Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 163)

– Да, сэр. Чем только смогу помочь.

– Это случай личной нужды. Мой сын служит ефрейтором в Кэмп Леджен. У меня не было возможности даже позвонить ему и сообщить об этом, и я не в курсе того, что он сейчас делает, но он нужен мне в Вашингтоне сегодня вечером.

Капитан Миллер даже глазом не моргнул.

– Да, сэр. Я решу этот вопрос. Кому он должен докладывать и какая нужна форма?

Я сперва раскрыл рот, но не ответил.

– Капитан, кажется, вы будете поумнее меня. Мне это нравится! Ему нужно быть у Капитолия в восемь часов, когда я буду давать присягу. Вам нужно доставить его в особняк у Военной-Морской обсерватории. А мы позаботимся, чтобы у него были все нужные формы, которые только понадобятся. Думаю, что синий мундир будет слишком?

– Он идет больше как смокинг, сэр. Ему стоит надеть свой комплект А. Мы дадим ему знать.

– Хорошо.

– С вашего позволения, сэр? – спросил он.

– Благодарю вас, капитан. Уверен, что мы еще пообщаемся с вами. Надеюсь, вы доставите его вовремя.

– Сложное мы проделываем сразу же. А невозможное занимает еще минуту, – и он развернулся и вышел.

Джош улыбнулся:

– Ситуация паршивая, мистер президент, но мы обернем ее на пользу.

Я жестом предложил ему сесть в кресло и сам прошел к креслу напротив. Когда он сел, я спросил:

– Мы сможем объединить штаты сотрудников?

– Вполне. Кто-то из них может работать только с вице-президентом, и они останутся в резерве до тех пор, пока вы не назовете кого-нибудь. Фрэнк Стуффер подойдет. Разве что он еще до ужаса зелен…

– Фрэнк быстро схватывает и был со мной еще со времени кампании. Давай взглянем, как он подстроится.

Джош кивнул.

– …согласен, сэр. Но я не уверен насчет другого вашего парня, Картера. Пресс-секретарь вице-президента делает совсем немного, и не думаю, что это в его натуре, – я уже хотел что-то сказать в ответ, но Джош поднял руку, чтобы удержать меня от реплики. – Учитывая сказанное, это не значит, что он глуп. Если у него не получится в кабинете прессы, мы можем перевести его куда-нибудь еще. Это же тот гей, так?

– Это разве проблема, Джош? – спросил я. – Картер был отличным и лояльным помощником для меня еще со времен, как я был в Конгрессе.

– Эй, для меня это не проблема. Я просто говорю, он же Республиканец? Половина его же партии хочет его распять и сжечь!

Я фыркнул.

– Знаешь, я как-то раз его об этом спросил, еще когда Роув хотел его уволить. Он сказал мне, что его сексуальность – это не то, что является его основой, и что даже гомосексуалисты могут хотеть сильное и безопасное государство с разумными налогами и сбалансированным бюджетом.

Настал черед Болтена фыркать и пожимать плечами.

– Не могу с этим спорить. Просто может быть лучше держать его подальше от глаз общественности.

– Джош, если он не справляется, или ему не нравится работа – это одно дело. Я не собираюсь хоронить его в подвале, чтобы угодить религиозным правакам. Черт, да они все равно меня недолюбливают! Если мы хотим снова сделать нашу партию привлекательной для молодежи, то нам нужно принимать больше женщин, геев, латиносов, негров – кого ни назови! Мы не можем оставаться партией белых стариков. Знаешь, что происходит с белыми стариками?

– Что?

– Они становятся мертвыми белыми. Нам нужна свежая кровь в нашей партии, или же я стану последним Республиканским президентом на очень долгое время.

Джош усмехнулся мне.

– Удачи с продвижением этой идеи. Может, вы и правы, но мы оба знаем людей, которые не захотят это слушать.

– Я не обвиняю тебя, Джош. Я просто говорю о том, что цифры не врут. Я знаю, что обо мне говорят, но, знаешь, я не собираюсь надевать робу и молиться на Ленина и Маркса.

– Мистер президент, я понимаю, о чем вы. С другой стороны, вы наверняка слышали старую пословицу о проблемах с припоминанием, что вы собирались осушать болото, когда вы по пояс в аллигаторах. У нас есть куча аллигаторов, и некоторых из них вы вырастили сами.

– Увольняя людей.

– Не хотелось бы быть грубым, но да.

– Вполне честно, – ответил я. – Нам нужно будет заменить некоторых людей. Сейчас важнее всего будут ФБР и ЦРУ. И Чейни тоже.

Джош казался огорченным.

– Джош, он со мной нормально даже разговаривать не может, уже не говоря о том, чтобы со мной работать. Не важно, чтобы ты не думал о направлениях, куда мне, по-твоему, стоит двигаться, ты знаешь – мы не можем так работать.

Он печально посмотрел на меня, но кивнул:

– Я понимаю, сэр. Хотя приятным это не будет.

Мы провели следующие полчаса, обсуждая возможные изменения персонала. Некоторые из лучших могли быть квалифицированы более, чем в одной сфере, остальных же я не знал так хорошо, и ему нужно было достать мне проработанные биографии. Всем, кого я выбрал, нужно было предстать перед Сенатом на слушании для подтверждения, и было понятно, что их бы рассматривали очень тщательно.

Прежде, чем уйти, Джош спросил:

– А что насчет нового вице-президента?

– Добавь это к списку аллигаторов, Джош.

Он ушел, и я приказал не назначать больше никаких встреч или собраний на ближайшие пару часов. Мне нужно было поразмыслить и сделать пару телефонных звонков. Я уже успел узнать, что у меня куча пропущенных личных звонков, и было самое время с ними разобраться. Первой была Мэрилин, и я просто рассказал ей последние новости по сегодняшнему графику, и что Чарли прибудет на церемонию принятия присяги. Мы бы смогли его увидеть вечером и поговорить, прежде чем отправить его обратно к морским пехотинцам.

После того, как я попрощался, я набрал Сьюзи на домашний. Она была на работе, но дома был ее муж Джон, закончивший свою смену.

– Карл, это правда?! – спросил он.

– Настолько, насколько возможно. Как у вас дела?

– Пока что неплохо. Нас уже пытались достать несколько репортеров, но я убедил своих, чтобы рядом с домом была патрульная машина, и Сьюзи подвозят мои ребята.

– Это ожидаемо, – сказал я. – Простите за это, но думаю, что все успокоится через день-два.

Он согласился:

– Наверное. Может, мне повезет и мне придется кого-нибудь застрелить.

– Звучит весело. Знаешь, могу выписать вам помилование, – со смехом ответил я.

– Я это передам, – а затем он уже серьезно сказал: – Что нам с этим делать? Я прошлым вечером разговаривал с Джеком. Он умудрился позвонить из Таравы. Эти ребята готовы рвать! Они уже хотят отправиться убивать кого-нибудь.

– Джон, я не могу уходить в подробности, но когда будешь с ним говорить, передай, что я согласен. Когда наступит время – мы бросим на это все силы, и если мне будут нужны морские пехотинцы, я не забуду про него и Чарли.

Он спросил:

– Ты уже говорил с Чарли?

– Да. Его доставят сюда. Он будет этим вечером с нами, когда я буду давать присягу. Посмотри это по телевизору.

– Хорошо!

– Мне пора. Передай Сьюзи, что мы позвоним на выходных.

– Удачи.

Мы попрощались и дальше я позвонил Таскам и поговорил с Таскером. Я пообещал, что мы соберемся вместе как можно скорее. Он сказал мне, что Мэрилин уже обсуждала это с Тессой. Потом мы еще немного пообщались, и затем я позвонил в Институт Возрождения Америки.

Ну, на самом деле сам я звонков не совершал. Даже сотовый телефон президента проходит через АТС Белого Дома в старом здании Администрации. Все звонки, и входящие, и исходящие, проходят через нее и записываются. Я частенько задумывался о том, сколько звонков туда поступает от маленьких детей, которые просто играют с маминым сотовым и просто в случайном порядке нажимают на кнопки. Такое должно было хоть раз случиться! В моем же случае я просто поднимал трубку и сообщал, с кем хочу поговорить, затем клал ее обратно. Дальше уже совершался звонок второй стороне, где им говорили оставаться на линии, и затем перезванивали мне и соединяли.

Так вот в этот раз я попросил соединить меня с Марти Адрианополисом из ИВА, и затем положил трубку. Через пару минут телефон зазвонил, я снова взял трубку и сказал:

– Алло.

– Карл, это ты? Это что, правда? – услышал я голос старого друга.