Майор не собирался жертвовать никем из своих солдат ради себя – а, судя по тому, что сказал ему Криг, именно за ним и пришли Сороритас.
- Делайте как она говорит, - велел майор.
Медленно расстегнув свой пояс, Мортенсен уронил его на палубу. Ведетт медлила, и майор чувствовал, что она обводит взглядом зал в поисках возможностей, уязвимостей врага.
- Пока у нас еще есть время, капрал, - тихо добавил майор.
Сняв ранцевый аккумулятор, мордианка бросила его вместе с хеллганом на платформу. Один за другим солдаты «Отряда Искупления» повторяли это движение, бросая оружие и поднимая руки. В том числе Голлиант, бросивший на палубу хеллпистолет Крига.
Одна из Сороритас подошла к майору и стала связывать ему руки за спиной. Целестинка шагнула ближе, продолжая держать Мортенсена под прицелом.
- Твоя госпожа очень пожалеет, что встретила меня, - угрожающе произнес Мортенсен.
- Напротив, - уверенно ответила целестинка. – Она искала этой встречи уже давно.
В Инкарцераториуме царил хаос: охранники бежали; штурмовики вырвались из камер; в тюрьме начался полномасштабный бунт; и Сестры Битвы были вынуждены вести ожесточенный бой.
Единственный путь по тюремному комплексу, который Криг оставил безопасным, был защищенный подземный туннель, проходивший между секциями камер-темниц, в которых содержались самые опасные преступники, и посадочной площадкой.
Пробираясь вдоль стены подземного туннеля и держа богато украшенный болт-пистолет Сестры Битвы в левой руке – правая была по-прежнему зафиксирована на груди повязкой – Криг остановился, прежде чем зайти за угол, и прислушался. Наконец он услышал топот ботинок по камнебетону и звук чего-то, что тащили по полу.
Криг ждал. И ждал.
+Кулик Криг…+
Словно удар кувалды внутри его разума. Инквизитор снова был в его голове.
«Только не это», подумал комиссар. «Только не сейчас».
+…Криииииг!+
Кровь хлынула из носа густым потоком, изливаясь на камнебетонный пол. Рука, державшая болт-пистолет, начала дрожать, но не так, как ожидал комиссар. Казалось, рука сама по себе готовилась к бою: в его венах ощущался жар адреналина. Вместо тошноты и головокружения, которые ошеломили его при первой встрече с инквизитором, Криг чувствовал себя в полной гармонии с предстоящим ему полем боя: так, словно он был способен на все, несмотря на свое прискорбное физическое состояние. Его сердце преисполнилось желания убивать. Пистолет ощущался так, словно он взорвется в руке, если не удовлетворить его желания забирать жизни врагов. Комиссар прищурил глаза. Это не была обычная жажда крови или боевая ярость. Хватит забрать только одну жизнь.
Наконец из-за угла вышли две Сестры Битвы, тащившие кого-то за собой. Первая даже не успела увидеть комиссара. Его болт-пистолет поднялся и выпустил несколько разрывных болтерных снарядов ей в висок. У второй оставалась доля секунды на то, чтобы осознать тот непреложный факт, что она сейчас умрет. Она попыталась схватиться за оружие на поясе, бросив свою ношу. Но для Крига это не имело значения. Болтерные выстрелы разбрызгали по стене туннеля вместилище ее маленького разума, исполненного веры.
Только тогда комиссар заметил, что Сороритас несли майора Мортенсена, и что он едва не отстрелил майору голову. Сначала Криг даже подумал, что случайно попал в Мортенсена, неподвижно лежавшего на полу.
Выйдя из-за угла, Криг оказался лицом к лицу с оставшимися Сестрами Битвы. Перед ним стояла Диаманта Сантонакс в своей обсидианово-черной броне и рифленом плаще, металлические шипы, украшавшие ее бритую голову, блестели в тусклом освещении коридора. Ее тонкие губы изогнулись в непроницаемой усмешке. Криг поднял болт-пистолет. Это ее жизнь он должен был забрать.
Из-за спины канониссы выступила ее телохранительница. Сестра Битвы, странно похожая на 14-летнюю девочку, держала адамантиевую реликвию Ордена Непорочного Пламени – щит крестоносца, принадлежавший святой Валерии Младшей. Ее глаза, которые казались Кригу слишком широко расположенными, светились неким хищным разумом, но в остальном ее лицо являло собой безжизненную маску. Даже в своей древней броне она была очень ловкой, и бросилась вперед, прямо на комиссара, ее плащ, окаймленный мехом горностая, развевался за ее спиной.
Криг был вынужден обратить ярость своего оружия на телохранительницу канониссы, но она умело укрывала свое миниатюрное гибкое тело за большим щитом. Криг снова и снова осыпал выстрелами щит, надеясь, что древность ослабила адамантиевую броню, но щит выдержал все. От металла летели искры, но болтерные снаряды не оставляли и царапины на его сияющей поверхности.
Спустя несколько мгновений патроны кончились, и целестинка, преодолев последние несколько метров, ударом щита впечатала Крига в стену. Он была легкой, но артефакт оказался очень тяжелым, и Криг закричал от боли, когда щит вдавил его перевязанную руку в грудь, а грудь в стену.
Комиссар не успел преодолеть вспышку боли в руке, пришитой к обрубку. В коридоре раздался рев короткого цепного меча, который телохранительница достала из-за щита. Включив цепной меч, Сестра Битвы бросилась на Крига, нанося удары с такой скоростью, что зубья меча казались расплывшимся пятном. Криг пригибался и уклонялся, шатаясь, словно пьяный. Целестинка кружилась и размахивала мечом, высекая из стен вихри камнебетонной пыли. Комиссар понял, что не сможет больше успевать уклоняться от яростной атаки, когда цепной клинок распорол мышцы его бедра. Схватившись за глубокую рану здоровой рукой, Криг едва сумел уклониться от следующего выпада.
Цепной меч снова метнулся к нему, на этот раз целью удара было солнечное сплетение. Неуклюжее движение Крига помогло ему выиграть драгоценные сантиметры, и сила, с которой меч должен был пройти сквозь его тело, заставила оружие вонзиться глубоко в камнебетон стены. Криг знал, что нельзя упускать такую возможность, и окровавленной рукой вцепился в лицо Сестры Битвы. Телохранительница ударила адамантиевым краем щита по челюсти Крига, приложив его затылком об стену. Она продолжала колотить комиссара щитом, пока Криг не отпустил ее лицо, свалившись на пол.
Упираясь ногой в стену, целестинка вцепилась в рукоятку цепного меча и вырвала оружие из стены. Криг слышал, как вращение зубьев цепного меча замедлилось, когда Сестра Битвы занесла клинок над ним. Подняв взгляд, Криг увидел, что она смотрит на канониссу в ожидании приказа убить его. Сантонакс перешагнула через неподвижное обнаженное тело Зейна Мортенсена и выжидательно сложила руки в бронированных перчатках.
-Кадет-комиссар Криг, - зловеще улыбнулась она. – Я дала вам простую задачу: всего лишь убить одного человека. Я предоставила вам полномочия и возможность это сделать. И все же вы самым жалким образом не справились. Простите меня, если я скажу, что несколько разочарована в вас.
- Убивать может любой бандит, - повторил Криг свои слова из их прежнего разговора.
- А у вас проблемы с этим?
- Рад был тебя разочаровать, - прохрипел комиссар. – Но скажи это твоим сестрам и пилотам твоих «Валькирий». С ними у меня проблем не возникло.
Улыбка канониссы померкла:
- Если это правда, они еще более жалки, чем ты, и, значит, не заслуживают жить.
Она холодно кивнула телохранительнице.
- Прикончи этого глупца.
Цепной меч взревел. Комиссар приготовился встретить удар клинка. Напоследок бросив взгляд на лежавшего майора, Криг с изумлением увидел, что тот больше не лежит неподвижно. Опираясь на руки и оторвав нижнюю часть тела от пола, Мортенсен ногами нанес канониссе мощный подсекающий удар, сбив ее с ног. Он идеально выбрал момент для этого. Его нападение было настолько неожиданным, что Сантонакс упала на спину, не успев смягчить удар руками и болезненно ударившись затылком о камнебетонный пол. Адамантиевые шипы, украшавшие ее голову, пробили череп и вонзились в мозг.
Рев цепного меча затих, когда телохранительница увидела, как ее госпожа корчится на полу в спазмах боли, изо рта канониссы лилась кровавая пена. Мортенсен занес локоть над ее носом. Одно движение целестинки, и майор всадит локоть в лицо канониссы, загоняя шипы еще глубже в мозг.
- Выполняй приказ… - прохрипела Сантонакс с фанатичной решимостью, обращаясь к телохранительнице.
Ободренная безумной уверенностью канониссы, целестинка снова занесла ревущий цепной клинок над комиссаром. Снова Криг приготовился принять удар вращающихся зубьев. И второй раз за эти несколько секунд Мортенсен спас его жизнь.
Выхватив из кобуры на поясе канониссы пистолет с суживающимся стволом, майор выпустил в телохранительницу очередь лазерных выстрелов, вонзившихся в левую сторону ее лица, заставив целестинку поднять адамантиевый щит. Последние несколько выстрелов попали в металл щита, не причинив ей вреда, но когда щит опустился, Криг увидел, что майор несколько раз попал в щеку Сестры Битвы, и один выстрел пришелся в глаз. Вместо прожженной насквозь плоти, которую комиссар ожидал увидеть от попаданий лазерных выстрелов, раны от пистолета канониссы казались лишь легкими ожогами. Но попадание в глаз явно разорвало какой-то сосуд.
Цепной меч с лязгом упал на пол, за ним рухнул тяжелый адамантиевый щит, потащив за собой изящное тело Сестры Битвы, словно якорь. Ее уцелевший глаз с явным ужасом оглядывал коридор, но тело ее лежало неподвижно в неестественной позе, словно она была парализована.
