгралась, свалить с продуваемого всеми ветрами полигона. Мы пожелали им удачи, погрузились в машины и поехали обратно в часть — отчитаться командованию о готовой версии плана тактического взаимодействия. Заодно я хотел уточнить некоторые детали, не входившие в зону компетенции обоих капитанов.

Бородина нам удалось застать на службе — иначе пришлось бы отложить эти вопросы до следующего визита. Сначала он выслушал своих офицеров и одобрил все дополнения к плану, правда, добавил к ним несколько своих, которые мы пока оставим за скобками. Затем он отпустил обоих капитанов и перешёл к расспросам нас с Лёхой, остался очень доволен нашими впечатлениями об улучшении бытовых условий войск.