Рита Навьер – Обмани, но останься... - Рита Навьер (страница 21)

Устроились они на веранде, откуда открывался чудесный вид на залив. Наташка все еще злилась на своего друга, рассказывала, как бросит его, как он будет страдать, а она не простит ни за что.

Марина слушала вполуха, невольно возвращаясь мыслями к Олегу. Что он сейчас делает? Скучает ли хоть капельку? А вдруг он просто начал охладевать к ней? Вдруг устал любить безответно?

И снова сокрушалась: ну почему она раньше была такой дурой? Почему столько времени потеряла? А что, если поздно она очнулась? Что если он ее теперь тоже считает просто другом?

– Как думаешь, Олег меня еще любит? – перебила она подругу.

– Что? Хоржан-то? Конечно! Ты еще сомневаешься? Зря! Никуда он от тебя не денется. Он тебя о-бо-жа-ет! – по слогам произнесла Наташка. – Боготворит!

Однако после ее заверений она затосковала по Олегу еще сильнее.

– Давай, Мариша, за нас! Мы – богини, а они все – козлы, – провозгласила тост Наташка.

На вкус настойка и правда напоминала ягодный морс, только слегка горчила, но оказалась довольно забористой. С одного стакана у Марины зашумело в голове. А со второго – нестерпимо захотелось увидеть Олега. Не завтра, а сейчас, сию минуту.

Наташка, тоже захмелев, принялась названивать своему парню – ругалась, плакала, мирилась, просила бросить все дела и приехать.

– Костя пообещал, что через час будет! – радостно сообщила она наконец.

– А я тогда домой поеду.

– Не-е-ет! Ты чего, Мариша? Оставайся! С Костиком моим познакомишься наконец.

– Домой хочу очень, – призналась Марина.

Наташка побухтела немного, даже обиделась, но когда подъехало такси, обняла Марину и чмокнула в щеку.

– Как доедешь – обязательно позвони! – напутствовала она. – Я буду волноваться.

Подъехали к дому уже около полуночи. Первым делом Марина проверила окна – одно, в комнате Олега, светилось голубоватым. Сердце радостно ёкнуло: значит, не спит!

За такси пришлось, конечно, раскошелиться, но денег было совсем не жалко.

Голова от настойки все еще слегка кружилась, но Марина взбежала по лестнице, почти не чуя ног. Открыла дверь своим ключом, не стала звонить. В прихожей перевела дыханье и на цыпочках пошла к Олегу…

24

Из комнаты Олега не доносилось ни звука. Она бы решила, что он уже спит – время позднее, но под дверью виднелась тонкая полоска света.

Марина коснулась дверной ручки и замерла, чувствуя, как стремительно разгоняется сердце. От решимости тут же не осталось и следа – всё вытеснило волнение, такое сильное, что кончики пальцев подрагивали. Если бы не Наташкина ягодная настойка она бы точно повернула назад.

И так терзалась сомнениями: «Что Олег подумает? Решит, что напилась и пристаю. Фу. Если он меня тактично выпроводит, я же завтра умру от стыда…».

И тут же сама себе возражала: «Почему сразу пристаю? Может, я зашла просто поболтать перед сном. По-дружески. Что тут такого?».

Наконец, набрав побольше воздуха в легкие и с шумом выдохнув, Марина приотворила дверь.

Олег действительно сидел за компьютером, но тут же обернулся на звук, и чертово волнение захлестнуло ее с новой силой. Если бы он не заговорил, она бы, наверное, сбежала, так и не сказав ни слова. Но Олег удивленно произнес:

– Марина? Ты вернулась? Всё хорошо?

– Да, – у нее вырвался нервный смешок. – Всё супер. Просто… там к Наташке парень приехал… им как бы не до меня… и мне как бы тоже не очень… третий лишний, всё такое… Вот я и вернулась. Гляжу, ты еще не спишь. Ну и решила заглянуть перед сном, проведать, как ты тут…

Она неуверенно подошла ближе. Встала рядом с его креслом, бросила взгляд на экран монитора. Строки с какими-то символами, знаками, циферками, белыми, зелеными, оранжевыми – ровным счетом ничего непонятно. Но Марина, изображая заинтересованность, спросила:

– А что ты делаешь? Работаешь? Это что? Твой новый проект?

– Да, – кивнул Олег, глядя на нее не то чтобы очень изумленно, но так, словно она делала то, чего он от нее никак не ожидал.

– А что это будет в итоге? Программа какая-то? – продолжала выспрашивать Марина, хотя всё это на самом деле не вызывало у нее ни малейшего интереса. Но надо было как-то завести разговор. Правда, как потом перейти от этих циферок к их отношениям – она понятия не имела.

– Парсер, – ответил он как будто по инерции. – Программа для сбора данных.

– Сложно это все делать?

Олег качнул головой, не сводя с нее взгляда, пусть и слегка недоуменного, но такого пронзительного, что Марина вдруг отчетливо поняла: зря боялась, он ее любит. Все так же любит. В груди защемило от нежности.

Однако она все равно не знала, как заговорить о том, что ее волновало. Не могла найти нужных слов. Смущалась.

Тут компьютер издал противный писк, и на экране всплыло окно. Марина поняла лишь, что это уведомление о какой-то ошибке. Олег снова повернулся к монитору. Сосредоточенно хмурясь, принялся что-то быстро печатать на клавиатуре. А про нее будто совсем забыл.

Марина стояла за спиной Олега, глядя с досадой на его затылок. И мысленно взывала:

«Ну отложи ты ненадолго свою работу. Забудь про нее хоть на миг. Пожалуйста! Я же здесь, с тобой! Что тебе эти твои значки, буквы непонятные? Я же вот она, живая, настоящая. Я к тебе пришла. Сама. Мне ты нужен. Так нужен, что внутри больно…».

Глаза защипало, а горло перехватило – не от обиды, а от избытка чувств, справиться с которыми не очень получалось. Марина повторила еле слышным шепотом:

– Ты мне нужен…

И тронула его спину, провела ладонью от плеча к позвоночнику, а затем запустила пальцы ему в волосы. Олег тотчас прекратил печатать и замер. Окаменел от напряжения. А Марина, стоя за спиной, уже обеими руками огладила его скулы, подбородок, шею. Почувствовала, как он сглотнул. Услышала, как рвано выдохнул. Убрала руки и отступила назад.

Сдвинув кресло, Олег медленно поднялся. Развернулся к ней, но пока еще стоял на месте, на расстоянии вытянутой руки. И смотрел на нее так, будто боялся поверить в происходящее, но в то же время до безумия этого хотел.

Марина сделала крохотный шажок к нему. Но Олег все равно оставался на месте. Будто сдерживал себя, не позволял себе сделать лишнее движение. Левой рукой сжимал спинку компьютерного кресла так, что костяшки пальцев побелели. Только взгляд, горящий, жадный, голодный, выдавал его чувства. И странным образом пробуждал в ней ответную реакцию – кожа пылала, сердце заходилось в бешеном ритме, внутри нарастал трепет.

Еще шажок…

Марина протянула к нему руку, коснулась пальцев, сжимавших спинку кресла, словно рисуя узор огладила запястье, предплечье.

Олег напрягся еще сильнее, хотя куда уж больше. Казалось, сейчас сломает несчастное кресло. И при этом все равно не двигался. Стоял как изваяние. Только грудь тяжело и часто вздымалась в такт прерывистому дыханию.

Марина и сама не знала, откуда в ней вдруг взялись эти повадки. Соблазнительницей она никогда не была. С Кириллом ни разу не проявляла ни малейшей инициативы, а тут вдруг захотелось, чтобы Олег наконец сорвался, чтобы дал себе волю…

Она забралась кончиками пальцев под край рукава футболки, нежно очертила непривычно твердый бицепс. И тут Олег второй рукой перехватил ее руку, прижал к себе.

– Марина… – от хрипотцы в его голосе шею моментально осыпало мурашками. – Если ты несерьезно, то лучше не надо. Я потом просто не смогу…

Она переместила ладонь на его грудь. Ощутила, как под горячей кожей колотится сердце. В унисон ее собственному.

– Я – серьезно, – произнесла она, глядя ему в глаза.

И в следующую секунду он с полувздохом-полустоном прижал ее к себе, порывисто, крепко. Зарылся пальцами в волосы. Впился губами в ее губы. Целовал с жаром и каким-то исступлением, как будто в последний раз. И это жадное нетерпение передалось Марине. Они сталкивались языками, зубами, задыхались, но не могли насытиться. Ощущение реальности пропало.

Она даже не заметила, как они переместились на его кровать, как она осталась в одном белье. Поняла лишь, когда Олег на миг оторвался от нее и рывком сдернул футболку. И то отстраненно. Сознание плыло, а тело подрагивало и сладко ныло в нетерпении.

Опираясь на руки, Олег склонился над ней. Обвел ошалевшим, полупьяным взглядом ее лицо, шею, грудь: не мираж ли? Сбивчиво шепча: «Самая красивая… люблю… всегда…», покрывал поцелуями лоб, висок, скулы. Затем снова захватил губы. Марина непроизвольно выгнулась ему навстречу. А когда почувствовала на себе тяжесть его тела, реальность окончательно размылась…

25

В открытое окно вместе с утренней свежестью лился певучий щебет птиц. Сон снился дивный. Олег цеплялся за него как мог, лишь бы оттянуть пробуждение. Но во дворе вдруг истошно заголосила чья-то сигнализация.

Олег вздрогнул и проснулся окончательно.

И тут же на него обрушились лавиной воспоминания вчерашней ночи: сплетение тел, жаркие объятия и поцелуи, сумбурные признания… Фрагменты хаотичные, обрывочные и размытые, но кровь сразу же горячо хлынула к лицу, гулко застучала в ушах. Олег судорожно вдохнул и захлебнулся воздухом как водой. Скосил глаза вбок, облизнув вмиг пересохшие губы.

Марина спала рядом, лежа на животе и подсунув руки под подушку. Каштановые волосы разметались. Розовые губы приоткрыты. Тонкие веки слегка подрагивали, будто ей снилось что-то беспокойное.

Неужели всё это правда? Даже сейчас ему не верилось, что такое вообще возможно. Что это не сон, не фантазия, не игры разума. Ну или не параллельная реальность.