Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 164)
– Хэй, Марти, рад снова тебя слышать.
– Ты президент? Господи!
– Я выражаюсь примерно так же. Как у тебя дела? Прости, что раньше не позвонил, это был просто сумасшедший дом, – признался я.
– Еще бы! Как с этим справляются Мэрилин и дети?
– Пока что неплохо. Сегодня они дома, но вечером будут у Капитолия, когда я буду давать присягу. Чарли тоже приедет из Кэмп Леджен.
– Карл, чем могу помочь?
Я издал смешок.
– Знаешь кого-нибудь честного, кто хотел бы пойти ко мне работать?
– Тут явное противоречие в терминах, да? – ответил он.
– Ты даже не представляешь, какое! В некоторые момент я даже задумываюсь, что Диоген был оптимистом! – Марти на это расхохотался, и я спросил: – Не хочешь здесь поработать?
– Кем?
– Понятия не имею. Могу взять тебя в штат. Не думаю, что у тебя есть опыт работы для управления ЦРУ или ФБР.
– Да, я читал об этом. Ходят слухи, что тебе силой пришлось вывести Вулфовица из здания. Вот же чертов мудак!
– Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть эту историю, – сказал я ему.
– Ну, ты меня не потянешь. У моей жены большие запросы.
Я только и мог, что рассмеяться на это, поскольку это было правдой. Я дал ему президентский приказ как-нибудь в скором времени приехать меня навестить.
Позже в тот день зазвонил телефон внутренней связи и секретарша сказала:
– К вам посетители, сэр.
Они знали, что я был не на телефоне, потому что это проходило бы через них.
– Впустите их.
Раздался стук в дверь и затем она открылась. Вошел капитан Миллер, и за его спиной был кто-то еще.
– Докладывает капитан Миллер с одним солдатом, сэр, – и он отступил в сторону, и вторым оказался Чарли в полевой форме морских пехотинцев (камуфляжная версия полевой формы, которую в свое время носил я), и выглядевшим несколько озадаченным. Но привычки пехотинца берут свое, и когда капитан Миллер встал по стойке «смирно», хоть он и улыбался, Чарли автоматически сделал то же самое.
Я улыбнулся Миллеру и сказал:
– Вольно, – Миллер сразу же расслабился, а Чарли на это потребовалась пара секунд.
– Пап, что происходит? Это все по-настоящему? – запнулся он.
– Чарли, рад снова тебя видеть. Рад, что тебя нашли. Кстати, где ты был?
– Я был на стрельбище! А потом внезапно все отменили, приземлился капитан в вертолете, и он приказал мне и сержанту вернуться в казарму и собрать вещи. У меня даже не было времени в туалет сходить и в порядок себя привести! А потом меня запихнули в вертолет и повезли в Нью-Ривер, где меня запихнули в самолет, который сел в Эндрюсе. И вот я здесь!
Я мог только расхохотаться. Капитану Миллеру я сказал:
– Поздравляю, вы доставили его сюда.
Затем я повернулся к Чарли и спросил:
– Так ты в туалет-то сходил?
– Да, сэр, в Нью-Ривер.
Я кивнул:
– Хорошо. Короче говоря, Чарли, сегодня вечером я даю присягу президента Соединенных Штатов. Твои мать и сестры сегодня днем прилетят из Хирфорда, вообще, они могут уже в любой момент оказаться здесь. Нам нужно, чтобы ты был с ними и в парадной форме. Завтра я верну тебя на базу.
– Ты говорил мне, что не будешь меня забирать из батальона ради подобного, – ответил он.
– И я это и имел в виду. Просто сегодня вечером, по такому случаю, ты нужен мне здесь. Я верну тебя туда, где ты был, завтра. Хорошо?
– Да, сэр.
– Славно. Капитан проследит за тем, чтобы ты попал домой. Мы все еще живем в Военно-Морской обсерватории. Я приеду домой на ужин, прежде чем мы поедем к Капитолию. Мы все еще храним твою форму в твоей комнате. Отправляйся туда, выгуляй Шторми и приведи себя в порядок.
Он улыбнулся:
– Монстра? Она тоже будет с нами сегодня вечером? – к тому времени, как Чарли вернулся домой из командировки, в которой он был, когда мы взяли Шторми, она уже была гигантской, он начал называть ее «Монстром».
– Это нам еще не хватало! – засмеялся я. – Нет, думаю, что она останется дома. Слушай, я обещаю, что поговорю с тобой обо всех изменениях, когда доберусь домой, – и я направился в сторону двери из своего кабинета и остальные двое последовали за мной.
В дверях Чарли остановился и повернулся ко мне.
– Пап, кто это сделал? Когда будем отвечать?
– Над этим еще работаем.
– Я хочу участвовать! Все парни хотят! Мы должны что-то сделать!
– Как я уже сказал, мы над этим работаем. Если мне понадобится морская пехота, я знаю адрес, – только не в мою смену!
– Да, сэр, – он направился на выход, и снова остановился. – Кто мог сотворить такое?
– Монстры, Чарли. Монстры, – и я сказал капитану Миллеруя: – Убедитесь, что он попал домой. Благодарю вас.
Монстры – прямо как я.
В Военно-Морскую обсерваторию я приехал самым последним. Мэрилин с девочками прилетели сразу же, как только они вернулись со школы. Войдя в дом, я увидел Чарли, который привел себя в порядок и сидел в старой полевой форме и чесал Шторми. Шторми же стонала от наслаждения. В это время девочки сообщили мне, что одной из главных тем для обсуждения по старшей школе Хирфорда стал их статус дочерей президента. Я ответил им, что это дает Секретной Службе право отстреливать ухажеров.
– Не смешно! – сказали они мне.
Мэрилин спросила меня:
– Ты готов к этому?
– Настолько, насколько могу быть готов. Я не могу отступить.
– Тогда мы тоже готовы.
Я засмеялся и сказал:
– Я знаю, что ты сказала, что будешь со мной и в горе и в радости. Это радость или горе?
– Спроси меня через год! – ответила она и обняла меня. – Ты станешь лучшим президентом Америки. Через сотню лет историки будут говорить, что Вашингтон и Линкольн хотели бы быть так же хороши, как ты. Твой день рождения станет национальным – нет, интернациональным! – праздником! В честь тебя будут называть детей. Церкви…
– Ладно, хватит с тебя. Я только надеюсь, что не разбомблю эту страну! А теперь, что на ужин?
– Повар готовит глазированную ветчину. Если захочешь есть, только скажи.
Я улыбнулся.
– Звучит здорово. Давай сейчас и поедим. Переоденусь после ужина.
Мы ушли где-то в четверть восьмого, я был в темном костюме, Чарли надел форму отряда морской пехоты класса А, а дамы были в платьях по колено и на каблуках. Охрана была плотная, за нами ехал целый конвой из машин. Мы ехали в бронированном лимузине, но это был не официальный президентский лимузин. Он был захоронен на парковке под Всемирным торговым центром. Я знал, что Секретная Служба не будет довольна, пока мы не переедем в резиденцию президента, но это не могло произойти до тех пор, пока оттуда не съедут Лаура и девочки. Я не мог их оттуда прогонять. Это было бы довольно низко, учитывая, что это я убил мужа Лауры и отца близняшек.
У Капитолия мы разделились. Мэрилин с детьми бы смотрела на все из галереи, как и во время послания президента в прошлом январе. Меня же отправили прямиком в кабинет спикера, где Дэнни Хастерт разбирался с церемонией. У нас действительно не было ни одного прецедента для такого. Это не было инаугурацией, которая была просто поводом для большой вечеринки. Также, пока все были в комнате Палаты, это не было сплошняком улыбками и поздравлениями. Дэнни сказал мне, что всем сказали быть тихими и грустными.
– Я поручил Джону и Дэйву говорить всем сдерживаться. Никто не будет тянуться к тебе, чтобы пожать руку на проходе и куда бы ты еще ни пошел, – сказал он мне.