Ринн Лири – Путь предначертанный (страница 22)

– Конечно, тебе же учиться надо, – улыбнулся тот, с братской любовью погладив её по голове.

Девушка смущенно хихикнула. Свои сокровища она спрятала во внутренний карман плаща. Там им не грозят пронырливые мальчишки.

Сахраз и Нод шли по улицам молча. Казалось, парень смущался присутствия Сахраза, но с каждым знакомым поворотом мужчина замечал, как на лице Нода расцветает предвкушение встречи. Поворот, дорога, другой поворот, там они срезали, здесь шаг ускорился, и вот парень уже бежал к дому на другом конце улицы.

– Мама! Мам! – кричал Нод.

Ещё немного, и мама выбежит ему навстречу, крепко обнимет и расцелует щеки. Но дорога перед ним все так же оставалась пустой, калитка оказалась распахнутой настежь и около неё валялись разбросанные листы. Нод замедлился. Сахраз положил ладонь на рукоять меча.

– Нод? – тихий встревоженный голос заставил их обернуться.

Напротив их дома приоткрылась дверь, из которой выглядывал старик.

– Дедушка Рин, – Нод тут же подошел к нему. – Что произошло? Почему во дворе такой хаос? Станок работает, но я никого не вижу.

– Зайходите, тебе нельзя здесь быть, – старик быстро затащил их обоих к себе и закрыл дверь. – Прости, сынок, – с болью вздохнул он. – Госпожа Надмар… Солдаты увели её.

– Что? Почему? – сердце рухнуло в холод.

– Солдаты принесли ориентировки на тебя и кого-то ещё, приказали бросить всю остальную работу и печатать только их, но Зольта – Всемогущее Солнце! – отказалась, не хотела предавать тебя! Они увели её в эрмандерию, – на глазах выступили слезы.

– Нет! Но… – парень еле справлялся с паникой.

Мысли трусливо забегали в голове, ни за одну не удавалось ухватиться, воздуха не хватало, и казалось, он вот-вот сойдет с ума. Но плечо сжала сильная рука, и Сахраз бесстрастно спросил:

– Когда?

– Утром, – всхлипнул старик. – Рынок только-только оживился, а они уже на пороге стояли…

– Нод, – воин серьезно посмотрел на парня, – тебе ли не знать, как империя расправляется с предателями. Возможно, уже…

– Нет! – тот грубо вырвался из-под его руки. – Мы можем ещё успеть!

– Думаешь освободить мать из эрмандерии? Взгляни на вещи холодно.

– Предлагаешь её бросить?! – закричал Нод. – Пусти меня! Ещё можно успеть!

– Нод!

Парень выбежал на дорогу, за ним Сахраз. Из окон виднелись чужие глаза и уши, и мужчина ощутил колкий страх.

– Нод! – он побежал ещё быстрее за парнем, перед глазами которого были только страх и слезы.

Скоро дыхание подвело и силы покинули его, и Сахраз схватил его за шиворот. По щеке ударила хлесткая ладонь, Нод закричал и забрыкался, снова пытаясь вырваться.

– Нод, послушай меня, – воин грубо встряхнул его за плечи, – твоя мать рискнула жизнью ради тебя. Если ты сейчас пойдешь за ней, похоронишь все, ради чего она это сделала. Ей не станет легче, если вы будете висеть рядом на висельнице!

– Нет! Не позволю!

– Стой!

Но было поздно. За следующим поворотом появилась прямая каменная дорога, ведущая к большой площади. Площади при эрмандерии.

– Так, – Кааль осматривала карманы и сумку на поясе, перебирая улов, – бумага есть, письменные принадлежности есть, учебное пособие для самых маленьких есть, бинт – нормальный в кое-то веки, – есть, кровоостанавливающее, обезболивающее, обеззараживающее – надеюсь, сработает, – ножницы и… А где? О! А это для тебя, моя красавица, – засмеялась она, вытащив бутылек с ароматным маслом.

– Кайон нас убьет, – нервно улыбался Фаррей, вспоминая о потраченных деньгах. – Ты ведьма, знай это.

– Для вас же стараюсь, – серьезно сказала та. – Какой я лекарь без лекарств? Мельфир мне так ничего и не рассказал о травничестве, но, будем надеяться, что та девушка нас не надурила.

– Вряд ли.

– Тоже так думаю. Она так тебе улыбалась, – лукаво взглянула на него Кааль.

– Следи лучше за сумкой, – проворчал парень, отводя взгляд, – там у тебя бесценные сокровища.

– Да-да.

Кааль машинально осмотрелась, выглядывая возможных посягателей на её сокровища, но вместо этого заметила небольшую странность.

– Куда это все спешат? Что происходит? – удивилась Кааль, наблюдая за людским потоком.

– Понятия не имею. Пойдем узнаем? – легкомысленно улыбнулся Фаррей.

– Да! – бодро ответила девушка.

Идти пришлось недолго, но приближаясь к все нарастающему шуму и гулу, Кааль почувствовала царапающее беспокойство. Люди перешептывались и со страхом оборачивались на появляющихся тут и там солдат. Спросить, что происходит, Кааль опасалась. Посмотрев на Фаррея, она нашла на его лице то озадаченное беспокойство, что терзало и её.

– Давай уйдём, – потянула она его за рукав.

– Поздно. Мы слишком выделимся, солдаты могут что-то заподозрить. Я, кажется, понял, куда все идут. Всё будет хорошо, – он взял её за руку, и девушка чуть успокоилась.

Да, верно, всё будет хорошо, она не одна, с ней Фаррей, он обязательно выведет её из любой передряги. Главное, сейчас в неё не попасть. Девушка глубоко вздохнула, посильнее натягивая капюшон.

Толпа притекла на площадь, и Кааль с ужасом увидела висельницу. Она застыла в оцепенении, и Фаррею пришлось, обхватив её за плечи, отойти в тень дома. Толпа все прибывала и прибывала, толкаясь и смешиваясь, шум и гул голосов становился все громче, но их заглушало стучащее в ушах сердце. Кааль вжималась в Фаррея, пытаясь спрятаться от прохожих и происходящего кошмара. Тот чувствовал её страх, но изо всех сил сохранял спокойствие. Он заметил всех охранников, контролирующих горожан, и нашел путь для отступления.

– Идем, – он покрепче перехватил Кааль за руку, и уже хотел двигаться, как вдруг двери эрмандерии открылись и толпа взорвалась негодованием.

На эшафот медленно поднялись люди, связанные кандалами. Стоя у петель, они обреченно смотрели на окружившую их толпу. Кааль заметила среди них женщину. Солдат зачитал приговор, но из-за общего рева Кааль ничего не слышала. Мешки спрятали лица несчастных, их шеи обвила веревка. Кто-то истошно кричал, кто-то сыпал проклятиями, а женщина молча дрожала. Она незаметно повернула голову к зданию эрмандерии, и в его окне увидела лицо своего палача.

– Прости, Зольта, – тяжело вздохнул эрмандер Крилос, опрокидывая бутылку, – но моя шкура мне дороже.

Девушка не могла отвести взгляда. Было невыносимо страшно смотреть, но не смотреть она не могла. Вот палач рванул рычаг, и толпа ахнула. Обвиненные забились в петлях. Женщине сразу сломало шею, кто-то пытался вырвать руки из веревок, освободиться, но всё было тщетно. И вдруг всеобщий гул разрезал крик: «Нет!»

В толпе возникло движение, люди расступались, и прежде, чем Кааль поняла, где слышала этот голос, на эшафот запрыгнул Нод.

– Мама!

Он обхватил ноги женщины, рыдая и умоляя, но его тут же оттащил рядом стоящий солдат. Поднялся шум, паника, солдаты со всех постов побежали к эшафоту. Следующим, что Кааль увидела, был Сахраз, замахнувшийся мечом на солдата, который схватил Нода. Кровь хлынула на мощеный камень, и люди, охваченные ужасом, побежали кто куда.

– Что происходит? – в панике зарычал Крилос, припавший к окну. – Кто посмел?

– Кажется, это Нод Надмар, господин, – заметил рядом стоящий помощник.

– Надмар?! – глаза вспыхнули хищным огнем.

Крилос кинулся к столу и нашел на нем листовки. На одной из них было лицо Нода.

– Схватить! Немедленно! Если здесь один, значит, должны быть и другие!

– Солдаты уже…

– А ты! – Крилос схватил паренька за воротник. – А ты мчи к дому барона. По главной дороге! Найди Таора и его рыцарей, приведи его сюда, сегодня мы схватим эту шайку!

Помощник вылетел из кабинета эрмандера, как ошпаренный, и в следующее мгновение уже мчался на коне к городским воротам.

– Сахраз, сюда! – крикнул Фаррей сквозь толпу.

Воин заметил его и, взяв Нода под локоть, потащил к нему. Кааль вышла из оцепенения. Она бросилась к Ноду, захотев обнять, но мужчина отмахнулся от неё:

– Сейчас не время, сначала надо выбраться отсюда, – твердо сказал Сахраз.

Девушка увидела кровь на его кожаном нагруднике, и её взгляд обратился к солдату, лежащему у эшафота. Он был мертв.

– Скорее!

Фаррей потащил девушку к темному проходу, скоро они покинули площадь. Они бежали к главным воротам, то и дело уходя в переулки от выскакивающих им навстречу солдат. Тут и там раздавались их голоса: «Ловите их!», «Именем императора!», «Стоять!» Долго так продолжаться не могло. Тогда Кааль увидела на заборах листы, и лица, нарисованные на них, показались ей знакомыми.

– Фаррей, это…