Роберт Оболенский – Atom Dust: Часы судного дня (страница 10)
— Ничего не вижу, всё в тумане. Я же говорил уже.
— Ну да, точно, — тряхнул головой Коган. — Ладно, ползи на голос, помогу тебе подняться.
— А зачем ползти?
— Доверься мне, ползи.
— Могли бы и сами подойти, если уж так хотите помочь, — с детским упреком в голосе заметил Грейсон.
— Да, мог бы, — по спине пробежала дрожь, — но на месте окна теперь одна сплошная дыра. Ты что, не чувствуешь порывов ветра?
— Чувствую — и что? Вы что, высоты боитесь?
— Да не боюсь я высоты! — рявкнул Коган, а в голове пронеслось: «У него шок, сделай скидку».
— Ага, жене рассказывайте!
— Следи за языком. И, между прочим, твой рабочий день еще не закончен. А я всё еще твой босс.
— Ну, так увольте, — пожал плечами Грейсон, не поднимая рук, и непроизвольно прыснул со смеху.
— Не могу. Бухгалтерия не работает, да и юристы все разбежались, — нервно выпалил Джим.
— А вы шутник, сэр, — покачал головой Алан.
— А теперь без шуток, парень, ползи на мой голос. Только я тебя прошу, аккуратнее.
Алан последовал совету, перевернулся на живот и неумело пополз к столу. На полпути почувствовал, как костюм пропитывается влагой. «На воду не похоже, больно густая, и этот запах», — рука легла на мягкую, еще теплую плоть, он резко отстранился и припал спиной к столу босса.
— Джим?!
— Это мисс Хобс, — с досадой в голосе ответил Джим, — она мертва.
— Боже…
— Сиди на месте, я к тебе подойду.
С силой вцепившись в край стола, Джим поднялся на ноги, бросил взгляд в сторону двери.
Юная помощница лежала на спине, руки раскинуты, голова чуть поодаль от тела. Порыв ветра хлестнул Когана по лицу, выбив из него пыль, как хозяйская палка из старого ковра. Прищурившись, он окинул взглядом горизонт. В фасадах окружающих зданий зияли черные бойницы окон. Ни света, ни жизни. Лишь горизонт полыхал и рябил, как полотно дороги в знойный летний день.
По коже побежали мурашки, ладони взмокли. Он хотел подойти ближе к окну, выглянуть и узнать, цел ли Бруклин, но страх высоты взял свое. Пальцы пуще прежнего вцепились в край стола, а пот ручьем катился по спине, и он даже не почувствовал, как мелкие осколки стекла вгрызлись в кожу.
До оконного проёма было футов шестнадцать [8], но Коган обходил стол с такой осторожностью, словно шел по канату над Ниагарой.
— Грейсон, — коснулся он плеча парня.
— Да? — не оборачиваясь, спросил тот.
— Дай руку.
Продолжая держаться за стол левой, Джим ухватил поданную руку и притянул парня к себе. Вновь посмотрел вдаль: казалось, бесчисленная череда построек была свалена в единое кострище, и горела даже вода.
Глубокий вдох, Джим расцепил пальцы и оттолкнул себя прочь от стола.
— Пошли, — услышал он свой голос, словно издалека.
Спешный шаг, второй и третий.
— Так, аккуратнее. Перешагни, — пот струился по лицу, — отлично.
Внезапный рывок заставил его припасть на колено.
— Извините, я не нарочно, — виновато начал Алан.
Казалось, что сейчас он ударится в слёзы.
— Да всё отлично, ты молодец, — подбадривал Джим, а сам посмотрел на истерзанное осколками тело Марты и завалившегося рядом с ней парня. — Всё хорошо, дай мне руку, я помогу подняться…
К горлу подкатил ком, Коган не выдержал и выплеснул завтрак на пол.
— Сэр?
— Всё в порядке, — успокоил он, вытер рот тыльной стороной ладони и почувствовал, как налипшие на кожу осколки царапнули губы. — Не торопись, я помогу подняться.
Алан почувствовал, как Джим медвежьей хваткой сцепил его запястье. Ладонь была настолько влажной, будто его босс сражался за золото на олимпиаде. Подняв парня в одно движение, он помог перешагнуть через мисс Хобс. Пнул стоявший на проходе стул и вышел с Грейсоном в коридор.
От былого величия конструкторского бюро «Эко Кор» не осталось и следа. Фальшпотолок местами провис да обвалился, а большей части внутренних перегородок словно и не было. Мимо прошел человек, покрытый пылью с ног до головы. Джим окликнул его, тот не отозвался, лишь брел себе неровным шагом в известном лишь ему направлении, а по спине растекалось темно-багряное пятно. Мужчина продержался недолго — ярда три, опустился на колено и упал ничком. Джим огляделся, тут и там из-под осколков выбирались выжившие. Одни помогали коллегам, другие в немой агонии сидели и надрывно рыдали. Двое мужчин пробежали мимо них, торопясь к забитому людьми лифту.
«Вот же идиоты», — подумал Джим и резко втянул голову, когда кусок фальшпотолка обрушился на пол в пяти футах от них, и, будто из чрева поверженного зверя, вывалилась проводка разной формы и цвета.
— Что это было, Джим? — спросил повисший на плече Алан.
— Ничего. Надо торопиться.
Притянув его к себе, Джим шел так быстро, как мог. Всюду валялись некогда важные бумаги, вещи да истерзанные осколками тела. Запах металла витал в воздухе, а битое стекло хрустело под ногами, словно первый снег после морозной ночи. Двое шаг за шагом пробивались через завалы к двери на лестничный пролёт.
Пробовать вызвать лифт желания не было, даже если в нём все системы продублированы и надежно заземлены.
— Это слишком рискованно, — шепотом резюмировал Джим.
И, глядя на лежащие тела, вновь задумался: «Если лифт работает, значит, резервное питание сработало штатно, но как они могли тебя не услышать? И почему не укрылись? Может, запаниковали? Или… — и тут он понял. — Им было плевать, уверен, треть ничего и не поняла, лишь схватилась за драные пейслайны и побежала снимать сториз.
В тот же миг его охватило знакомое чувство, словно нечто вязкое падает на него с небес, холодом растягивается от темечка до спины. По инерции он пытается бороться, но склизкие путы уже охватывают всё его тело и устремляются в рот, прямо к горлу. И с каждым движением сил меньше, и вот — нет вовсе.
Всё, он канул в пучину мерзкого чувства — отчаяния.
И нет более движения, лишь где-то на периферии мысли играет проектор. На экране мужчина в белом костюме вертит на пальце пенсне на цепочке, величаво расхаживает по кабинету и меряет ударом трости шаг. Бьёт стальным набалдашником по доске и зачитывает лекцию:
Хлопок и будто видеовставка:
Коган почувствовал, как его трясут за плечо, и только сейчас услышал встревоженный голос новоиспечённого помощника. Такой гулкий и далекий, словно кто-то пытался докричаться до него из-под толщи воды.
— Сэр? Мистер Коган. Джим?!
— Да…
— Что с вами?
— Просчитываю ходы, — сухо ответил Коган, а сам и не знал, как описать свалившийся на него приступ.
«Резервный генератор должен работать, но в каком состояние шахта и лифт? Нет, даже не думай. Это чистой воды самоубийство», — мысленно подытожил он, а вслух сказал:
— Идем к пожарной лестнице.
Пройдя большую часть дистанции, он увидел кровавый — темный шлейф. Змейка жизни тянулась к выходу на лестничный пролёт. Трудно представить, каких внутренних сил был этот человек, но раны одержали верх, и тело в проёме было тому подтверждением.
— Где мы сейчас, Джим?
— Уже почти пришли.
— Пить хочется.