Роберт Брайант – Убейте дракона! Как писать блестящие сценарии для видеоигр (страница 16)

Как сделать так, чтобы эта игра про дракона получилась лучше других игр про драконов?

Всем креативным командам не терпится приступить к работе. Концепт-художник хочет поработать с художником по окружению, чтобы создать мир игры. Дизайнеры уровней хотят узнать, какие объекты бывают в мире игры, чтобы начать разрабатывать препятствия и награды. Где должны располагаться уровни – в пещерах, замках, торговых центрах? Что, если драконы рождаются в вулканах?

Обязательно ли это должен быть дракон? Может, сделать его страдающим от газов велоцираптором?

В начале проекта эти и тысячи подобных вопросов задаются со всех сторон из уст творческих работников. Чтобы дракон зарычал, нужно ответить на каждый из них, и не только.

Как пишутся игры? Пишутся ли они?

Сценаристы обосновались в Голливуде в начале 1930-х, на заре звукового кинематографа. Осваивались они там не без труда. Фильмы – это, по сути, движущиеся картинки. Они представляют собой визуальный опыт. Согласно расхожему голливудскому изречению, сценарии пишутся так: «Показывай, а не рассказывай». Сценаристы, бывшие драматурги, этого не умели. Они и в «мире грез» поначалу писали долгие монологи и глубокомысленные диалоги, как нельзя лучше подходившие для пьес, но для движущихся картинок никуда не годившиеся. Но были среди них и экспериментаторы, полюбившие мерцание экрана и быстро научившиеся использовать камеру для изложения истории. Они «вписали в свой текст технологию». Это означает, что они понимали, что возможно в фильмах, и стали писать такие истории, которые пользовались технологическими преимуществами кинематографа. Вскоре такие великие сценаристы, как Джон Хьюстон и Престон Стёрджес, стали режиссерами. Это были писатели, которые понимали, что, хотя письменное слово очень важно, главную роль все же играет визуальный ряд.

Нам нужны авторы, разбирающиеся в технологиях, и технические специалисты, умеющие рассказывать истории. Они не должны быть каким-то исключением. Сьюзан О’Коннор, писавшая сценарии BioShock, Far Cry 2 и многих других великолепных игр, сказала:

«Что меня как творческого работника раздражает больше всего, так это распространенная в индустрии тенденция привлекать для работы людей, интересующихся технологиями, потому что для создания игр необходимы толпы программистов. Для создания игры не требуется такая же куча писателей или даже аниматоров. Процентное соотношение творческих и технических специалистов чудовищно непропорциональное. Очень часто, когда помещение буквально забито технически ориентированными работниками, складывается впечатление, что находишься в компании по разработке программного обеспечения»[34].

То, что в прошлом игры часто писали инженеры, не означает, что ситуация должна оставаться такой же и в дальнейшем. Не означает это и того, что в прошлом не было замечательных креативных директоров и продюсеров, выполнявших свою работу с отличием. Просто ранние игры программировали, а не разрабатывали; речь шла о том, что позволяют сделать технологии. И это накладывало ограничения на повествование. Во время нашей совместной работы в компании по производству игрушек, когда мы пытались вписать геймплей в какой-то контекст с крутыми элементами сюжета и окружения, нам постоянно твердили: «На полигоны у нас не хватит бюджета». Не хватало места для кэша флеш-анимации (просто поверьте), чтобы отобразить все задуманные нами элементы и при этом позволить игроку продолжить проходить уровень. Технологии, или скорее недостатки таковых, душили нарратив. Такое бывает.

Кино эволюционировало. Телевидение эволюционировало. Игры эволюционируют. Теперь они представляют собой сплав искусства, геймплей-дизайна, саунд-дизайна, повествования и технологии. «Написание сценариев для игр – будущее повествования, – утверждает Джеймин Уоррен из журнала Kill Screen. – Это объединяющее интерактивное окружение, в центре которого находятся игроки, а история рождается в геймплее»[35]. И этот сложный творческий процесс начинается с писателей.

Развитие сюжетно ориентированных игр

«Креативный директор сценария важнее графики игры», – говорит Эми Хеннинг, геймдиректор Uncharted: Drake’s Fortune[36].

Игровые истории теперь признаются и в культурном мейнстриме. The New York Times регулярно публикует обзоры о сюжетно-ориентированных играх, а ведь когда-то «серьезные» критики с презрением смотрели на кинематограф, а позже на телевидение. В 1946 году кинопродюсер и глава киностудии 20th Century Fox Дэррил Ф. Занук сказал, что телевидение «не сможет удержаться на любом захваченном им рынке и полгода. Людям скоро надоест каждый вечер разглядывать фанерную коробку у себя дома»[37].

Занук был представителем кинобизнеса. Ему не хотелось терять своих клиентов, переходивших к новой форме развлечений. Кинематограф приносил огромные деньги, начиная с Чарли Чаплина. Утверждается, что якобы сам Чаплин в 1916 году сказал: «Кино – это больше чем причуда. Это законсервированная драма. Зрители хотят видеть плоть и кровь на сцене»[38].

Когда у «поколения PlayStation» появились свои дети, игровые консоли прочно обосновались в домах рядовых американцев, где стали появляться уже три-четыре десятилетия назад.

Даже Гильдия сценаристов Америки – профсоюз, представляющий интересы сценаристов других областей развлечений (кинематографа, телевидения, радио), – признала влияние видеоигр, выделив особую категорию для своих ежегодных премий. Вот список игр, номинированных на эту премию в 2013 году:

Assassin’s Creed IV: Black Flag – авторы Дэрби Макдевитт, Мустафа Махрак, Жан Гедон; главный сценарист Дэрби Макдевитт; сценарист Джилл Мюррей; сценарист искусственного интеллекта Николас Гримвуд; сценарист в Сингапуре Марк Ллабрес Хилл; Ubisoft.

Batman: Arkham Origins – нарративный директор Дума Вендшух; сценарист и старший нарративный дизайнер Райан Галлетта; сценарист Кори Мэй; Warner Bros. Interactive.

God of War: Ascension – автор Марианна Кравчик; помощник сценариста Ариэль Лоуренс; Sony Computer Entertainment.

Lost Planet 3 – главный сценарист Ричард Гоберт; сценаристы Орион Уокер, Мэтт Софос; Capcom.

И победителем стала:

The Last of Us – автор Нил Дракманн; Sony Computer Entertainment.

(Важно понимать, что претенденты на эту номинацию рассматриваются среди компаний, подписавших соглашение с Гильдией сценаристов Америки[39]. Эти компании согласились предоставлять медицинское страхование и пенсии работающим на них по контракту сценаристам игр, что довольно неплохо. Правда, это же объясняет, почему в списке представлены только крупные компании, которые могут себе позволить подписать такое соглашение с гильдией.)

Другая причина, по которой мы считаем, что интерактивное повествование сейчас переживает золотой век, заключается в необычайно быстром темпе развития технологий. Не только потому что игры с приемами интерактивного повествования теперь доступны на разнообразных мобильных устройствах, но также из-за значительного расширения сцены независимых игр. Подобно тому, как киноманы могут пойти на кинофестиваль или в местный «артхаусный» кинотеатр, чтобы посмотреть фильмы с оригинальной концепцией, а телезрители могут отказаться от крупных сетей и выбрать премиальные кабельные сети или потоковые сервисы в поисках более тонких сюжетов, так и создатели видеоигр на процветающей сцене инди-игр рассказывают новаторские истории уже не только о монстрах и роботах. Некоторые из лучших из этих игр начинают получать признание на Фестивале независимых игр (IGF). Вот игры, которые IGF номинировал на премию «Лучший нарратив» в 2014 году:

DEVICE6 – сюрреалистический триллер, в котором написанное слово работает как карта и рассказчик. DEVICE6 обыгрывает условности игр и литературы, переплетая историю с географией и смешивая головоломку с рассказами, тем самым вовлекая в интригующую тайну технологии и нейронауки.

Dominique Pamplemousse in „It’s All Over Once the Fat Lady Sings!“ – Dominique Pamplemousse – интерактивная музыкальная комедия в технике кукольной анимации, где протагонист (в честь которого и названа игра) – незадачливый, без пяти минут бездомный частный детектив неопределенного пола.

Paralect – 2D-платформер, в котором с помощью геймплея, визуальных эффектов и нарратива излагается личная история культурной неукорененности. В игре исследуется смена парадигмы, вызванная культурным шоком и адаптацией, а также влияние культурных изменений на взгляды людей, на окружение, на место, откуда они изначально приехали, и, что самое главное, на место, которое они хотят называть домом.

Papers, Please – Коммунистическое государство Арстоцка только что закончило шестилетнюю войну с соседней Колечией и отвоевало свою законную половину пограничного города Грештин. Вы в роли иммиграционного инспектора контролируете поток людей, въезжающих из Колечии на арстоцканскую сторону Грештина.

The Yawhg – приключенческая игра для одного-четырех игроков, в которой каждый раз генерируется уникальная история. Злой Йог возвращается. Как поведут себя жители города и что они будут делать, когда страшный Йог наконец придет?

The Stanley Parable – игра-исследование от первого лица. Вы будете играть за Стэнли, и вы не будете играть за Стэнли. Вы будете следовать сюжету, и вы не будете следовать сюжету. У вас будет выбор, и у вас не будет выбора. Игра закончится, и игра никогда не закончится. Противоречие следует за противоречием, правила, по которым должны работать игры, нарушаются, а затем снова нарушаются. Этот мир создан не для того, чтобы его понимать[40].