Робин Хобб – Судьба Убийцы (страница 199)

Свежевание дикобраза - трудная работа, как и следовало ожидать. Лучшим способом было бы подвесить его распластанным, но у меня не было веревки и в каменоломне не росли деревья. В конце концов, результат оправдал затраченные силы и неудобства. Он был жирный, как молочный поросенок, и пока я обжаривал мясо на огне, оно шипело и исходило чудесным ароматным дымом. Я ел, пока не наелся, а потом спал, завернувшись в плащ мертвой женщины. На рассвете я проснулся под раскинувшимся голубым небом. Я развел огонь посильнее и еще поел добытого мяса. Я пошел к воде в нижней части каменоломни, вымыл руки и напился вволю. На полный желудок я чувствовал себя готовым встретить новый день.

Я припомнил, что недалеко от каменоломни должна быть речка. В речке должна быть рыба. Старлинг. На берегу той реки, желая быть честным, я сказал ей, что не люблю ее. Затем наши тела сплелись со страстью, которая была лишь немногим больше, чем просто животная похоть, но это положило начало странным и трудным отношениям, которые продолжались, с перерывами, более двенадцати лет. Старлинг, в ее прекрасных полосатых чулках, с богатым мужем, который гордится ею и слушает, как она поет историю нашего похода. Я подумал, что строчки о нашем влечении она не включила в песню, и невольно улыбнулся.

Я вернулся к нашему костру. Мотли ковырялась в кишках дикобраза. Она посмотрела на меня, на ее серебряном клюве висел кусок требухи.

- Домой? - каркнула она с надеждой.

Я ответил вслух:

- Сегодня я сплю и ловлю рыбу. Что-то съесть, что-то засушить. Я не планирую снова путешествовать голодным. Три дня отдыха и еды, и мы продолжим наше путешествие.

Мудрее будет выбрать себе камень и начать сейчас.

Я замер в тишине у костра. Я знал, что советовал волк.

Я собираюсь домой. Не в камень.

Фитц. С давних пор мы знали, что когда-нибудь до этого дойдет. Как часто мы мечтали вернуться сюда и вытесать нашего дракона? И вот мы здесь, время пришло, и, возможно, у нас хватит времени и сил сделать это. Я не хотел бы застрять в камне, как Девушка-на-драконе.

Я сформулировал жесткую мысль и произнес ее вслух:

- Не думаю, что наше время пришло. Я не стар. Только устал. Немного отдыха и...

- Домой? - настойчиво спрашивала Мотли. - Пчелка! Пчелка! Пер! Шут! Лант! Спарк!

- Лант погиб, - сказал я ей резче, чем хотел.

Волк заговорил жестче:

Продолжай упрямиться и ты умрешь. И я с тобой.

В моем сознании все похолодело.

- Идем домой! - объявила Мотли.

- Скоро, - ответил я ей.

- Сейчас, - парировала она.

Она оторвала еще кусок потрохов дикобраза. Он обмотался вокруг ее серебряного клюва. Она ловко стащила его лапой, взяла поудобнее и быстро проглотила. Затем она почистила клювом перья, иссиня-черные и алые.

- Прощай, - добавила она и поднялась в небо. Я удивленно смотрел ей вслед.

- Лететь очень долго! - крикнул я. Знала ли она, где мы находимся?

Она облетела вокруг каменоломни, низко проносясь над забракованными камнями и грудами каменных осколков, давным-давно оставшимися здесь после работ. В нижнем конце находился водоем с дождевой водой. Она пролетела над водой, и я побежал за ней, следя за ее полетом, она летела прямо в Скилл-колонну. Я боялся, что добегу и увижу разбившуюся птицу. Но она без помех исчезла.

- Я не знал, что она может это делать, - сказал я. - Надеюсь, она выйдет невредимой.

Это не первый ее проход через камни. И у нее Скилл на клюве.

И правда.

Я не мог помочь ей, но мое сердце сжалось от того, что я могу никогда не увидеть ее больше. Я напомнил себе, что у меня был план путешествия. Я несколько раз сходил за дровами. Я зажарил кости дикобраза, чтобы они растрескались, и я смог достать костный мозг. Затем пришло время рыбалки. Я уже довольно давно не ловил рыбу руками. Я пошел к реке и нашел место, где можно лечь на живот, и где пышные заросли затеняли голый берег, и моя тень не падала бы на воду. К моей радости, я хорошо помнил, как это делается, к еще большей радости я поймал две чудесные жирные форели. Я проткнул их жабры изогнутым ивовым прутиком и оставил в воде, пока не был вознагражден еще двумя. Две съесть вечером, а две закоптить или засушить в дорогу. Я почувствовал глубокое удовлетворение.

Ты уверен, что «не помнишь» ничего из того, что советовал тебе Верити?

Я неправильно вошел в камень, а потом снова вышел. Я не помню наш переход.

Ты был в глубинах Скилла. Верити нашел тебя. Он сейчас там крупная рыба, которая плавает в очень глубоких течениях. Он сказал, чтобы ты создавал своего дракона и не откладывал. Король Шрюд тоже там был, меньше и слабее. Чейд был с ними. Они пожелали тебе успехов в твоих усилиях.

Я ответил после паузы:

- Я этого совсем не помню. Я искренне хочу вспомнить.

Я запомнил это для тебя. Он предупреждал, чтобы ты не откладывал. В тот раз он почти потерпел поражение. Если бы ты не привел с собой Кеттл, и если бы она не была тем, кем и чем была, то был бы один наполовину законченный дракон и мертвый король. И, возможно, островитяне до сих пор удерживали бы Баккип.

У нас нет таких высоких целей, как у него.

Только твоя жизнь. И моя.

Я подумаю над этим сегодня.

Фитц. Я не хочу прекращать существование. Сделай нас драконом. Дай мне это подобие жизни. Дай мне возможность снова дышать ночным воздухом, дай мне поохотиться, дай снова почувствовать холод ночи и жар солнца.

В его словах отразился сильный голод. Я почувствовал себя эгоистом. Он воспринимал мир через меня, но мои чувства были лишь тенью тех, что были у него когда-то.

- Ночной Волк. Что ты такое?

Он помолчал.

Я волк. Тебе нужно напоминать об этом?

- Ты был волком. Что ты такое сейчас? Дух, который живет внутри меня? Смесь моих воспоминаний и мыслей о том, как ты мог бы поступить и что сказать?

Непохоже. Вот я помню Верити, а ты нет. И я путешествовал с Пчелкой, без тебя, и она меня слышала.

Мне нужно больше времени, я хочу рассказать ей о тебе. Рассказывать ей то, что я обещал, и что она должна знать.

Я не уклоняюсь от этого. Она знает много о нашей жизни вместе. Много о моей жизни.

Я рад этому.

И я. Так что, я не твое воображение.

Ты живешь во мне.

Да. И если ты умрешь, я умру с тобой.

- Я хочу отправиться домой, волк. Я хочу увидеть Пчелку. Мне необходимо быть рядом с ней, и я должен изменить то, что делал неправильно как отец. Мне нужен шанс стать лучше рядом с ней.

Это то, что ты сказал Верити. Я повторю, что он ответил. «Кто-то еще может сделать это за тебя. И ты должен верить, что они сделают это хорошо». Как он поступил со своим сыном, которого никогда не видел.

Что за срочность резать камень?

Мой брат, что-то грызет тебя. Изнутри. Я чувствую это. Перестань скрывать это от себя.

Я слишком долго находился в камне. Это все.

Я провел своей посеребренной рукой по ребрам. Почувствовал выпирающие кости.

Ты думаешь, у меня паразиты?

Я это знаю. Они съедают тебя быстрее, чем твое тело успевает лечить себя.

Я глубоко задумался, пока шел с речки назад к каменоломне. Мой костер еще тлел. Я отгреб угли из костра и разместил оставшиеся так, как это было необходимо. Две рыбины я запек на углях и съел. Посмотрел на оставшиеся две. Я все еще был голоден. Я мог бы завтра поймать еще рыбы в дорогу. Я подгреб больше углей и снова запек на них рыбу.

Когда ты примешь решение?

Скоро.

Я почти слышал его вздох, так же он вздыхал, когда хотел ночью пойти на охоту, а я должен был оставаться дома, чтобы писать то, что еще до наступления утра будет сожжено. Я проткнул рыбу. Почти готова. Есть непропеченную рыбу нежелательно, можно получить глисты. Я горько усмехнулся. Будут эти глисты есть тех паразитов, о наличии которых волк так настойчиво утверждает? Двумя палочками я перевернул рыбину на углях. И стал терпеливо ждать.

Начался дождь. Я почувствовал две теплые капли, упавшие на мое запястье. Нет не дождь. Кровь. Мой нос кровоточил. Я поднял руку и зажал нос.

Что, если кровь не остановится?

Всегда останавливается.