Роман Громов – Осколки Мира. Острова новой жизни (страница 5)

Остальные последовали за мной во двор.

«Так, не толкаемся! Занимайте места по вчерашнему плану. Саня и Настя, ведите эстонок и сажайте к себе в машину. Мы с Эдькой пока за пленными».

Минут через десять привели обеих девочек. Настя усадила их в джип и для верности пристегнула ремнями. Мы с братом за это время перегнали из бани всех пленных и плотно зафиксировали их на заднем сиденье моего внедорожника. После этого тронулись в путь. Паша, спустившийся с чердака, закрыл за нами ворота.

Дорога до базы заняла минут двадцать пять, почти без происшествий. Пару раз вдоль шоссе попадались скопления мертвяков — по пять-шесть особей, мутированных среди них не было. И понятно: на дороге жрать нечего, генетического материала для изменений не найти. Пришлось останавливаться и издалека расстреливать пустые головы из бесшумного оружия. Вот тут и привлекли девушек — пусть тренируются, как в тире. Благо, Лёха вчера успел установить на их карабины глушители.

На КПП части встречал сам Бородин. Без лишних формальностей приказал пропустить наши машины, а пропуски пообещал прислать в штаб после оформления. Такая ускоренная процедура только обрадовала — мариноваться в душном дворике под прицелами крупнокалиберных пулемётов совсем не хотелось.

Бородин объяснил, как проехать, сослался на неотложные дела и уехал, сказав, что ждёт нас в штабе по завершении дел.

Первым делом направились в госпиталь. После нашей последней вылазки тут многое изменилось к лучшему. Старое двухэтажное здание медсанбата переоборудовали под другие нужды, а слева к нему примыкал новый, недавно построенный корпус. Восьмиэтажная постройка смотрелась весьма современно, особенно для условий зомби-апокалипсиса. От модных медцентров её отличала разве что минималистичная планировка, отсутствие огромных светлых холлов и, конечно, сетчатый забор с КПП. Но учреждение выглядело впечатляюще.

Мы подъехали к воротам, за которыми стояло небольшое здание охраны. К его торцу был приварен павильон из металлических труб, накрытый тентом. Под тентом стоял военный внедорожник с пулемётом в турели и тремя караульными на пластиковых стульях. В заборе рядом с воротами была прозрачная секция из поликарбоната с окошком для общения.

«Здравствуйте», — поздоровался я с молодым сержантом, когда окошко распахнулось, образовав импровизированный столик. «Нам нужно проехать, передать на лечение двух девушек. Ваше начальство должно было отдать распоряжения».

«Одну секунду», — сказал сержант, доставая рацию. После недолгого радиообмена он убрал прибор и улыбнулся: «Всё в порядке, проезжайте». Достал из кармана брелок и нажал кнопку.

Ворота дрогнули и поползли влево. Мы въехали в защищённый контур и встали на небольшой парковке перед зданием. Мест было всего восемь, два из них, судя по табличкам, были предназначены для скорой помощи. Наши машины заняли половину парковки.

Настя, Саня и присоединившийся к ним Лёшка помогли девушкам выбраться и отвели их в приёмный покой. Минут через пятнадцать вернулись одни. Теперь предстояло ехать в комендатуру — сдавать пленных.

Поплутав среди изменившихся с нашего последнего визита построек, на окраине части мы увидели местное подсобное хозяйство: длинные кирпичные здания под шифером за сетчатым забором. Из-за стен ветер доносил до открытых окон мычание коров, блеяние коз, а в конце мы увидели открытый выгул для сотни кур, встрепенувшихся при нашем приближении.

Полюбовавшись на живность, мы продолжили путь и наконец нашли нужное здание. Военная тюрьма представляла собой неказистый двухэтажный дом дореволюционной постройки, выкрашенный в жёлтый цвет.

Глава 2: Уроки крови

Внутри это дворец воображения тоже не поразил. Нас встретил майор средних лет, чью эстонскую фамилию я даже не запомнил. Он был вполне учтив, довольно сносно говорил по-русски и предложил нам присутствовать на допросе пленных после их передачи и оформления.

Мы с Лёшкой согласились. Последующие два часа провели в беседах с пленными — как по отдельности, так и устраивая им очные ставки. Много новой информации именно для себя мы не получили — всё-таки у нас уже был хорошо подготовленный информатор, погружённый в историю банды.

Эдик с супругой не стали ждать нас в машинах и отправились гулять по части. Что ж, дело молодое.

Впрочем, некоторые тёмные моменты в ходе допроса действительно прояснились. Например, происхождение такого количества русского оружия у обычной банды перестало быть загадкой.

Оказалось, до того как решили осесть, бандиты в основном промышляли дорожным разбоем, попутно захватывая в свой «гарем» всех симпатичных женщин. Когда их набралось больше двадцати, пахан начал понимать: с этим надо что-то делать. Девушки — вещь практичная, но куда столько? Для его бригады хватило бы и половины.

Тогда он начал искать контакты, кому можно сбыть «лишний товар», и через некоторое время вышел на бойцов своего старого кента. Оказалось, тот работал с некими кавказцами, которые с радостью покупали женщин для своих борделей. Те держали их почти во всех очищенных от зомбаков и неподконтрольных армии городках. Самый крупный такой пункт находился на востоке страны — ирония судьбы, но именно туда сейчас стекались люди и с востока, и с запада.

Сам городок, насколько я понял, кавказцы не контролировали — просто вели там бизнес, построенный на проституции. Только в этом месте у них было не меньше шести борделей, а общее число даже пахан не знал.

Узнав об этом, бандиты решили поставлять захваченных женщин «братьям с гор». Те обосновались на более-менее обжитой территории, где хватать женщин для насильного заточения в бордели было уже нельзя — местные могли не понять, турнуть с насиженных мест и выкинуть из бизнеса. А если задеть их серьёзно — и вовсе перерезать. Такой расклад кавказцам был не нужен, поэтому они действовали тоньше, покупая «товар» из других регионов. Поставщики сами привозили его прямо к ним.

Так и наладилась торговля. Будущих «жриц любви» в основном меняли на оружие — благо, к братьям частенько заезжал некий продавец из России, всегда со свежей партией стволов, как минимум пару раз в месяц.

Уже за первый месяц со дня катастрофы наши охламоны поставили кавказцам более ста женщин, обеспечив всю банду оружием и боеприпасами на год вперёд.

— Да… — выдохнул я, обращаясь к Лёхе, когда пленного увели. — Нехитрая картина вырисовывается. Даже сейчас, когда людей и так осталось мало, находятся твари, которые умудряются на горе других делать свои чёрные дела.

— Я сам в ахуе, Ромка. Ну есть же нормальные люди, которые даже в такой жопе пытаются оставаться людьми — и таких, как мы видим, большинство. Так откуда же такие моральные уроды берутся?

— Не знаю, Лёх. Но думаю, недолго им осталось пировать на чужих бедах. Найдём и на них управу.

Тем временем мы вышли из допросной и стояли в коридоре, когда к нам подошёл тот самый следователь из комендатуры.

— Ну что, молодые люди, всё, что хотели, выведали?

— Да, спасибо вам огромное за время, — ответил я. — В основном с ними всё понятно. Но советую в будущем подробнее расспросить их о тех бандитах, что на раскрашенных машинах ездят. Насколько я понял, они раньше сидели в одной тюрьме и действовали сообща до раскола группировки.

— И вам спасибо, — поблагодарил он нас, — за то, что доставили такой ценный источник информации. Но мне пора, не буду вас задерживать.

Мы попрощались и пошли на парковку к своим машинам. Эдька уже был на месте, сидел с Саней в теньке на скамейке. Женщины же предпочли кондиционированный салон автомобилей.

— Грузимся, ребята! — крикнул я, усаживаясь за руль «Ниссана». — Время уже почти одиннадцать, нам в штаб пора, с полковником пообщаться.

Когда пацаны расселись по машинам, а брат запрыгнул ко мне на пассажирское сиденье, колонна тронулась и покатила к штабу.

Оставив машины внизу, а также автоматы и броники (при себе оставили только пистолеты в кобурах), мы с Лёхой, как обычно, поднялись наверх. Подойдя к кабинету Бородина, вошли внутрь.

Полковник был занят переговорами по местному телефону, но махнул нам, чтобы заходили и садились. Мы вошли и уселись на стулья по обе стороны стола.

Закончив разговор и повесив трубку, Бородин начал расспрашивать о подробностях событий, случившихся в его отсутствие. Рассказывал в основном Лёшка, я лишь изредка поправлял его и добавлял детали для полноты картины.

На расспросы и обсуждение ушло ещё минут тридцать. Только получив от нас все сведения, полковник перешёл к деталям будущей операции. Для этого он вызвал в кабинет необходимых офицеров: капитанов Соколова и командира второго взвода разведроты. Чуть позже к нам присоединились командиры четырёх отделений того же взвода — трое лейтенантов и один старлей.

План операции затейливостью не поражал. Первая группа, включавшая первое и второе отделение на «Хамвиках» и двух «Боксерах» — колёсных бронетранспортёрах с продуманной модульной системой, разработанных и произведённых совместно немецкими и голландскими усилиями. По сути, это были аналоги американских «Страйкеров». Где-то в 2017-м Германия поставила в страны Балтии не менее двухсот таких машин для перевооружения местных армий.

Первая группа выдвигается по северной дороге к посёлку со стороны леса. Не доезжая развилки, они высаживают десант из обоих БТР — всего шестнадцать бойцов при двух офицерах. Те идут пешим маршем через лес к посёлку, занимают позиции на северной и западной окраинах, ведут наблюдение и распределяют цели. Транспорт и броня ждут в точке высадки до определённого сигнала. После начала боя подтягиваются к посёлку и подавляют противника пулемётами и 30-миллиметровыми пушками.