Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 148)

Из всего того, что я когда-либо делал после своего перерождения, по масштабам это было самым худшим делом. После того, как я повесил трубку, я пошел в свою личную уборную и меня вырвало моим обедом. Я знал, что я приговаривал тысячи людей к смерти, но они все равно бы погибли. Я ничего не мог поделать, чтобы остановить события одиннадцатого сентября. Меня не слушали ни в Белом Доме, ни в ЦРУ, ни даже в государственном департаменте. Я мог бы забраться на стол в Кабинете во время собрания, начать кричать об этом через мегафон, и меня все равно бы не услышали.

Был ли я просто оппортунистом? Или психопатом? И всегда ли я им был?

Мне вспомнилась книга Айзека Азимова «Академия», где в одной из ранних глав один из героев, Хари Селдон, оказывается арестован. Он объясняет одному из своих протеже, что он не переживал из-за смертной казни. Судья по этому делу был слишком умен. Он знал, что хоть он и не мог предотвратить упадок цивилизации, но он также знал, что ведя себя глупо, он мог его ускорить. Примерно так я и видел Джорджа Буша, который думал, что идиотское поведение – высшее призвание. Доминирование Соединенных Штатов на планете не было гарантировано, но уже появлялись некоторые признаки того, что оно уже заканчивалось. Я бы мог завершить все мягко, или же позволить Джорджу Бушу разбиться на полной скорости о дно. Изменения, которые он проделал за свои семь лет привели нас из состояния мирового гиганта до международного посмешища за двадцать лет.

И все же я знал, что мой план сработает. Он был слишком прост. У нас до самого события оставалось около шести недель, и я знал, что кто-нибудь проболтается. Так и вышло – в следующий понедельник мне позвонил Джордж Буш и попросил зайти в Овальный Кабинет, где он сидел и мило общался с Карлом Роувом.

«Было ли у меня назначено мероприятие по сбору средств через пару недель?» Нет, Джордж, конечно же нет! Я бы никогда не стал так тебя оставлять за бортом! Это просто нечто на будущее. «То есть ты не возражаешь, если я присоединюсь?» Нет, конечно же нет! С удовольствием возьму тебя с собой!

Пока мы сидели там и улыбались друг другу, я достал свой сотовый и набрал вице-президенту «Кантор Фицджеральд», с которым я общался, чтобы передать ему отличные новости. Не только я буду присутствовать там, но приедет и сам президент Соединенных Штатов!

Оттуда стало еще проще. В середине августа я уехал на назначенный мне в то утро визит в школьную библиотеку в Сарасоте, штат Флорида, и затем на визит в старшую школу в Тампу в полдень. Это все было частью инициативы Буша по возрождению образования. И все, что мне нужно было делать – это ждать неизбежного.

Я похудел почти на десять килограмм от ужаса и отвращения, наполовину к тому, что я делал и что все равно бы случилось, и наполовину от того, что я не был уверен, что это сработает! А что, если история изменилась из-за моего перерождения? А что, если атака произойдет в понедельник, или в среду или во вторник позже? А что, если атака все же состоится, но врежутся куда-то в другое место?

Каким же монстром я стал? Как я только мог такое допустить, и отправить тех, кого я знал, на верную смерть? Джордж Буш не был преступником; он был всего лишь преступно глуп! Заслуживал ли он этим смерти? Единственное, что я мог понимать, что независимо от того, что бы я ни сделал, те мудилы из пещер и тренировочных лагерей Афганистана не собирались останавливаться только из-за того, что происходило здесь. Все люди, которые погибли в тот день, все равно бы в конце концов умерли бы. Я ничего не мог сделать, чтобы остановить это.

Итак, десятого сентября я полетел в Тампу и переночевал там, а затем во вторник утром мы поехали в Сарасоту. В 8:45 я сидел на очень низком стульчике в кругу первоклассников, обсуждая достоинства «Кота в Шляпе» против «Зеленых Яиц и Свининки» (увольте, «Яйца со Свининкой» победили с огромным отрывом!). В 8:46 стоящие в углу и у дверей агенты Секретной Службы внезапно посерьезнели и достали свои УЗИ из-под пиджаков, и в класс ворвались еще несколько. Даже не извинившись, меня подхватили под руки, приподняли и быстро понесли по коридору и через дверь. Когда я сказал, что меня приподняли – я именно это и имел в виду. Мои ноги не касались земли до тех пор, пока я не оказался у открытой двери черного фургона. Позади я мог слышать крики маленьких детей, когда мы, сбивая их с ног, прорывались сквозь них. Меня забросили в фургон, и я ударился головой о дверную раму, и прежде, чем я смог хотя бы сесть, меня вдавило в сидение, когда мы резко выехали с парковки. Сирена зазвенела еще до того, как мы выехали на дорогу. За нами мчался кортеж, также гудя сиренами и сверкая мигалками.

– КАКОГО ЧЕРТА ЗДЕСЬ ТВОРИТСЯ?! – потребовал ответа я.

Агент, сидевший впереди в пассажирском кресле, говорил в микрофон на своем рукаве, в остальном же меня игнорируя. Я повторил свой вопрос другому агенту, который сидел рядом со мной.

Его голова повернулась ко мне на мгновение, и затем он заорал мне в ответ, пытаясь перекричать сирену:

– НА НАС НАПАЛИ! НА ПРЕЗИДЕНТА В НЬЮ-ЙОРКЕ СОВЕРШЕНО НАПАДЕНИЕ! – и затем он отвернул голову обратно к окну.

Я пытался спросить, что он имел в виду, но меня проигнорировали. Где-то через полминуты мы подскочили на кочке и проехали по газону в небольшой парк. Перед нами садился вертолет с маркировкой полиции штата Флорида. Мы подъехали ближе, затем меня вынесли из фургона прямиком в вертолет, запихнули на заднее сидение и потом внутрь залезли еще три агента. Вертушка не заглушалась, и уже через несколько секунд мы уже были в воздухе.

Я схватил руку одного из агентов и снова задал свой вопрос:

– Что происходит?!

Он набрал воздуха и сказал:

– На нас напали! Мы летим в Тампу и садимся на борт Аir Fоrсе Тwо! Это все, что я знаю.

– Кто на нас напал? – спросил я. Я снова схватил его за руку и повторил уже громче: – КТО НА НАС НАПАЛ?!

Он стряхнул меня и ответил:

– Мы еще не знаем. Выясним больше уже в самолете! – и это все, чего я смог от него добиться.

К тому времени, как мы прилетели в аэропорт в Тампе, он был полностью перекрыт. Мы приземлились на взлетной полосе прямо рядом с 757-м и все выскочили наружу. Вооружившись, агенты окружили меня и побежали со мной до самолета и затем вверх по трапу. Двигатели были уже заведены, и как только трап поднялся и закрылся люк, самолет тронулся. Через несколько секунд мы были уже в воздухе.

Впервые за все это время агенты Секретной Службы вокруг меня начали расслабляться. Они отложили свое оружие, вздохнули и уселись в кресла.

– МОЖЕТ, КТО-НИБУДЬ РАССКАЖЕТ МНЕ, ЧТО ПРОИСХОДИТ? – потребовал ответа я.

Из переднего отсека вышел еще один агент и подошел ко мне.

– Сэр, совсем недавно, в 8:44 утра в Северную Башню Всемирного торгового центра, где находится президент Буш, врезался самолет. Немного спустя второй самолет врезался в Южную Башню.

На меня нахлынули воспоминания из прошлой жизни. Думаю, каждый живший тогда американец помнит, где он был и что делал, когда узнал об ужасе того, что произошло. Когда в 8:50 об этом начали говорить в новостях, я подъезжал на парковку к Домам Лефлеров, и думал, что это был маленький самолет, вроде Сессны или Пайпера. Я сидел с минуту, слушая об этом, и вспомнил, как узнал о том, что во время Второй Мировой Войны в здание Эмпайр Стэйт врезался В-25. Больше такого произойти не могло. У современных самолетов есть радары и различные устройства для навигации. А потом через пару минут сообщили о втором столкновении, это были авиалайнеры, а не маленькие самолеты, а это означало, что это был теракт, а не случайное происшествие.

Затем я вспомнил, как сидел в своем кабинете, весь день слушая радио, пребывая в шоке и неверии. Я тогда ничего не сделал за день. Меня настолько это шокировало, что на следующий день я извинялся перед своим шурином Габриэлем, который был моим начальником по продажам в то время, за то, что на предыдущий день не сделал ничего, хоть он и сказал мне, что он тоже. Никто из нас тогда ничего не сделал. Около обеденного времени ко мне заехал один из моих коллег-преподавателей из колледжа и сказал мне, что занятия в тот день отменили, и что мне тем вечером не нужно читать лекций. Мы оба были оглушены, и оба отметили, что наверняка это было так же, как и с нашими родителями, когда они услышали по радио, что Перл-Харбор взорвали. Это было самое похожее, с чем могли это сравнить.

Я уставился на того агента на мгновение, одновременно и удивившись, и в то же время пытаясь скрыть, что я не так сильно шокирован.

– Что?!

– Сэр, два авиалайнера, по размеру примерно такие же, как и тот, на котором мы летим, врезались в Башни-Близнецы в Нью-Йорке. Президент оказался там в ловушке, – затем он приложил руку к наушнику, – Что… повторите… о, боже милостивый! – и он в ужасе поднял на нас взгляд: – Еще один только что упал на Пентагон!

Остальные только уставились друг на друга, побледнев.

– Куда мы направляемся? – спросил я.

Парень, который слушал свой наушник, казалось, был здесь главным.

– Сэр, это засекреченная информация.

– Простите? – недоверчиво переспросил я.

– Сэр, ваше местоположение в такое время – засекреченная информация.

– Кому, черт побери, я могу это рассказать?! – возмутился я. – Я тут вместе с вами в самолете! Итак, куда мы летим? – и я посмотрел в окно, но увидел только белые облака под нами и периодические проблески синевы.