Роман Беглин – Сказание о чёрном походе (страница 14)
Я не осознавал всей серьёзности происходящего. Прибывшие рыцари продолжали ругаться на своём языке. Ларрад затягивал доспехи. Димитрий нервно прокручивал меч в руке. Осмотрев их, я понял: будет битва.
— Ну, — резко произнёс Димитрий. В его глазах впервые появился страх. — Беги быстрее! И щит мой принеси.
Я оставил ребёнка Секвойе, достал щит из баула капитана и вернулся вместе с Лиллет к дому, откуда уже вовсю слышался лязг металла. Ларрад и Димитрий сражались против женщины в красном. Её оружием был зубчатый клеймор. Рояра бился против мужчины, который держал в каждой руке по одноручной булаве. «Какого хрена здесь творится?» — сказала Лиллет. Я, конечно, не выражался таким образом, однако фраза была довольно точной.
Мы кинулись на помощь Рояре, так как он сражался ближе. Первой присоединилась Лиллет. Её молоты быстро сменяли друг друга в сокрушающих ударах. Любой из них мог бы пробить череп вместе со шлемом, но рыцарь в грязных доспехах оказался гораздо проворнее, чем выглядел. Он успевал отбивать ураганы ударов Лиллет, уклоняться от разрезающих пространство замахов косы Рояры и умудрялся при этом совершать выпады. «Им не хватает моего клинка», — подумал я, рассматривая этот бой как шанс проявить себя. «Даже не думай, дуралей», — послышалось мнение Уди.
Я рванулся с вытянутым от груди мечом, прикрывая плечом подбородок, как учил Димитрий. Лезвие меча уже вот-вот входило в спину злодея. В голове рисовались образы моей скульптуры в зале славы Солграда, баллады, которые пишут барды про мой подвиг, ликующий народ, куда бы я ни прибыл… И вдруг всё это пропало во тьме бессознания.
Очнулся я у круга камней. В глазах всё плыло, лицо жутко болело. Я снял шлем. В нём появились вмятины, которые давили мне на скулы. Я плюнул на землю, землю окропила густая красная кровь изо рта. Много крови. Наплечник спас мне жизнь; его, в отличии от шлема, разворотило по полной. До самого плеча удар не дошёл, но ныло оно так, будто на меня свалилось дерево. Я отполз на коленях к одному из камней и спрятался за ним. Голова не прекращала кружиться, из живота просилась еда, которую я съел накануне. Битва за спиной продолжалась, и мне было стыдно за неспособность встать на ноги.
Заглянув за камень я увидел, что расстановка сил поменялась. Рояра бился один на один, пока остальные рыцари пытались победить гигантскую вахаирку. Смертоносные удары то и дело сталкивались с её красной бронёй, но будто не наносили должного урона.
«Пора показать вам настоящую силу! — разозлившись выкрикнула женщина. — Эрих, харха Рояр!». Второе слово, скорее всего означало проучи, а остальные были именами. Рыцарь в грязном доспехе отбежал от Рояры и кивнул своей спутнице. Оба вахаирца упали на колени, жадно загребая землю острыми как когти хищника перчатками. Ларрад занёс меч за голову и словно палач со всей силы ударил женщину по шее. Этот приём не возымел никакого эффекта. Меч отскочил от шеи как палка мальчишки от дерева.
Через несколько секунд перед взором предстали два дракона. Один красный крылатый, покрытый острой выступающей чешуёй. Высотой, примерно, в десять метров от земли, он практически достигал верхушек деревьев. Длина от головы до конца гигантского шипованного хвоста приближалась к метрам двадцати, не меньше. На его зубчатой спине красовались широкие раскидистые красные крылья с костяными шипами на перепонках. Мускулистые лапы устрашали острыми как бритва когтями. В его пасти виднелись огромные клыки, размером с половину человека. А грозный взгляд его широко раскрытых глаз внушал неописуемый ужас. Второй, коричневый, был вдвое ниже, примерно такой же длины как красный. Его хвост выглядел совсем маленьким по отношению к телу. Из пасти на невыразительной овальной морде выглядывали тысячи мелких острых зубов, которые то и дело облизывал постоянно вылезающий раздвоенный язык. По бокам морды находились узкие белые глаза, хитрые, с коварным блеском в том самом горизонтальном зрачке. Он стоял на широко расставленных лапах, опустив голову вниз. Его коричневая шкура, похожая на каменную кладку, делилась полосами, где камни были коричневыми, а пространство между ними чёрным.
— Ещё хотите сражаться?! — прозвучал громогласный голос красного дракона.
Ларрад скрылся за высокими деревьями, окружавшими двор. Димитрий подкатом переместился за один из камней круга. В руках он уже держал щит, который я, по всей видимости, не смог удержать. Лиллет не шелохнулась, она стояла прямо напротив драконихи. Коричневый дракон тоже хотел что-то сказать, но Рояра, не дожидаясь его слов, ударил косой в морду. Звон от удара пронзил воздух, словно металл бился о металл. Дракон прижал вооружённую руку Рояры лапой к земле и склонил к нему голову, недовольно выдвигая раздвоенный язык. Глухой удар послышался с другой стороны. Лиллет метнула молот в дракониху, засмотревшуюся на битву братьев.
— Долго я буду ждать?! — крикнула Лиллет. — Нападай уже, животное!
— Как пожелаешь, маленькая глупышка, — произнесла дракониха.
Её рот наполнился пламенем, которое через мгновение вырвалось на рыцаршу в синих доспехах. Широкой полосой по земле огонь прошёл возле круга камней и накинулся на дом. Пламя извергалось настолько плотным потоком, что в нём ничего не было видно. Стало невыносимо жарко. Боль в моей голове прошла, и теперь тело оцепенело от страха.
Другой дракон схватил Рояру огромными зубами и, словно крокодил в воде, крутился, выворачивая землю, как жидкость, пытаясь разорвать добычу.
Я обязан был им помочь. Рука сама достала клинок, который дал мне старейшина. В его золотистом отражении я видел своё лицо. «Не совершай глупостей, парень, — послышался голос Уди. — Эту битву не выиграть, сиди тихо». «Мне нечего бояться! — громко сказал я. — Пусть это будет мой последний бой». С этими словами я поднялся из-за камня и кинулся к коричневому дракону. «Эй, сволочь!» — крикнул я ему. Дракон остановился на секунду, чтобы взглянуть на наглеца, и в этот момент я вонзил кинжал в его ноздрю. «РРРА-А-А!» — пронзительно взвыл дракон от боли, выплюнув Рояру. Рыцарь пытался встать, опершись на руки, но дракон лапой воткнул его голову в землю. Я бежал обратно к камням, как мог. Извержение красного дракона остановилось. От дома не осталось ни следа — как и от инквизиторов, оставшихся в нём. А вот Лиллет осталась жива, с трудом вставая с колен, она взмолила хриплым голосом:
— Пощади меня, прошу…
— Поздно! — надменно воскликнула дракониха.
Пламя вновь обрушилось на рыцаршу.
«Неужели это наш конец…» — свалился на мою голову тлен от происходящего. Слава богу, эти мысли оказались напрасными. Из леса выбежали шесть деревьев с руками и ногами. Позади них шла Секвойя с ребёнком в объятиях. Это прибежали диладьи. Они обхватили коричневого дракона со всех сторон. «Ховэ!» — закричал тот, прося о помощи, разрывая одну из диладий. Красная дракониха перевела свой взгляд на брата. «Яр вихра! Вхра рохара!» — ответила она, говоря о том, что он сгорит, если она поможет.
— Какая же ты тупая скотина, — ехидно сказала Лиллет.
Она встала в полный рост, закинув молот на плечо. Её синие доспехи блестели, как после обработки.
— Этого не может быть! — громогласно возмутилась дракониха.
В это время Рояра всё-таки поднялся на ноги. Он схватил косу и, пробежав под драконом, разрезал ему живот, заливая землю реками крови. Коричневый дракон свалился на землю, испустив последний дух.
«НЕ-Е-ЕТ!!!» — пробил воздух пронзительный вопль драконихи.
Её рот заполнился огнём; она намеревалась выплеснуть пламя в сторону брата. Димитрий поднялся на камень и прыгнул в попытке поразить лицо драконихи, но та с лёгкостью отшвырнула его гигантским запястьем. В это время с другой стороны, с верхушки дерева, прыгнул Ларрад. Его двуручный меч вонзился в глаз дракона. «ВУА-А-А!» — взвыла дракониха, замотав головой. Ларрад упал на землю, оставив меч в глазу. Дракон взлетел в небо, расправив крылья, и вскоре исчез за горизонтом.
— Теперь я последний рыцарь Вахаириса, — мрачно произнёс Рояра.
Глава девятая. Приёмные родители
Победа выдалась поистине эпической, но праздновать её не хотелось. Рояра пребывал в отчаянии.
— Почему последний? — спросила Секвойя.
— Из-за крови дракона погибало много детей, — начал Рояра. — Обряд признали негуманным и запретили пару десятков лет назад. Нас оставалось трое. Теперь я один.
— Мне так жаль, — сказала Секвойя, обхватив рыцаря руками, не обращая внимания на стекающую кровь.
— Что будем делать с телом? — спросил Ларрад, указывая на мёртвого дракона.
— Сожжём, — ответил Димитрий. — У нас нет времени на выкапывание такой ямы. Тем более, некромант может сюда вернуться. Боюсь представить, что будет, если он воскресит такое создание.
— Обожди, капитан, — не согласился Ларрад. — Пусть решит Рояра. Это его семья. Захочет закопать — поддержу его.
Димитрий, скривив недовольную мину, повернулся к Рояре.
— Я согласен с капитаном… — отчаянно прохрипел он. — Избавимся от тела.
Откуда-то послышались плач и всхлипывания. Это парнишка оплакивал родителей, стоя на коленях возле пепла, оставшегося от дома. Димитрий развернул карту и внимательно вгляделся в неё.
— В нескольких часах отсюда стоит деревня, — указал он пальцем на отметку на карте. — Лиллет, отведи мальчика сюда, возможно, там есть его родственники. Дэвон пойдёт с тобой.