Робин Норвуд – Письма от женщин, которые любят слишком сильно (страница 53)

Эти чувства постепенно угаснут сами собой, но при условии, что вы не будете слишком зацикливаться на несправедливости этой ситуации (неверное утверждение, которое ни к чему не приведет). Если вы станете уделять этому слишком много внимания, то чувство обиды будет крепнуть. Обида похожа на чудовище, которое создал Франкенштейн – она живет своей собственной жизнью до тех пор, пока мы не начнем работать над тем, чтобы освободиться от нее. Она будет продолжать расти и каждый день станет требовать новой пищи. Поэтому, если вы не позаботитесь об этом, у вас появится новый домашний питомец – обида по имени Берт, которая станет вашим постоянным спутником и будет занимать все больше и больше места в ваших мыслях, чувствах, а в результате и в ваших поступках. Если мы достаточно часто будем рассказывать самим себе историю о том, как стали жертвой обстоятельств, рано или поздно мы расскажем ее и кому-нибудь другому, сосредоточившись на том, насколько несправедлив мир, пока нас, как вы сами пишете, «гложет зависть». Пример: однажды в ресторане я слышала, как один из посетителей сказал официантке: «Здравствуйте. Как настроение?», а она мрачно ответила: «Могло быть и лучше, ведь сегодня у нас с мужем мог бы быть двенадцатилетний юбилей совместной жизни, если бы он не бросил меня семь лет назад ради другой!» У этой женщины явно есть такой домашний питомец – обида, следующая за ней по пятам вот уже семь лет. Поэтому будьте осторожны, Бонни! Вы должны захотеть исцелить собственное отношение к этому мужчине и вашей с ним связи ради своего же блага.

Мы не получим от жизни большего, желая другим меньшего.

В отношениях не бывает случайностей. Берт был таким, каков он есть, с самого первого дня вашего знакомства. Возможно, вас заинтриговали те самые сомнительные поступки и недостатки его характера, которые сейчас вы в нем презираете. Но для того, чтобы усвоить урок, который эти отношения пытаются вам преподать, и принять то благо – да, благо, – которое они вам несут, вам нужно заглянуть в собственную душу. Если вы начнете с того, что откажетесь считать себя жертвой Берта и признаете, что добровольно участвовали во всех ваших совместных «играх», используя все возможные средства, чтобы манипулировать им и пытаться сделать из него другого человека, вы уже окажетесь на полпути к исцелению. И наоборот, чем дольше вы будете питать фантазию о том, что ваши мотивы, в отличие от его собственных, были исключительно чисты; чем дольше вы будете отказываться признать собственное своеволие, проявлявшееся и в этих отношениях, и после их разрыва, тем выше вероятность, что такая ситуация вновь повторится в вашей жизни, но на этот раз она окажется еще более серьезной и еще более нездоровой. Будьте готовы признать свою роль и свои шаги в совместном «танце» с Бертом.

Более того, будьте настойчивы в своем намерении разобраться в себе. Анализ этих взаимоотношений поможет вам понять, с чего все началось, как это проявлялось в отношениях с Бертом и с другими мужчинами до него и почему вы поступали именно так. Конечно, когда вы разберетесь во всем этом, вы почувствуете свою полную ответственность за все, что происходит в вашей жизни, и перестанете привычно обвинять в своих несчастьях других людей. Для того, чтобы принять тот факт, что все не случайно и что мы не жертвы, мы должны повзрослеть и присмотреться к своей собственной темной стороне, чтобы научиться искать источник проблем в себе, а не в ком-то еще.

Наконец, для того, чтобы начать исцеляться, вам нужно сделать еще нечто такое, чему придется упорно учиться. Всякий раз, когда вы испытываете злость, зависть и обиду по отношению к Берту, вы должны благословить его, благословить его еще раз, потом благословить снова, пожелать ему всего самого лучшего и отпустить его. Есть старинное стихотворение, в котором отражен этот очень полезный совет:

Если враг встал на пути, Ты его восхвали, Благослови И отпусти.

Я понимаю, что нелегко благословлять того, кто ранил нас и остался безнаказанным, и желать ему всего самого лучшего. Мне тоже приходилось это делать, когда я боролась с эмоциями, так похожими на ваши. Для этого требуется огромное желание и упорная работа над собой, но это поможет освободиться от гнета обиды и жалости к самой себе.

Когда мы завидуем другому человеку, мы оказываемся во власти ошибочного убеждения, что благ этого мира не хватает на всех и что успех этого человека лишает нас возможности что-либо получить. Это ложное и ущербное представление. Мы не получим от жизни большего, желая другим меньшего. Как раз наоборот. Мы получим столько, сколько отдадим – поэтому, повторяю, благословляйте таких людей!

Надеюсь, теперь вы понимаете, Бонни, что если будете прилежно работать над тем, чтобы изменить свое отношение к Берту, то однажды получите тот дар, который жизнь пытается преподнести вам через эти отношения: понимание своих поступков и желаний и свободу от самобичевания и чувства обиды. И вам будет уже не важно, благодарен вам Берт или нет. Вы со всем спокойствием и беспристрастностью будете испытывать благодарность к нему за то, что он был частью вашей жизни, и тогда почувствуете, что действительно освободились от него и отпустили его.

Уважаемая г-жа Норвуд!

Я считаю вашу книгу очень полезной, но скажите, пожалуйста, вы работаете только с белыми женщинами? У меня сложилось впечатление, что я только о них и читаю!

И еще: когда вы (или, может быть, кто-нибудь другой) напишете книгу о «мужчинах, которые любят слишком слабо»? Прочитав в вашей книге рассказы женщин об их отцах и бывших любовниках, я с удивлением спросила себя: «Где, черт возьми, эти мужчины научились быть такими паршивыми отцами, любовниками и мужьями?»

Что касается меня (хотя я не помню, чтобы в детстве я сталкивалась с сексуальными домогательствами или чтобы родители жестоко обращались со мной), то я сейчас пытаюсь сформулировать торжественную клятву, в которой прощаю своего отца: «Я прощаю своего отца за его неразумное поведение по отношению ко мне».

Уважаемая Марси!

Отвечая на ваш первый вопрос, скажу, что больше ни с кем не «работаю», ни с белыми, ни с другими пациентами. На этом этапе моей жизни мне очень важно продолжать собственное исцеление в группе взаимопомощи. Я больше не занимаюсь частной практикой.

Истории, рассказанные в «ЖКЛЛС» – это в основном истории из жизни женщин, которых я знала лично и которые были моими пациентками, а также истории из моей жизни. Большинство этих женщин белые, как и я сама, а некоторые из них латиноамериканского происхождения. Я согласна с тем, что, если вам нужен психолог, имеет смысл искать его в первую очередь среди представителей вашей социальной группы, ибо такой психолог будет лучше понимать ваши проблемы. На мой взгляд, культурные факторы важны для того, чтобы между пациентом и психологом установились отношения взаимопонимания, хотя многие специалисты не согласятся со мной в этом вопросе.

Что касается вашего второго вопроса, я считаю, что книгу о том, почему мужчины любят слишком слабо, лучше всего напишет мужчина, которому близка эта тема благодаря его личному и, возможно, профессиональному опыту, и который знает и применяет принципы, необходимые для изменения этой модели поведения. Я никогда не возьмусь написать книгу о мужчинах, потому что не знаю, что значит быть мужчиной, точно так же, как, по моим наблюдениям, мужчины не понимают, что значит быть женщиной. Мы все можем продвинуться в понимании самих себя и помочь друг другу, но, так как эта задача очень трудоемкая, рискну предположить, что мы вряд ли когда-нибудь станем экспертами в проблемах противоположного пола.

Вы задали очень важный вопрос о том, почему у многих мужчин вырабатывается такая модель поведения в отношениях с самыми близкими людьми, когда они словно теряют способность любить, перестают заботиться об этих людях и даже начинают жестоко обращаться с ними. Любая модель поведения в отношениях с другими людьми, в которой отсутствуют честность, открытость и забота о другом человеке, порождена страхом – это страх стыда, страх унижения, страх сильных эмоций или чрезмерной опеки, страх физической или душевной боли, страх потери контроля над собой, страх стать слабым, страх возможной утраты, страх одиночества и страх смерти. В какой-то степени эти страхи неизбежно присущи всем человеческим существам. Но когда такой страх слишком силен, поведение человека становится ненормальным, гипертрофированным, шаблонным и контрпродуктивным. Это означает, что, когда страх переполняет нас, мы опускаемся до более примитивного поведения. Вместо того, чтобы спокойно и осознанно подбирать слова и тщательно обдумывать свои действия, чтобы наши поступки были объективно честными и справедливыми и вели к желаемому результату, мы, как правило, либо отчаянно сопротивляемся, либо злобно нападаем на другого человека, либо не раздумывая отступаем и сдаем свои позиции.

В отношениях мужчины обычно больше боятся того, что их будут слишком подавлять или опекать, а женщины – что их бросят. В конфликтах между мужчинами и женщинами мужчины, чувствуя угрозу, обычно нападают (чтобы ликвидировать угрозу) или отступают (чтобы избежать угрозы), а женщины обычно цепляются за партнера (чтобы не остаться в одиночестве) или нападают (чтобы создать у мужчины чувство вины и таким образом контролировать его и исходящую от него угрозу одиночества). Конечно же, ни один из этих способов справиться со стрессом, созданным конфликтом, не приведет к гармоничному разрешению конфликтной ситуации – именно поэтому они ведут к усилению страха, и со временем реакция человека на стресс становится еще более гипертрофированной.