Роберт Оболенский – Atom Dust: Часы судного дня (страница 9)

— Погоди, — окликнул Коган.

— Да, сэр?

— Джим, зови меня Джим, парень.

Стоило ему договорить, как горизонт озарился всполохом света. Он машинально отвернулся и соскочил на пол. Всполох и еще один, на горизонте медленно вырастал гриб от взрыва, и полная тишина сопровождала действо.

«Суки, они всё-таки сделали это», — красной строкой взвились мысли в голове Когана.

И в тот же момент он услышал испуганный крик Алана. Подняв к лицу руки, тот пятился и раз за разом повторял:

— Я не вижу! Не вижу! Ослеп!

— Всё в порядке, — бросил Джим.

— В порядке?! — широко раскрыв рот, завопил Грейсон, вертясь на месте, словно умалишённый, рванулся в сторону, сбил стул, споткнулся и упал на пол, чудом не расшибив голову о тумбу у стены.

— Это от вспышки, не волнуйся, зрение вернется, — гаркнул Коган, а про себя добавил: «Наверное».

Поднявшись на ноги, подбежал к окну и, щурясь, посмотрел на ближайшее грибовидное облако от взрыва.

— Наземные! Какого чёрта наземные? — шептал он, словно мантру.

А перед глазами уже плыли видео из уроков гражданской обороны. Они еще в пятидесятых стали вновь актуальны, а после Третьей мировой (Большой Третьей) их и вовсе крутили по всем каналам семь на два и усиленно преподавали в школе. Но в данный момент Джиму было глубоко насрать на школьное образование, и вспоминал он лишь разницу между типами подрывов. Свечение уж почти стихло — можно было разглядеть гриб и ножку. И как он ни пытался, понять не мог, почему удара по Манхеттену не было. И почему заряды не подорвали в воздухе? Да, наземные взрывы дадут сейсмический эффект землетрясения, но главное — зачем всё так усложнять, когда можно испарить всё в мгновение ока — одним ударом по центру мира?

Все эти размышления ворохом сплелись в сознании Когана, заняли секунду-другую и тут же исчезли, когда он прислонился раскалённому стеклу.

— Ай, сука! — Джим отдернул руку, обжегшись.

И тут же осознал — не будь этой зеркальной поверхности меж ними и вспышкой, они бы тут поджарились, как стейк на гриле.

— Что происходит? — испуганно крикнул Алан.

— Сложно объяснить словами, — вскинув руку к горизонту, процедил Джим.

— Так, мать вашу, попробуйте!

— Ну, я в часы затишья развлекаю себя измерением расстояния на глаз.

— Что?!

— И большой палец порт Ньюарк закрывает, — щурясь, облизнул губы Джим.

— И какого хера это значит?!

— Тихо!

Вытянув руку, Джим наложил большой палец на вырастающее над портом Ньюарка облако грибовидной формы.

— Ну, давай, сука, давай, только попробуй вырасти больше, — шептал он, видя, как от надвигающейся ударной волны побежала рябь по заливу Аппер.

А сознание молило лишь об одном: «Только бы не вышел за края».

— Джим…

— Так я и думал, эпицентр не шире ногтя, — Коган, щелкнул пальцами, — значит, это примерно семь с половиной. Нет. Восемь миль, — он спешно вытер лоб от пота, — с учетом скорости: одну милю волна пересекает за секунду, плюс погрешность и время на замер, значит, у нас примерно 20 секунд. Минус время на замер, 15 секунд. Алан, ты меня слышишь?

— Я только этим и занимаюсь, Джим! — слова растянулись по кабинету, оседая страхом на стенах.

— Ляг на пол и досчитай до пятнадцати!

— Что?!

— До десяти! Настало время отдать последнее распоряжение, — подскочив к селектору, он нажал кнопку громкой связи: — Внимание, внимание…

— Девять, восемь, семь, — отсчитывал Алан в голос.

— В течение ближайших секунд нас накроет взрывная волна!

— Шесть, пять, четыре…

— Всем необходимо найти укрытия или незамедлительно упасть на пол, дабы не попасть под поражающий эффект ударной волны.

— Три, два…

С гримасой ужаса на лице в кабинет ворвалась Марта.

— Мистер Коган, вы видели это?!

— Падай на пол, дура!

— Один, ноль… — считал ослепший парень.

— Что?! — взбеленилась девушка, глядя, как босс рыбкой ныряет под стол.

«Они не слышали меня. Может быть, электромагнитной импульс сжег электронику или…» — додумать Коган не успел.

Сметая всё на своем пути, незримая волна обрушилась на здание, подобно цунами. Окна, рамы, интерьер — всё сплелось воедино и налетело на оцепеневших от страха людей сродни рою диких пчёл. Пол под ногами дрожал, одна волна следовала за другой, и рёв был такой, словно кто-то выкрутил динамик на полную катушку, а в эфире играла лебединая песня всему человечеству.

[7] Митчелл — девичья фамилия жены Когана.

Глава 4. Синдром оператора

Казалось, прошла вечность с тех пор, как последний вал вгрызся в фасад башни и, сея разруху, собрал новую жатву, а, закончив, вырвался прочь и осыпался градом на головы снующих по улицам людей.

Бежали секунды, отзвуки взрывов стихали, оставляя звенящую память в ушах. Коган стряхнул с себя осколки, прикрыл рот галстуком, попытался оценить обстановку. Запах гари и пыль, словно мошкара, обжигая, лезли в рот и глаза, а порывистый знойный ветер нещадно хлестал по лицу.

Коган уже начал разбирать звуки. Стоны и плач. Мольбы о помощи доносились отовсюду, перемежаясь с криками ужаса. Он приподнялся на локтях, выглянул из-за стола. В дверном проходе неподвижно лежала Марта. Руки, ноги, одежда… всё было покрыто вездесущей пылью, словно кекс пудрой.

«Да, они тебя не слышали», — мрачно уверил его внутренний голос.

Коган перевел взгляд на пустое окно, лежавшее рядом с ним тело резко подняло голову и закашлялось.

— Мистер Коган, вы тут? — прохрипел Грейсон.

— Ага, и вроде цел, но стекла за ворот изрядно насыпало, — откликнулся Джим, осматривая себя. — Ты сам как?

— Б-бывало и лучше, — вновь закашлялся Грейсон и стряхнул пыль с плеча. — Перед глазами всё плывет… И вот же чёрт, кажется, руку поранил.

Усевшись на полу, Грейсон тяжело задышал и уставился в потолок. Белки глаз выделялись на затянутом пылью лице, а на лбу медленно проявлялись черные борозды от выступившего пота. Руки потянулись к лицу.

— Эй, парень, не трогай глаза, — махнул рукой Коган, но тот не отреагировал. — Грейсон!

— Что? — повернул голову на голос Алан.

— Не три глаза, говорю, — поднялся из-за стола Коган.

— Хорошо-хорошо, — словно в забытьи, ответил парень и уставился пустым взглядом на Джима. — Что будем делать, сэр?

— А ты сам что думаешь? — язвительно поинтересовался Коган и сплюнул скрипящий на зубах песок.

— Думаю, первым делом надо покинуть здание. Кто знает, насколько сильно оно пострадало.

— Жаль, только кофе хотел предложить. Может быть, еще пару бомб и пойдем?

— С вами точно всё в порядке? — отстраненно спросил Алан.

— Да-а, — протянул Коган, — всё просто отлично. Это стресс на меня так влияет. Ты меня видишь? — он махнул рукой и указал на себя пальцем.