Ришат Мухтаров – Самайа. Книга первая (страница 6)

– Почему в Кинву? – сказала Самайа, наконец, придя в себя. – Я же вам уже сказала: мне нужно… к логову дракона.

Дьёр повернул голову и посмотрел на девушку, как на сумасшедшую. Человек, который разговаривал со своим конем, посмотрел на нее, как на сумасшедшую. Кажется с миром что-то не так.

– Мне казалось, что ты отказалась от этой своей странной затеи, – произнес Дьёр.

– Почему вам так показалось?

Дьёр кивнул назад, где на спине лошади болтался труп Гваса.

– Вы решили, что я испугалась и передумала? – спросила Самайа.

– Следовало бы, – произнес рыцарь и почесал небритую щеку. На его лице виднелось несколько мелких шрамов. – Если ты считаешь, что самое страшное с тобой уже произошло, то глубоко ошибаешься, – продолжил он. – Это было всего лишь голодное мужичье…

– Пей они поменьше, может, и голодали бы не так сильно, – хмыкнула девушка.

– Настоящие разбойники ждут тебя впереди, – будто не слыша спутницу, продолжил рыцарь.

– Поэтому мне и нужны вы, – настаивала девушка. – Чтобы оберегали меня в дороге. Спасали.

– Я этим не занимаюсь, – покачал головой Дьёр.

– Но как же? Вы уже меня спасли. Вы совершили настоящий подвиг.

– Это был не подвиг! – внезапно вспылил мужчина.

Самайа вздрогнула от неожиданности. Кудряшка заржала и отпустила в сторону. Фрин фыркнул, повернув к ней голову, и кобылка успокоилась.

– Прости, брена, – виновато произнес рыцарь.

– Самайа, – наконец-то представилась девушка.

– Самайа. Я не хотел тебя напугать. Просто… Больше не говори так. Я не совершаю подвигов.

– Но… А как же?..

– Я это сделал… Я это сделал… Просто потому, что… Потому… – бегал глазами из стороны сторону рыцарь, будто ища подсказки.

Фрин фыркнул.

– Не раздражай меня, – огрызнулся Дьёр. – Останешься без ужина.

Конь заржал.

– Да, мы оба останемся без ужина. Я это знаю. Но ты не получишь овса даже когда мы разживемся деньгами. Травку пожуешь. Будет тебе уроком.

Может, все дело в одиночестве? Возможно, этот рыцарь проводил так много времени в дороге совершенно один, без друга и товарища, что решил взять себе в собеседники коня? И слышал от него только то, что хотел слышать?

– Кстати… Да, – наконец-то нашелся, что сказать Самайе мужчина. – Я это сделал из-за денег. Сколько ты мне заплатишь за свое спасение? – не поднимая глаз на девушку, произнес он.

– А сколько вы хотите? – немного разочарованно произнесла Самайа.

– Думаю… Одного твоего золотого барашка… Как они там у вас называются?.. Бач? Его будет достаточно.

Девушка хмыкнула:

– Недорого же вы оцениваете мою жизнь. Получите монету на постоялом дворе.

– Ты свою ценишь еще меньше.

– Это моя жизнь, и я делаю с ней что захочу, – гордо вздернула голову Самайа. И сразу же вспомнила дом. Она почти слово в слово повторила то, что говорила отцу во время их последней ссоры. – Захочу, и подарю ее следующим встретившимся разбойникам. И виноваты в этом будете вы.

– Я? – удивился Дьёр.

– Конечно. Вы же отказываетесь защищать меня в дороге. А другого рыцаря или хотя бы наемника я встречу, мне кажется, еще нескоро.

– Это да, – вздохнул рыцарь. – В эти места редко забредают благородные люди. А от ножа наемника, кстати, можно помереть даже быстрее, чем от дубины бандита.

– И это тоже будет на вашей совести.

Дьёр нервно поправился в седле, в очередной раз поморщился и положил ладонь на ребра.

– Я не понимаю, почему вы мне отказываете, – не успокаивалась Самайа. – Вам нужны деньги. Я готова вам хорошо заплатить. Я отдам вам все, что у меня есть. Более того, я напишу записку отцу, и он выдаст вам еще столько же.

– Или решит, что я заставил тебя ее написать и убил.

– Нет. У нас есть специальные тайные слова. Он поймет, что я писала ее по доброй воле.

Дьёр на некоторое время задумался. Фрин несколько раз фыркнул. Каждый раз с какой-то новой интонацией.

– Я знаю, что мы без гроша, – нахмурившись, ответил рыцарь коню. – Кому ты это говоришь? Карманы у меня, а не у тебя. Но что мне мешает связать ее сейчас и отвезти обратно к ее родным маменьке и папеньке? Что-то мне подсказывает, что денег я получу куда больше.

Самайа в очередной раз подивилась хамоватости этого рыцаря. При ней впервые говорили так, как будто ее нет рядом.

– Мамы давно нет в живых, – холодно произнесла она.

– Приношу свои извинения и соболезнования, – без особого раскаяния проговорил рыцарь.

– А сделать так, вам, разумеется, не мешает абсолютно ничего. Но, если вы вернете меня домой, я все равно сбегу. А если меня посадят под замок… Как только исполнится восемнадцать – а это случится уже скоро – я пущу себе кровь. Или брошусь с обрыва. Или выпью яда. Или проглочу иголку. Или…

– Достаточно, – поднял ладонь рыцарь.

– И в этом тоже будете виноваты вы.

Дьёр недовольно покачал головой.

– А почему именно восемнадцать? – спросил он.

– На это есть причины, раскрывать которые я не намерена, – гордо ответила Самайа. Она чувствовала, что побеждает в их споре и ее уверенность в себе возрастала.

– А к дракону тебе зачем? Откуда, вообще, появилась эта глупая затея?

– Это тоже лишь мое дело. И я прошу: впредь не называйте мои затеи и поступки глупыми. Это недостойно настоящего ры…

Дьёр потянул на себя вожжи и резко остановил коня. Самайа проехала немного вперед, приказала Кудряшке тоже остановиться и растерянно обернулась на спутника.

– Значит, так, брена… – строго произнес рыцарь. – Или ты сейчас же мне все объясняешь… Или я бросаю вас здесь и уезжаю на север прямо через лес. Свой путь, до встречи с тобой, мы с Фрином держали туда. А ты дальше едешь одна. Точнее не одна, а в компании с этим с покойником. И что с тобой случится дальше, мне будет не особо интересно. Я покину тебя живой и здоровой. Такой ты и останешься у меня в памяти. А значит, угрызения совести мне не страшны. Я давно научился договариваться с совестью.

Фрин заржал.

– Тебя не спрашивали, – грубо ответил рыцарь и пришпорил коня. Тот тут же успокоился и умолк.

Девушка глубоко вздохнула:

– Это долгая история.

– У нас много времени. Если ты по-прежнему хочешь, чтобы я тебя сопровождал.

* * *

– Подожди… Может, я как-то не так услышал… Или не то понял… Повтори-ка еще раз.

– Вы услышали все верно. Я хочу, чтобы дракон меня съел.

Дьёр стоял на земле и, не моргая, смотрел на Самайу снизу вверх. Он поддерживал труп Гваса за подмышки и выглядел сейчас довольно комично. Но девушка не позволила себе даже улыбнуться – негоже воспитанным бренам смеяться над другими.

Тело Гваса свалилось, когда лошадь споткнулась, наступив в залитую водой ямку. Рыцарь спешился, чтобы поднять его и снова водворить на спину кобылы. За этим делом его и застали неожиданные слова Самайи. Похоже, он ожидал услышать какую другую причину того, зачем она ищет логово Дракона. Что ж… Самайа всегда умела удивлять людей.

– То есть… Поправь, если я говорю что-то не так… Я тебя спас от этих разбойников, – медленно говорил рыцарь, не опуская Гваса, – только для того, чтобы ты в скором времени сгинула в пасти какой-то крылатой твари?