Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 156)
Как обычно, первым пришедшим в мой кабинет был сотрудник государственной разведки с ежедневной сводкой для президента, в которой были все последние известия. Ее составили ночью в ЦРУ, и первым ее видит именно президент. Что касается остальных, кому предоставляется этот документ – то это вице-президент, генеральный секретарь, министр обороны и советник по национальной безопасности. Я точно знал, что Чейни и Вулфовиц спорили о том, чтобы вывести меня из этой цепочки, но Буш еще не добрался до этого дела. Я быстро прочел сводку, и ничему в ней не удивился. Большая часть армий мира подняли свой уровень боеготовности, умные сделали это из-за того, что их беспокоили исламские фанатики, а глупые – потому что их более умные соседи это сделали. В конце сводки по большей части были данные о различных террористических группах. Эти ребята задним умом крепки.
На моменте, где связывали Аль-Каиду с Саддамом Хуссейном, я удивленно поднял бровь.
– На чем основывается утверждение, что Усама бен Ладен делится информацией с Саддамом Хуссейном? – спросил я.
– Мне не положено разглашать, – ответил он.
Я положил сводку на стол.
– Не хочешь подумать еще раз и ответить как-нибудь иначе, парень?
– Сэр? Эта информация засекречена и не может быть выдана.
Этому парню было не больше тридцати лет, и он был младшей версией обычного офицера, который виделся с президентом.
– Сынок, я – действующий президент Соединенных Штатов. Когда я говорю, что мне нужна информация – поверь, значит она мне нужна.
Он в замешательстве посмотрел на меня:
– Сэр, как я понимаю, это ведь всего лишь временная мера.
– Угу. И кто тебе это сказал? – любезно спросил я.
– Мистер Вулфовиц, сэр, и мистер Либби.
– Скутер тоже сказал, что я всего лишь временный?
– Да, сэр. Как только президент будет спасен – вы снова станете вице-президентом, так что нам не стоит нарушать условия безопасности, – сказал мне он.
– И к тому же долго я все равно здесь не пробуду, да? – он не знал, что на это ответить, но было очевидно, что он такое слышал, – Ладно, спасибо, – сказал я ему.
Ему, казалось, полегчало. Он забрал отчет и ушел. И вот теперь еще с одной чертовщиной нужно разбираться.
Случился один важный момент, когда ко мне вошел Фрэнк Стуффер и сказал:
– Аir Fоrсе Оnе, запасной, по крайней мере, в Хьюстоне. Первый президент Буш и миссис Буш вылетят оттуда в течение следующего часа. Где-то ранним днем сегодня они будут здесь.
– Хорошо, Фрэнк. Я хочу, чтобы ты за этим проследил и отправился в Эндрюс, когда самолет приземлится. Пока Буши здесь – ты принадлежишь им. Вози их туда, куда они захотят. Расчищай перед ними путь. Если они захотят, чтобы ты снял шкуру и плясал перед ними – сделай это. Понял меня? – сказал я ему.
– Понял, сэр.
– Молодец. Президент Буш был президентом, когда я впервые попал в Конгресс. Я очень уважаю этого человека, и надеюсь, что ты это ему покажешь.
– Я не подведу вас, мистер президент.
Я поднялся и улыбнулся:
– Я знаю, что не подведешь, Фрэнк, именно поэтому я и поручаю это тебе. И еще кое-что… уверен, что первым делом Буши захотят повидаться с Лаурой и девочками. Обязательно намекни мистеру Бушу, что я был бы признателен, если бы он уделил мне немного своего времени. Было бы хорошо этим днем, если возможно.
– Есть, сэр, – и он ушел исполнять свой долг, а я задумался о нем на мгновение.
Он уже был моим заместителем начальника штаба, что было большим шагом от начальника штаба вице-президента. Он был со мной всего-то чуть больше года с тех пор, как я взял его на борт после Спрингборо. Я использовал его в комбинации и как своего помощника, и как начальника штаба. Заместитель начальника штаба значило то, что мне нужно найти нового помощника. Еще одна запара.
Я направился на собрание, которое назначил на утро. Настало время разгребать весь этот бардак. Я взял кожаную папку с президентским гербом и упаковал в нее еще пару мелочей.
Собрание проходило в кабинете министров, и я сел за длинный стол на место по центру. Когда я входил, слышался легкий гул, но когда я сел – все стихло. Я осмотрел всех. Как я мог видеть, ключевые фигуры, с которыми я хотел поговорить, были на месте, и казалось, что здесь сидит еще столько же других людей – их заместителей, большинства из которых я не знал, они сидели на стульях вдоль стены. Когда я садился, все глаза были устремлены на меня.
– Благодарю вас всех, что пришли, – начал я. – А теперь, прежде чем мы начнем, я хочу рассказать вам кое-что. Прошлой ночью, когда я вернулся домой, я застал свою жену спящей в своем банном халате на диване, а по включенному телевизору крутили вчерашние новости. Она плакала. Наверху в моей кровати были мои дочери, тоже уснувшие с включенными новостями, и они тоже плакали, и с ними была моя собака, чтобы их защищать. Люди по всей стране, которые полагались на нашу защиту, плачут в своих постелях, потому что им страшно! Мы не смогли их защитить. Нам нужно это исправлять, и данное собрание – это начало. Если вы этого не понимаете, дверь там. Это ясно?
По всему столу раздался хор из «Да, сэр!», какие-то голоса звучали четко, а кто-то бубнил.
Я осмотрел всех и кивнул.
– Спасибо. Ладно, начнем по порядку, – и я снова осмотрелся. – Где Джо Оллбо? – Джо был давним политическим посредником и теперь был главой управления по чрезвычайным ситуациям.
Он давно уже водит дружбу с президентами.
С конца стола раздался голос:
– Он на конференции в Монтане, сэр. Я Майкл Браун, заместитель главы по чрезвычайным ситуациям.
Мне понадобилась секунда, чтобы вспомнить круглое лицо Брауна, и затем до меня дошло. Это был тот парень, который на моей первой жизни был главой по чрезвычайным во время урагана Катрина. Да, тот самый Майкл «Отличная работенка, дружище!» Браун. Великолепно! Уже годами обе партии пользовались управлением по чрезвычайным ситуациям и несколькими другими агентствами как свалкой для политиков, которые смогли добыть им достаточно денег и которым была нужна легкая работа. И Оллбо и Браун были из таких.
– Хорошо, мистер Браун, каково текущее состояние мест крушения?
Если честно, его ответы были краткими, четкими и точными по нашим сравнениям. Пентагон изрядно пострадал с одной стороны, но не был уничтожен и все еще функционировал, а структурная архитектура здания (пять раздельных пятиугольных колец, одно внутри другого с соединяющими на углах коридорами) разделили здание на несколько секций. Наверняка у нас были сотни погибших, но огонь потушили и уже проводились работы по зачистке.
Настоящей проблемой был Нью-Йорк, где у нас были две гигантские кучи дымящегося хлама. Заправлял всем Джулиани, делал он это грамотно и у него было столько людей и оборудования, сколько ему требовалось. Самой большой трудностью был едкий дым и пыль, которая окружала место. Во всем остальном же уже было сделано все, что только можно было сделать, но дело шло медленно. Выжившие были, но их немного.
– Благодарю вас. Есть пара вопросов. Там есть достаточное количество респираторов и противогазов, чего-нибудь такого? У управления по чрезвычайным ситуациям есть склад с ними? Мы можем достать больше?
– Уже пользуются тем, что есть, и везут еще, – ответил он.
Я кивнул и сделал себе пометку поговорить с Томми Томпсоном. Ему бы понадобилось уведомить центры здравоохранения о возможных угрозах здоровью от всего этого дерьма.
– Когда ожидается спасение президента Буша? – спросил Чейни.
Я строго посмотрел на него за то, что он высказался вне очереди, но затем перевел взгляд обратно на Брауна.
– Это следующий вопрос. Есть предположения, мистер Браун?
Он только покачал головой:
– Прошу прощения, но кажется, что это очень надолго. Пока что никто из тех, кто выбрался, или кого нашли, не был из зоны выше точки столкновения с самолетом. Конечно же, поиск все еще ведется, но… но сэр, там просто ничего не осталось!
– Благодарю вас, мистер Браун. Я понимаю, что очень тяжело сказать такое, – для всех я отметил: – Прошлым вечером я встретился с главами Палаты и Сената. Джон Бейнер и Гарри Рейд вызвались поехать в Нью-Йорк на поисковые и спасательные операции, – Брауну же я сказал: – Позаботьтесь о том, чтобы вы сделали все, что можете, чтобы помочь им. У нас есть какие-то прикидки по количеству? Сколько там было человек?
Он покачал головой:
– Нет. Много кому удалось спастись, по крайней мере, с нижних этажей, но никто подсчета не вел. Мы наверняка не узнаем этого еще несколько дней, а, может, и недель, – затем он на секунду задумался и затем добавил: – И будет количество в тысячах.
На это послышалось несколько вздохов. Вчера по телевидению слышались подобные предположения, но это звучало пугающе официально.
Я пробурчал что-то ругательное себе под нос, а затем кивнул.
– Я собираюсь посмотреть на это сам. Сегодня днем я, наверное, смогу выехать в Пентагон. А завтра смогу вылететь в Нью-Йорк, – я оглянулся и поймал на себе взгляд одного из агентов Секретной Службы, стоявшего в стороне. – Вы это услышали? Я возьму Аir Fоrсе Тwо. Пожалуйста, подготовьте его вместе с машиной до Пентагона сегодня попозже.
– Есть, сэр, – и он покинул кабинет.
Остальным я добавил:
– Основной Аir Fоrсе Оnе все еще в Нью-Йорке, и я предоставил второй отцу президента, – я повернулся к Колину Пауэллу. – Мы все еще на третьем уровне боеготовности?