Робин Норвуд – Письма от женщин, которые любят слишком сильно (страница 14)

Одна женщина, посетившая мой семинар, сказала, что ее психотерапевт считает, что единственные, кто не обязан прощать, – это жертвы инцеста. На мой взгляд, никто не обязан прощать, но мы должны этому научиться, если действительно хотим исцелиться сами. Прощение не означает, что мы должны вернуться в прошлое и позволить этим людям вновь причинить нам боль. Оно означает, что мы отстраняемся от них в достаточной мере, чтобы больше не принимать их поступки слишком близко к сердцу. Для повышения собственной самооценки мы полагаемся на Высшую Силу, а не на них. Мы понимаем, что они, скорее всего, сами пережили серьезную травму и изо всех сил стараются изжить ее, избавиться от ее последствий, даже если при этом их старания приносят плачевный результат. Мы помним, что их путь в руках Господних так же, как и наш собственный, и мы благословляем их и отпускаем их, чтобы мы сами могли продолжать жить.

Когда вы пишете о том, что хотите «отпустить “подколодного змея”», награждая этого мужчину не самым лестным эпитетом, вы тем самым крепко-накрепко привязываете себя к нему. Злоба и ненависть, которые мы испытываем по отношению к другому человеку, связывает нас с ним прочными узами. Это одна из причин, почему умение прощать и умение просить прощения настолько важны. Именно благодаря прощению мы учимся отпускать и обретаем свободу сами. Без него мы вновь и вновь возвращаемся к этому человеку или к людям, подобным ему, и раз за разом разыгрываем одну и ту же драму. Прощение не делает нас слабаками, о которых другие вытирают ноги, оно освобождает нас, чтобы мы больше никому и никогда не позволяли с собой так обращаться. Прощая, мы платим добром за причиненное нам зло, и тогда это зло больше не властно над нами.

Но смысл акта прощения состоит не только в этом. Как показывает мой собственный опыт, причина, по которой прощение дается нам с таким большим трудом, заключается в том, что мы принимаем, прощаем и отпускаем в другом человеке то же самое, что принимаем, прощаем и отпускаем в самих себе. И вполне возможно, что это преследует нас не из этой жизни, а из предыдущей. Ниже я привожу пример того, как тесно могут быть связаны прощение себя и прощение других. В истории Сью сны, раскрывающие ее опыт прошлых жизней, не являлись ключевым обстоятельством ее исцеления, хотя и пролили свет на многое и в результате стали частью глубокого духовного опыта. Многие читатели могут возразить, что концепция реинкарнации и прошлые жизни не имеют никакого отношения к действительности. Что ж, пожалуйста, берите отсюда лишь то, что приемлемо и полезно для вас, и не обращайте внимание на остальное – это относится ко всему, о чем идет речь в этой книге.

Злоба и ненависть, которые мы испытываем по отношению к другому человеку, связывает нас с ним прочными узами.

Сейчас Сью немного за тридцать. У нее было очень тяжелое детство, и она пережила физическое и сексуальное насилие, в основном со стороны собственного отца, а также со стороны матери, бабушки и одной из мачех. Повзрослев, она вступала в беспорядочные половые связи, ничуть не беспокоясь при этом о собственной безопасности. Она несколько раз была изнасилована и многократно оказывалась в ситуациях, угрожавших ее жизни. Спустя примерно десять лет, потраченные на бесчисленные связи с мужчинами, большинство из которых она намеренно соблазняла, Сью познакомилась с парнем на несколько лет младше себя, который, как и она, отличался компульсивным сексуальным поведением[15]. Когда она в первый раз пришла к нему в гости, пол его квартиры был завален порнографическими журналами и плакатами. До и во время их брака он постоянно ухаживал за другими женщинами и втайне встречался с ними, при этом продолжая злоупотреблять порнографией, в которой все чаще предпочитал сцены подчинения и насилия. На протяжении нескольких лет его компульсивное поведение постоянно усугублялось: еще больше измен, еще больше порнографии, еще больше усилий, потраченных на то, чтобы скрыть первое и второе, избегая при этом Сью. Одновременно Сью все чаще и настойчивее пыталась контролировать мужа, отказываясь при этом от сексуальных контактов с ним. В конечном итоге она подала на развод.

Духовная практика, включая молитвы, медитацию и чтение, всегда была очень важна для Сью. Боль от развода заставила ее обратиться к этим источникам утешения и исцеления с еще большим рвением, чем за все предыдущие годы. Кроме того, она начала ходить на встречи группы Ал-Анон и сосредоточилась на исцелении своей алкогольной созависимости, так как ее мать была наркоманкой, а ее отец, бабушка и муж злоупотребляли алкоголем. Она сделала программу «Двенадцать шагов» основой своей ежедневной духовной практики.

Однако Сью продолжала встречаться с мужчинами, у которых одновременно была химическая и сексуальная зависимости, и каждый новый мужчина оказывался все более и более склонным к насилию. Кроме того, в общественных местах Сью все чаще и чаще сталкивалась с мужчинами, которые обнажались перед ней и в целом вели себя непристойно.

Примерно в это время умер отец Сью. В ее душе одновременно бушевали ненависть к нему и скорбь, и именно в этот период ей стали сниться особенно реалистичные сны. В этих снах она отчетливо осознавала, что их действие происходит в одной из ее предыдущих жизней, и она вела себя точно так же, как ее отец в этой жизни. Она по себе тоже знала, каково быть алкоголиком со склонностью к физическому и сексуальному насилию. Это знание помогло ей перестать осуждать отца и простить его.

Благодаря дальнейшим снам, которые направили ее внимание на ее собственное поведение и чувства, Сью смогла, хотя и с огромным страхом и стыдом, начать признавать собственное компульсивное сексуальное поведение. Она начала осознавать, что она вела совершенно бесконтрольную половую жизнь, а затем вышла замуж за человека, которого она пыталась контролировать, невзирая на то, что усугублялись ее собственные проблемы. И вот тогда ее повседневная действительность начала меняться. Через какое-то время ей перестали встречаться мужчины, ведущие себя непристойно. Ненормальные, зависимые мужчины, к которым ее тянуло до и после брака, перестали быть для нее привлекательными, как и она для них. Они тоже начали исчезать из ее жизни.

Все эти сны помогли Сью признать и принять собственное компульсивное сексуальное поведение, а затем простить себя за него. И при этом она смогла простить и тех, кто обидел ее. В то же самое время Сью все чаще находила в себе силы говорить «нет» ненормальным людям и ситуациям, которые в прошлом необъяснимым образом привлекали ее. И, наконец, такие люди и ситуации прекратили появляться в ее жизни, потому что она усвоила уроки, которые те должны были ей преподать.

Яркие необычные сны стали для Сью настоящим подарком, пришедшим из глубин ее души, который способствовал ее выздоровлению. Они появились в ответ на ее решение исцелиться и благодаря ее преданности духовным принципам. Она мудро приняла эти сны, а не использовала их для соблазнительной, но отвлекающей от подлинного исцеления погони за знаниями о прошлых жизнях. Она осознала, что причина, по которой мы изначально ничего не знаем о своих прошлых жизнях, заключается в том, что они не должны отвлекать нас от жизни нынешней. Наша задача – сосредоточиться на том, что происходит сейчас, в этой жизни. Мы парадоксальным образом готовы путешествовать в прошлое и будущее, с одного края света на другой в поисках просветления, но при этом работа нашей души всегда у нас перед глазами. Не будь этих сновидений, Сью все равно работала бы над собой, чтобы научиться прощать себя и других. Сны стали для нее лишь дополнительным объяснением после того, как она уже начала работать над собой, используя духовные практики.

Невозможно переоценить всю тяжесть, болезненность и трудоемкость этого процесса самопознания и исцеления. Но единственной альтернативой для Сью была жизнь (и, что вполне предсказуемо, довольно скорая смерть), неизбежно связанная с ее зависимостью.

Ничто не стоит на месте, и, если мы не движемся вперед, мы движемся назад. А наша задача – расти, учиться и очнуться. Именно поэтому в повседневных отношениях нет случайностей. Нас необъяснимо влечет к партнерам, с которыми мы либо сможем усвоить наши личные уроки, либо запутаемся в паутине собственных нездоровых моделей жизни и отношений – моделей, которые в конечном итоге будут оказывать на нас сильное давление, чтобы заставить нас изменить свою жизнь. Я также верю, что не бывает случайностей, когда дело касается близких нам душ – будь то отец, мать или другой человек, к которому у нас формируется компульсивная привязанность. Несмотря на все сложности, которые они могут для нас создать, эти люди все равно остаются ценными дарами для нашей души. Они дают нам возможность усвоить следующий духовный урок. Либо мы усваиваем его, либо нам становится хуже и, несмотря на религиозную или духовную практику, мы отдаляемся от своей духовной сущности.

Поэтому, видите ли, Уинн, мы обязаны работать прежде всего над собой, стараться изменить собственную душу и перестать идентифицировать себя с той ролью, которую мы очень долго играли в отношениях с близкими людьми – ролью жертвы, мученика, спасителя или справедливого мстителя, а, возможно, и со всеми этими ролями, если мы играли их по очереди. Разумеется, это гораздо сложнее, чем просто выйти в свет, познакомиться с очередным мужчиной и надеяться, что на этот раз он окажется «тем самым». Ни один мужчина не будет «тем самым» до тех пор, пока мы не исцелим в себе то, что вынуждает нас искать утешения в конфликтах и войне интересов, вызывает потребность победить или проиграть, а затем обвинять другого человека в наших проблемах.