Роберт Уилсон – Современный зарубежный детектив-9. Компиляция. Книги 1-20 (страница 877)
– Да, Вальтер рассказал нам и об этом, – кивнула Дороти. – О том, что его брак не вписывался в традиционные рамки. А вы когда-нибудь обсуждали этот момент с Вивиан?
Ева покачала головой.
– Неловкий вышел бы разговор, даже будь она самой прогрессивной и терпимой из жен. – Она замолчала, явно досадуя, ведь дала понять, что «открытый брак» в данном случае являлся пустым звуком. – Он гений, поймите, а Вивиан, кажется, так этого и не осознала. Для таких, как он, не существует рамок.
Угу.
– Он что-то подобное упоминал, – подтвердила Дороти. – Но мне показалось, что он подразумевал, что презрение к рамкам и условностям – это их общая с Вивиан черта. – Дороти повернулась ко мне. – А вам как показалось?
– Аналогично. – Ева обожгла меня взглядом (ну все, мы больше не подружки) и продолжила, обращаясь к Дороти: – Он проявлял заботу – так всегда было, когда дело касалось Вивиан, а сейчас и того больше. Но выскажусь откровенно – она никогда не выказывала ему ту поддержку, в которой он нуждался. Она всегда стремилась быть в центре внимания. Она всегда задвигала в тень его работу своими манипуляциями и выходками, занимала все возможное пространство, вытесняя всех нас со сцены: какое-то время на почве выборов, – она кинула на Дороти извиняющийся взгляд, – что для нас не явилось сюрпризом. Но она умудрилась и тут перетянуть одеяло на себя, как обычно. А потом после… ну, после вашего…
– Поражения, да.
– После этого она завела этот нелепый проект на «Кикстартере». Вы о нем слышали?
– Да, мы в курсе, – сухо подтвердила Дороти.
– А теперь все это. Знаю, прозвучит ужасно, но меня не отпускает жутковатое ощущение, что ситуация повторяется.
– Это как?
– Ну, я попросила вас узнать, могут ли судмедэксперты ускорить процесс исключительно ради того, чтобы Вальтер мог снова сосредоточиться на своей работе.
– Но теперь стало только хуже, – сделала вывод я, и Ева, кивнув, повернулась ко мне.
– Помните, когда мы разговаривали в первый раз, я сказала, что не могу поверить, что это было самоубийство? Потому что Вивиан слишком эгоцентрична? – Теперь кивнула я. – И вот выясняется, что я была права. Повторюсь, я знаю, как безумно это прозвучит, но я не могу отделаться от мысли, что это расследование – ее прощальная выходка. Словно она так подстроила, чтобы ее смерть причинила как можно больше беспокойства окружающим.
– Ну вы же не считаете, что она сама подстроила собственное убийство? – озадачилась Дороти.
– Конечно нет. Просто она… на нее временами находило. Она принадлежала к тому типу людей, которые под влиянием момента способны на самые дикие поступки.
– Например?
– Однажды она сожгла всю одежду Вальтера. Они тогда крупно поссорились, так она выгребла все из гардеробной и устроила на заднем дворе огромный костер. Мне тогда пришлось заказывать для него новый гардероб.
– Ага, понятно.
– Но организовать собственную смерть – это было бы слишком даже для Вивиан, без сомнений.
– Как вы полагаете, что же тогда произошло? – поинтересовалась Дороти. – Она инсценировала собственную смерть, а кто-то воспользовался ситуацией и устроил все по-настоящему? Возможно, ее подельник?
– Понятия не имею, – просто ответила Ева.
– Вы не заметили ничего странного в ночь ее смерти? – продолжала расспрашивать Дороти. – В прошлую среду?
Ева покачала головой.
– Я заработалась допоздна в своем кабинете. Потом спустились на кухню и сделала себе сэндвич, где-то в полдевятого. Взяла сэндвич к себе в комнату и не выходила из нее до следующего утра. Проснувшись, я и не подумала, что что-то не так – самое обычное утро. Когда я оглядываюсь назад, странное охватывает ощущение. Я спустилась вниз, позавтракала. Шахи тоже были там, все трое, мы говорили, – она смущенно взглянула на Дороти, – ну, о вас. И о выборах и всем прочем.
– Неудивительно, – обронила Дороти.
– Потом я поднялась сюда. Вальтер уже находился в кабинете по соседству – тоже как обычно. Я приступила к работе и узнала о том, что случилось, только несколько часов спустя, а к тому времени, м-м-м… тело, уже забрали.
– А как вы узнали о произошедшем?
– От Анны, Анны Шах. Она пришла сюда и спросила, в курсе ли я. Я была не в курсе. Похоже, полностью ушла в себя и в работу, как со мной часто бывает.
– Я вас понимаю. – Дороти деликатно помолчала. – Мой вопрос может прозвучать излишне драматично, поэтому заранее прошу прощения, но есть ли в этом доме кто-то, кто, по вашему мнению, может иметь отношение к убийству Вивиан?
– Не-ет. – Неуверенность в ее голосе была очевидна.
– Что такое? – насторожилась Дороти. – Прошу, скажите как есть. Поймите, вы фактически вне подозрений – если бы не ваша просьба по поводу экспертизы, мы бы еще долго и не подозревали бы, что совершено убийство. – Конечно же, рано или поздно экспертиза была бы сделана, а Ева Тёрнер, возможно, настаивала на ее скорейшем проведении с целью провернуть старый как мир фокус – двойной блеф. Я была уверена, что Дороти это тоже осознает, но делает все, что в ее силах, чтобы Ева чувствовала себе непринужденно. – В текущей ситуации может помочь любая мелочь, – продолжала Дороти, – даже необоснованное подозрение. Мы не в суде, наша беседа сугубо неофициальна.
Ева глубоко вздохнула и произнесла на выдохе:
– Я бы присмотрелась к Лоре Дюваль, ее сестре. Она… странная.
– Это еще мягко сказано! – воскликнула я, возможно, излишнее отчаянно дружелюбно. – В день поминальной церемонии я видела ее в главной зале в огромном черном платье и вуали. По-моему, это перебор.
– Я ее не видела в тот момент, – покачала головой Ева, – но мы пересеклись позже тем вечером, после окончания церемонии и после того, как все ушли. Я поднялась в спальню Вивиан, потому что Вальтер попросил собрать ее личные вещи и отправить на их постоянный адрес. Я не ожидала, что там кто-то будет, и вошла без стука. Лора сидела за туалетным столиком, приложив к шее ожерелье, которое Вивиан носила время от времени.
– Мне говорили, что у Вивиан остались какие-то семейные драгоценности, – заметила Дороти, – но я не в курсе их стоимости. А вы?
Ева покачала головой
– Я не специалист в украшениях, поэтому понятия не имею. Но странность была не в этом. Я видела, что Лора раздосадована и слегка смущена, так что я извинилась и сказала, что приду позже, и когда я уходила, она помахала мне рукой, сказав что-то вроде: «Не бери в голову, душечка», и тогда я увидела на ее пальце обручальное кольцо Вивиан. Ошибиться я не могла, потому что Вивиан и Вальтер носили одинаковые и очень приметные кольца: символ бесконечности, где петли вложены друг в друга, а на пересечении укреплен бриллиант. – Ева посмотрела на нас по очереди. – Она натянула его на свой палец, как будто теперь это кольцо принадлежало ей. И не подумайте, что я ревную или все такое, клянусь, это не так, но я не могла не заметить, что каждый раз, когда Лора общается с Вальтером, она напропалую с ним флиртует.
«Да она просто решила, что она Бланш Дюбуа[565]», захотелось сказать мне. Но Ева что – серьезно намекала, что Лора убила сестру, чтобы заполучить Вальтера? Нет, конечно, глаза у него хороши и все такое, но… да ну нет!
– Да, – задумчиво протянула Дороти, – интересно выходит, спасибо, что поделились. Но, – она встала со стула, и я вслед за ней, – мы и так отняли слишком много вашего драгоценного времени. Благодарю, что ответили на наши вопросы. И не могли бы вы подсказать, где располагаются комнаты Лоры Дюваль?
Как выяснилось, подсказать Ева могла и даже предложила проводить нас. Думаю, она была рада от нас отделаться.
Глава 27
Ходила Ева быстро – особенно с учетом ее каблуков. Оставшись на том же этаже, мы направились на другой конец Большого зала по балконной галерее, которая тянулась вдоль задней стороны Дворца. Галерея оказалась гораздо шире, чем мне виделось снизу – тут стояли кресла-качалки, шезлонги и даже диван. Естественно, отсюда тоже открывался захватывающий вид, но я не собиралась больше поддаваться его чарам. Вместо этого я совершила ошибку, посмотрев вверх, и едва не упала от приступа головокружения: стеклянная крыша здания все еще парила где-то высоко над головой, и мне почудилось, что сейчас меня поведет к перилам и я свалюсь вниз на мраморные плиты. Принято считать, что боязнь высоты возникает, когда сморишь вниз с большого расстояния, но я всегда считала, что ощущение, когда смотришь снизу вверх, куда хуже. Попробуйте сами как-нибудь. А может лучше и не надо.
Дороти шла впереди, но, должно быть, почувствовала неладное и обернулась.
– Вы в порядке?
– Нормально, – ответила я. – Просто этот зал немного… слишком высокий. А что на третьем этаже?
Дороти повернулась к Еве.
– Кажется, там спортивный зал, да?
Та кивнула на ходу.
– С собственным треком и бассейном олимпийского размера. А над нами располагается оранжерея, и поскольку у нее стеклянная крыша, возникает ощущение, что вы на открытом воздухе.
– Зимой ощущение особенно странное, – добавила Дороти, и я тут же мысленно согласилась с ее словами.
Мы свернули в длинный внутренний коридор, и Ева указала на вторую дверь справа, крест-накрест затянутую сигнальной оградительной лентой.
– Это спальня Вивиан, как вы понимаете. Я бы пустила вас внутрь, но полиция против, чтобы кто-то туда заходил, поэтому они заперли дверь. Замок у каждой спальни уникальный, и это одна из немногих деталей, которые мне в этом доме нравятся. – Она прошла к следующей двери. – Это комната Вальтера, а там – спальня Лоры. Она идентична спальне Вивиан, поэтому даст прекрасное представление о месте преступления. Если я смогу чем-то еще помочь – сразу обращайтесь. Где меня найти, вы знаете.