Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 257)

В это время поднялась волна огромной критики в мой адрес со стороны правых из моей же собственной партии. Как минимум полдюжины ведущих на телевидении начали утверждать, что причиной тому, что 2005-й год был полон ураганов, было то, что американский лидер (то есть я!) вызвал гнев Божий. Я не был достаточно консервативен или полностью Республиканцем, христианином, чтобы как следует вести Америку обратно на правый путь. Среди множества моих грехов были и моя терпимость к геям, иммигрантам, евреям, папистам (мне пришлось сказать Мэрилин, что для отпущения конкретно этого греха мне пришлось бы с ней развестись; она была не в восторге!), и кому-либо ещё, кого различные проповедники считали с неподобающим поведением.

Особенно забавным было то, когда Пэт Робертсон объявил, что, когда я вылетел в Новый Орлеан и Мобил – то проводил разведку для Сатаны. Когда Уилла Брюсиса на следующем пресс-брифинге спросили, что он думает на этот счёт, он ответил, что он просто не способен понять такой ход мысли. Правые не обрадовались, когда в интервью после шторма меня спросили, не считал ли я виновным в этом антропогенное глобальное потепление.

– Думаю, что связь с изменением климата все же есть, хоть я и не знаю точно, до какой степени. Вы не можете взять и сказать, что семь с лишним миллиардов человек на планете не влияют каким-либо образом! Это будет неправдой.

– То есть вы говорите, что вы верите в глобальное потепление? – недоверчиво переспросил меня репортёр. Который явно выступал против Республиканской партии и консервативной платформы.

Я кивнул:

– Да, должен сказать, что верю. Мы можем спорить о степени потепления и причинах, но это уже научный факт, и я говорю это как учёный и математик. Доказательства есть и достаточно явные, и они сильно перевешивают все догадки. Это не означает, что мы уже в курсе, как решить эту проблему, или же какими станут долгосрочные перспективы, но наука в этом уже разбирается.

Это конечно не укрепило мой авторитет в Республиканской партии, который упал ещё ниже, когда Эл Гор залез на трибуну и громко объявил о том, как наконец-то лидер Республиканцев присоединился к борьбе с глобальным потеплением. Чудесно, теперь его имя было ругательным словом для Республиканской партии, и этот мудила связывал себя со мной. Просто чудесно! Брюстер МакРайли прямо сказал мне, что это теперь уменьшит вливания в борьбу с потеплением от энергетических компаний всех отраслей в 2006-м и 2008-м. Просто великолепно!

В остальном у нас были как хорошие, так и плохие новости. Плохая новость была довольно простой – разрушения превосходили по всем допустимым расчетам. Ранние подсчёты ущерба были в диапазоне от тридцати до сорока миллиардов, и с каждым днём эта цифра росла. О некоторым подсчетам ущерб выходил за сто миллиардов. Добавляя к этому разрушения от урагана Рита, которые были пару недель спустя, что пришлись по восточному Техасу и подпортили восстановительные работы в Луизиане, то мы уже сильно перескочили за отметку в сто двадцать пять миллиардов.

Нам бы потребовалось годы, чтобы расчистить все и отстроить плотины, а в некоторых местах ведь не осталось ничего, что можно было бы восстановить. Господь забрал себе все, что стояло на пути у этих штормов! В результате пострадала национальная экономика. Цены на строительные материалы взлетели, как и на топливо. Почти четверть перерабатывающих заводов страны были закрыты из-за штормов, цены на газ подскочили, и мы снова увидели газопроводы, впервые с семидесятых. Если я хотел, чтобы этот спад повлиял на экономику – то я уже получил это сполна.

Какие есть в этом плюсы? Поскольку налоги я не снижал, были шансы того, что мы смогли бы оплатить большую часть восстановительных работ. Мы были не в дефиците, и не пытались платить за две войны в обход доходов. Это имело большое влияние, особенно важно оно, когда сталкиваешься с катастрофой при деньгах. Не важно, физическое или юридическое лицо, семья или страна – принцип всегда один и тот же. Наша кредитоспособность все ещё была выдающейся, если нам и понадобилось бы занять денег, то уход в дефицит (на самом деле вполне вероятный) был бы решен, и мы бы рассчитались за год или два с должниками.

И вот опять мне нужно было решить, как не допустить масштабного кризиса. Необходимо действовать чрезвычайно хладнокровно, именно так нужно играть в эту игру на высоком уровне. Может, мы смогли бы сделать что-нибудь с национальной программой по страхованию от потопов, проблемами с экологией и подобным. Хотя я не был уверен, что смогу это провернуть. Мой рейтинг популярности продолжал падать, и теперь держался где-то на отметке сорока процентов.

Серьезный плюс? Мой посыл о том, что все мы американцы, и что нам нужно держаться вместе, пробудил реальный эффект. Миллионы людей покинули свои дома из-за штормов, кто-то на недели, а кто-то, казалось, на месяцы, если не дольше. Американцы по всей стране принимали у себя потерпевших, предоставляя временный кров, еду и поддержку. По всей стране разъезжали составы с едой, водой, одеждой, игрушками и стройматериалами.

Бригады ремонтников съезжались со всей Америки. И что удивительно – самые молодые американцы восприняли это близко к сердцу. Студенты колледжей во время своих перерывов и каникул отправлялись на юг, чтобы помогать всем с разбором завалов. Мы с Мэрилин узнали об этом из первых уст, когда Холли и Молли объявили, что они с некоторыми друзьями из колледжа собираются на рождественские праздники поехать в Новый Орлеан, чтобы помогать потерпевшим.

Мы только кивнули, и Мэрилин дала им свою банковскую карточку на эту поездку. Я знал, что близняшки будут брать больше, чем просто необходимое. Проверка счета бы наверняка показала растрату тысяч долларов, потраченных на экстренные товары, на которые я бы закрыл глаза. Мы все-таки вырастили хороших детей.

Следующее время мы прошли без каких-либо крупных происшествий. Но это не значит, что мы так просто отделались. В середине ноября я был на очередной пресс-конференции, где обсуждал планы на бюджет и предлагал провести слушания в Конгрессе на тему Катрины, когда из ниоткуда мне задали вопрос:

– Мистер президент, как вы относитесь к тому, что в Канзасе требуют преподавать креационизм в школах?

Я удивился, каждый день где-нибудь в Америке кто-нибудь пытался прекратить преподавать теорию эволюции и вместо этого начать преподавать основы креационизма. Последним случаем было тогда, когда в совет по образованию Канзаса избрали пару фундаменталистов, и они сразу же начали проводить липовые слушания, чтобы обсудить эти "споры". И всего неделю назад они продвинули свои новые законы. В общем я избегал подобных вещей. Учёные и судьи рано или поздно бы победили, и я все равно не смог убедить бы ни одного из фундаменталистов.

А теперь кто-то спросил у меня об этом в упор. Мне это было нужно ровно так же, как и лишние дырки в голове. Секунду спустя я ответил:

– Ну, я думаю, что граждане Канзаса имеют право обучать своих детей, как считают необходимым. Если это означает, что они хотят прекратить преподавать науку и начать преподавать Библию, то, полагаю, что это нормально. С другой стороны, любая комиссия в Канзасе также имеет право лишать аккредитации любую школу, которая преподает креационизм, также каждый колледж имеет право отказать в приеме студентам, которых не обучили наукам как следует.

Это и выпустило лису в курятник! Наказывать детей за ошибки их родителей? Как я посмел предложить такую бесчеловечную идею! Более чем парочка редакций со мной согласилась, но не все. Несколько газет, по большей части из сельских районов, сильно возмущались о том, как Вашингтон влезал в вопросы местного образования, и насколько лучше было бы обучаться детям ценностям их родителей и общества, и как образование традиционно было местным вопросом, и как я переступил свои границы, озвучив свою позицию. Я пытался не лезть в это, поскольку считал, что дело со временем само собой рассосётся. Рано или поздно умные граждане Канзаса пришли бы в чувство и избавились от этой религиозной чуши.

Ко мне пришли Уилл с Фрэнком, и они спросили, хотел бы я высказаться об этом на каком-нибудь общественном форуме. Я с ошеломлённый взглядом ответил:

– Да ни за что в жизни! Вы хотите, чтобы я оказался в неловкой ситуации?!

Уилл ответил:

– Многие религиозные группы хотели бы спросить вашего мнения об этом вопросе.

– И именно поэтому я не хочу им отвечать! Когда-нибудь слышали, что даже небольшая религия идёт по долгому, очень долгому пути? Уилл, мы не хотим сражаться в этой битве.

– Как же так, мистер президент? – спросил Фрэнк.

– Потому что религия не имеет смысла. Нельзя смешивать религию с наукой и математикой. Религиозные люди хотят, чтобы я был истинным верующим, а я не такой уж и истинный. Если я скажу, что права эволюция, то тем самым я скажу им, что Библия неверна. Есть огромное число людей, которые верят, что Иисус лично написал Библию на английском языке семнадцатого века. А он этого не делал, и вы про это знаете. Вообще вполне вероятно, что он даже не умел читать и писать, а если и умел, то на арамейском! Вы думаете, что я действительно захочу разбираться в этом вопросе по национальному телевидению?