Рия Миллер – Падение дьявола (страница 1)
Рия Миллер
Падение дьявола
От автора
Приветствую, дорогой читатель! Вот мы и встретились вновь. Пристегнись и приготовься. Нас ждет путешествие – спуск прямо в ад!
Пролог
Вселенная назначила Джейсону Арнеру умереть сегодня. Но, похоже, она передумала в последний момент. Или просто решила продлить его мучения.
Он не видел ничего, кроме грубой ткани мешка, и его мир сузился до звуков и боли, что пульсировала в каждом мускуле. Особенно в ребрах: будто их переломали, а в трещины залили расплавленный свинец. Холод железных цепей был единственным, что сдерживало эту адскую тяжесть. Цепи звенели при любом движении, и этот тонкий, леденящий перезвон казался частью тишины, растянутой между каплями.
Тишина.
Вода отсчитывала его последние секунды. Пауза между каплями принадлежала только воде. До тех пор, пока ее не разорвал другой звук. Стук каблуков. Женских. Сердце, вопреки боли, начало выбивать тот же такт, и это было глупо.
Мешок рывком сдернули.
В тусклом свете он разглядел ее: глаза цвета пыли, поднятой с прогнившего пола. Не карие, не серые, между. Будто кто-то смешал мокрый асфальт с засохшей кровью. У него были такие же. Один цвет на двоих. Только у нее в этой гнили все давно остыло, а у него еще тлело.
Запах гари, сырой штукатурки и чего-то кислого – того самого детского страха, что навсегда въелся в стены этого дома, – ударил ему в нос. Пыль, поднятая движением, закружилась в луче света, падавшем с потолка, где зияла черная дыра от пожара.
Джейсон рассмеялся, и его улыбка была отвратительным оскалом. Даже вороны за разбитым окном сорвались с голых веток.
– Смеяться будешь, когда останешься без яиц, братец, – губы девушки тронула дикая, кошачья улыбка. Холодный ствол уперся ему в пах, и это было интимно и опасно одновременно.
Джейсон ухмыльнулся в ответ – притворный страх исчез, и теперь наступала его очередь. Ариана Райнер думала, что загнала волка в клетку. Она не видела, как он уже перегрызает прутья.
– Стреляй, – голос парня был хладнокровной сталью, выкованной из последних сил воли. Внутри бушевал животный ужас, но наружу не прорвалось ни звука.
Ее пальцы на рукоятке пистолета на мгновение разжались, чтобы сомкнуться с большей силой. Лицо не дрогнуло, но он уловил ту самую трещину – крошечное сужение зрачков.
– Считаю до трех, – голос Ари стал тише, но от этого лишь опаснее. – Один… Два…
Секунды заскрежетали, как ржавые шестеренки, и встали. В глазах Арианы, одного с ним грязного оттенка, мелькнула не боязнь. Сбой. Тень сомнения в себе. Губы уже складывались для «трех», но не сомкнулись, будто его взгляд держал их на коротком поводке.
А затем в сознании обоих вспыхнул тот самый день. День, когда ей было двенадцать, а ему шестнадцать. День, когда они заключили сделку с дьяволом.
Когда воспоминание отступило, Джейсон поймал момент. Используя навыки фокусника, он освободился от цепей. В тот же миг Ариана рванулась вперед, но было поздно – он уже вскочил, выхватывая оружие. Теперь дуло смотрело на нее.
– Срок нашего договора истек, – сказала она и вдруг улыбнулась. Не победно. Не зло. А так, как улыбаются, когда наконец получили то, чего хотели.
– Когда заключаешь сделку с дьяволом, – Джейсон улыбнулся уголком губ, – истекает не срок договора. Истекает твоя жизнь, Ариана Райнер. Приготовься к падению. Уверен, оно тебе понравится куда больше, чем тот взлет на вершину.
В зияющей дыре на потолке мелькнула тень пролетающей вороны. И снова закапало. Но теперь это звучало не как отсчет.
Глава 1. Королева с шипами
Толпа взревела, заглушив саму музыку, когда к небу взметнулись столпы огня. Басы исчезли на долю секунды, уступив место тишине, а затем сменились новым, яростным ритмом. Танцоры – мужчины с обнаженными торсами, в галстуках и узких брюках – застыли как изваяния, и в этот миг из-под сцены появилась она. Королева, ради которой в Нью-Йорк приплыло полмира.
Все лишь для того, чтобы увидеть девушку, чей голос завоевывал стадионы. Ту, которая, казалось, подчинила себе самого дьявола, и теперь он лежал у ее ног, как сторожевой пес, охраняющий эту высоту, эту головокружительную вершину. Девушку, чей взгляд жег на расстоянии.
Ариана Райнер была не просто звездой.
И сегодня на этой арене пела она.
Толпа снова взорвалась ревом, когда Ариана рванула к себе ближайшего танцора за галстук, прижала к губам микрофон и хрипло, с надрывом, выдохнула в зал легендарную строчку:
На гигантских экранах возникали ее крупные планы: властная поступь, черные волосы, рассыпавшиеся по плечам, куртка со стразами, метавшими под софитами слепящие искры. Обтягивающая рваная майка, кожаная юбка, ажурные колготки, каблуки, отбивающие на сцене четкий, безжалостный ритм – каждый шаг был вызовом, каждый взгляд обещанием.
Она не просто пела. Она
И это было единственное, что имело значение
Когда пришло время финала, столпы огня взрывались в такт последним ударам барабанов. В этот миг кто-то из первых рядов швырнул на сцену темно-красную розу. Ари замерла на секунду, словно получила личное послание. Затем наклонилась, подобрала цветок и улыбнулась в пространство нежной улыбкой, предназначенной тысячам душ, слившихся перед ней в единый восторженный вздох. Закрыв глаза, она сделала медленный, театральный реверанс.
Музыка начала стихать, растворяясь в оглушительном реве толпы. Девушка, не выпуская розы из рук, скользнула в люк и исчезла под сценой, оставив наверху лишь клубящийся искусственный туман и неумолкающие крики.
Лифт с мягким стуком остановился. Тишина подземелья оглушила после какофонии зала. Шаг вперед, бросок – и роза упала на бетонный пол. Не глядя, Ариана наступила на нее каблуком.
Хруст лепестков под тонким шипом прозвучал глухо и окончательно.
Ариана пошла по темному коридору навстречу бегущим шагам – навстречу техникам, ассистентам, обратно в клетку идола. Путь до гримерки был отработанным ритуалом: приглушенные голоса за спиной, скрип двери, яркий, безжалостный свет. Она прошла мимо ассистентки, чья тарабарщина о завтрашних интервью и новых контрактах, о том, что продюсер хочет видеть ее завтра в десять, а стилист прислал новые эскизы для тура, разбивалась о пустоту в голове, не находя ни малейшей щели, чтобы проникнуть внутрь.
Ариана опустилась на стул перед туалетным столиком. Первым делом – бутылка воды. Горло саднило от крика. Пока она пила, глухо глотая холодную влагу, на экране телефона, лежавшего среди разбросанных тюбиков с помадой, всплыло короткое сообщение от менеджера:
Когда Ари поставила бутылку с водой на место и прочитала сообщение, ее взгляд медленно поднялся к зеркалу.
На нее смотрела Королева с шипами. Ари Торн – безупречная, холодная, собранная. Но где-то там, под слоем стойкой помады и броней отстраненности, все еще жила та самая девочка. Та, что когда-то мечтала просто о теплом доме и чьих-то руках на плечах. А вместо этого судьба всучила ей всемирную славу, толпы обожающих фанатов и эту оглушительную, одинокую роскошь. Девочка, которая теперь лишь тихо смотрела из глубины отражения, словно из заточения. И тогда Ари улыбнулась своему отражению, и улыбка вышла странной – слишком широкой, будто она репетировала ее перед невидимой камерой. А потом лицо снова стало каменным.
– Не смотри на меня так, – усмехнулась про себя Ари, встречая этот тихий взгляд. – Ты сделала свой выбор. А я лишь воплощаю его. И не жалуйся. Со сцены вид лучше, чем из окна того дома, который и не был им.
Спустя несколько минут тихого созерцания Ариана поднялась. Перерыв закончился. Пора было возвращаться на сцену. Впереди был дуэт с корейским айдолом, чье имя сводило с ума подростков на обоих полушариях.
За кулисами уже вибрировало от напряжения. Толпа, разгоряченная антрактом, скандировала его имя, требуя продолжения. Когда на сцену под громоподобный рев вышел он – идеальный и улыбчивый, – Ариане поправили последнюю деталь: крошечный, почти невесомый микрофон у ворота куртки. Глубокий вдох. И ее очередь.
Шаг в свет – и лицо Ари Торн вновь заполонило все гигантские экраны. Толпа взорвалась, сливая их имена в единый восторженный вопль. Движения стали автоматом, тело помнило каждую связку танца. И именно в середине очередного поворота, скользнув взглядом сквозь ослепительный свет софитов в гущу темноты у сцены, она замерла.