Уверен, не нужно быть прорицателем, чтобы понять, что для меня все это кончилось плохо. За два года мы написали немало сценариев. А когда работы не было, я просто переводил деньги на банковский счет Линн. Она никогда меня прямо об этом не просила, но довольно прозрачно намекала. И мне кажется, я делал это в основном потому, что мне самому так хотелось. Для меня каждый добрый поступок, каждый совместный сценарий, каждый отправленный чек были очередным шагом к нашему будущему союзу. В свою защиту хочу сказать, что я действительно всем сердцем ее любил и верил, что правильно поступаю. Когда любишь человека, о нем надо заботиться, разве не так? За эти два года я часто ездил к ней, и она так же часто приезжала ко мне. Она познакомилась с моими родителями, а я – с ее. Более того, каждый год вплоть до Рождества два года назад я получал от ее родителей огромную коробку с подарками. У меня сердце кровью обливалось в последний раз, когда они мне их прислали, и мне пришлось объяснять им, что больше этого делать не надо.
Пока Линн писала со мной сценарии, у себя дома она крутила многочисленные любовные романы. Я изо всех сил убеждал себя, что пока я просто друг, но, если буду хранить ей верность, поддерживать ее и делать ей подарки, она поймет, что я по-настоящему люблю ее и что мы – отличная пара. Однажды настал момент, когда заказы, которые мы вместе выполняли, закончились. Я свел Линн с людьми на Восточном побережье, которым требовались местные опытные писатели. Она сомневалась, что у нее что-нибудь получится, но я помог ей устроиться в компанию, для которой она до сих пор пишет отличные сценарии. Более того, она стала одним из их ведущих писателей. Но когда она только начинала там работать, денег все еще не хватало, и она хотела пойти на курсы актерского мастерства. Я их оплатил и до сих пор продолжаю за них платить. Преподавателем у них был один очень красивый молодой человек; короче говоря, в июне у них свадьба.
Поверьте мне, г-жа Норвуд, когда я говорю, что последние три месяца были для меня сущим адом. О том, что она выходит замуж, я узнал от друзей в случайном разговоре. Она объяснила, что была не готова мне об этом сообщить. Тем не менее, она сообщила об этом всем, кто регулярно со мной общается. Я знал, что она начала встречаться с этим парнем и что с недавних пор они живут вместе. Но она всегда говорила о нем так, что он производил впечатление красивого, но довольно скучного парня; от таких она обычно довольно быстро устает. Год назад она даже имела наглость предложить нас познакомить! Ему нравятся те же фильмы и книги, что и мне, и у нас, по ее словам, много общего. А я мог думать лишь о том, что она променяла меня на более симпатичную версию меня самого. А затем настал продолжительный период, когда я люто ненавидел самого себя. «Как такое могло случиться? – спрашивал я себя, глядя в зеркало в ванной. – Я помог ей раскрыть себя и развить чудесный талант, о наличии которого она даже не подозревала. Я сблизился с ней на этом чудесном творческом уровне, и она все равно меня оставила! Что во мне такого, – обращался я с вопросом к собственному отражению в зеркале, – что она настолько меня ненавидит? Сросшиеся брови? Небольшие складки жира на боках, от которых я не могу избавиться, как бы ни старался? Что? Что? Что? Почему женщина отвергает мужчину, который настолько ее любит и настолько к ней добр?»
Я часто задавал себе все эти вопросы. Через несколько дней после того, как я узнал о помолвке, я повторил этот монолог, но на этот раз с охотничьим ножом в руке. Да, я был дураком, и мне стыдно сейчас об этом говорить, но я хочу, чтобы вы знали всю правду. Я смотрел на себя в зеркале и везде, где я видел несовершенство, появлялся порез. Я обезумел от горя и понял, что я натворил лишь тогда, когда увидел текущую по бокам кровь. Я осознал, что мне нужна помощь. Но кто может мне помочь? Три года я любил женщину, которая жила на другом конце страны, и теперь, в самый пик кризиса я оказался совсем один. Вот тут-то я по-настоящему испугался. Именно в тот момент я решил обратиться за помощью.
Я заклеил порезы пластырем (к врачу обращаться было стыдно), и, несмотря на боль, они зажили, не оставив шрамов. В тот же самый день, когда я порезал себя, я обратился к психотерапевту, которого мне порекомендовал мой друг. Вместе мы добились определенных успехов. Моим первым заданием было чтение вашей книги, и она очень мне помогла. Я стараюсь не слишком задумываться о прошлом, о том, что я мог вести себя с Линн по-другому, и тогда, возможно, у нас все сложилось бы хорошо. Честно говоря, мне кажется, у нас никогда не было бы тех отношений, что я себе представлял, но, если бы я не оказывал ей такую огромную и бескорыстную помощь, а вместо этого больше думал о собственных интересах, все могло бы сложиться иначе. Говоря «иначе», я имею в виду, что все закончилось бы давным-давно, и мне не пришлось бы так сильно переживать сейчас.
Я очень боялся, что больше никогда не встречу такую, как она – женщину, с которой я мог бы разделить свое творчество и в которую был бы так сильно влюблен. Она казалась мне лучшей из всех, кого я когда-либо встречал, и я держался за нее, невзирая ни на что. Я очень боялся, что наши отношения плохо закончатся, и поэтому не замечал, что с самого начала в них не было ничего особенно хорошего.
Мне очень хотелось бы сказать напоследок, что сейчас дела у меня намного лучше, что вечера я провожу с прекрасными женщинами и что все мои проблемы решены, но это не так. По крайней мере, пока. Я приглашаю женщин на свидания, и некоторые из них хотят узнать меня поближе, а некоторые – нет. Те, кто узнаёт меня поближе, хотят остаться со мной просто друзьями. Они считают, что я отличный собеседник, с которым можно хорошо провести время, и порядочный человек. Но чего-то им все-таки не хватает. Линн всегда говорила, что в наших отношениях нет романтической искры, взаимного влечения, и я по сей день не понимаю, что это значит. Я не умею играть в любовные игры и считаю, что, если действительно любишь человека, никакие игры не нужны. Когда тебе кто-то дорог, ты делаешь все, чтобы вы были вместе, ты делишься с этим человеком своими радостями, а все остальное не имеет значения, разве не так? Неужели мужчина должен быть полным козлом, чтобы женщина его полюбила? Зачем держать того, кого любишь, на расстоянии, дразня его и не подпуская ближе? Меня всегда привлекали в женщинах определенная уверенность в себе и самостоятельность. Видимо, таким женщинам нравятся холодные мужчины с тяжелым характером, которых будет непросто захомутать. С такими мужчинами, как я, все слишком просто, а жаль.
Как бы то ни было, пусть я сейчас одинок, но я жив и очень благодарен вам за книгу, которая помогла мне в самый трудный период моей жизни.
Не исцелившаяся женщина, которая любит слишком сильно, автоматически отвергает любые серьезные отношения с добрым, порядочным, заботливым мужчиной, который способен быть с ней открытым и честным, потому что такие отношения могут стать для нее тяжелым испытанием из-за ее ограниченной способности к подлинной близости. Однако такое решение не стоит путать с решением здоровой женщины, которая не желает строить серьезные отношения с другим типом мужчин, которых зачастую тоже называют «порядочными» из-за их кажущейся скромности, услужливости и преданности. У здоровой женщины могут быть веские причины избегать таких отношений, независимо от того, делает она это сознательно или подсознательно. Она чувствует, что за этой заботой о ее благополучии, ухаживаниями и различными знаками внимания скрываются попытки мужчины такого типа манипулировать ею, чтобы она почувствовала себя обязанной ему. Такой мужчина рассчитывает, что за все сделанное им для этой женщины она будет отвечать ему благодарностью и верностью, а в противном случае будет чувствовать себя виноватой в том, что «использует» его. Здоровая женщина инстинктивно чувствует такой подвох и избегает подобных людей (как и здоровый мужчина, если гендерные роли поменять местами).
Когда мы упорно продолжаем делать, делать и делать что-либо для другого человека, не отвечающего нам взаимностью в той или иной форме, такая «бескорыстная» самоотдача на самом деле является неосознанным подкупом.
Дэвид называет себя «порядочным» мужчиной. Он объясняет свое первоначальное влечение к Линн тем, что она казалась ему самостоятельным человеком. Тем не менее, он всеми возможными способами – играя роль ее наставника, поддерживая ее финансово, с пониманием относясь к ее любовным романам, – пытался сделать ее зависимой от себя. Он убедил себя, что такое поведение с его стороны было проявлением любви к Линн и заботы о ее благополучии, но совершенно очевидно: на самом деле он вел себя таким образом в расчете на то, что Линн будет чувствовать себя обязанной ему.
Когда мы упорно продолжаем делать, делать и делать что-либо для другого человека, который не отвечает нам взаимностью в той или иной форме, мы, как правило, поступаем так потому, что не верим в свою способность привлечь этого человека исключительно нашими личными качествами и достоинствами и в возможность поддерживать с ним отношения на основе взаимной симпатии. Другими словами, такая «бескорыстная» самоотдача на самом деле является неосознанным подкупом, завуалированной манипуляцией, призванной заставить другого человека закрыть глаза на то, что мы считаем своими недостатками. И когда этот человек неизбежно почувствует манипуляцию и отвергнет ее, мы реагируем на это шоком и возмущением, так как сами не осознаём истинные мотивы собственной щедрости. Поэтому мы и не можем понять, почему другой человек поступает с нами так плохо после того, как мы сделали для него столько хорошего. Где благодарность? Почему нас отвергают, вместо того чтобы ценить и любить? Ответ: потому что мы не были честны. Мы побоялись, что нас отвергнут, если мы будем самими собой, и решили использовать дополнительные козыри. Однако в результате наши усилия не окупились. Теперь мы злимся и обижаемся, считая, что человек, о котором мы так заботились, нас использовал. Роль страдальца и мученика очень удобна, она льстит нам, успокаивает нас, но это очень нездоровая роль, и очень прилипчивая: ее можно играть до бесконечности.
