Рина Ушакова – Любовь или действие (страница 18)

– Я терпеть не могла музыкалку, но мама очень хотела, чтобы я играла на пианино, поэтому мне приходилось ходить туда, – сказала Ленка. – Однажды меня это все окончательно достало, и я наврала, что у родителей отпуск и мы уезжаем. Так как занималась я хорошо и меня хвалили, мне поверили на слово. В общем, все две недели я гуляла по улицам вместо музыкалки и ужасно боялась, что родителям обо всем сообщат. А еще мне было очень стыдно из-за того, что я всех обманываю, но я так и не смогла признаться.

– Вот это да, – обрадовался Илюха. – Лель, так ты, оказывается, тоже та еще прогульщица, а еще меня в чем-то обвиняешь.

– Отвали, – ответила Ленка и раздраженно дернула плечами.

– Да ладно тебе, я всегда подозревал, что у такой зубрилки, как ты, есть скелеты в шкафу, – рассмеялся Кириленко.

– Поэтому я и не хотела тебе ничего рассказывать, ты из всего цирк устраиваешь.

Ее слова эхом разнеслись по арке, через которую они с Ильей в это время проходили, и унеслись вместе с опавшими листьями, подхваченными легким осенним ветерком.

– Ну прости, – сказал он. – А мне до сих пор стыдно, что я Гриба подставил. Помнишь его?

– Помню.

Это был их одноклассник, который ушел после девятого. Вообще-то его фамилия звучала как Гребнев, но для всех пацанов он был просто Грибом. Про него и сказать нечего было – обычный забитый паренек, у которого не было друзей.

– Он пытался к нашей компании примазаться, и классе в седьмом мы решили над ним поугорать и сказали, что ему надо пройти что-то типа церемонии посвящения. Мы его отправили в магаз, чтобы он стащил пачку сухариков, а сами предупредили охранника. Гриба, естественно, поймали, а мы убежали, так что я не знаю, что там дальше было, но с нами он больше не общался. Я пытался после этого с ним заговорить, но он морозился, а потом вообще выяснилось, что он только с матерью живет и у той сердце больное, она после этой истории чуть на скорой не уехала. Блин, зачем я это вспомнил, – ужаснулся Илья и закрыл лицо рукой.

Похоже, этот случай действительно заставлял его чувствовать себя неловко, потому что у него даже уши покраснели. Ленке хотя и было стыдно за свой обман, но она точно не убивалась так сильно, несмотря на то что хорошим этот поступок не считала.

– Отвратительно, – сказала Ленка с нескрываемым осуждением. – Я всегда знала, что вы идиоты, но додуматься до такого…

– Пожалуйста, хватит, – взмолился Кириленко с таким жалобным лицом, будто каждое ее слово причиняло ему физические страдания.

– Ладно, дальше, – сжалилась она.

Как бы ни хотелось поиздеваться над Ильей, нельзя было перегибать палку. Все-таки Ленка тоже делилась с ним слишком личными вещами, и это могло обернуться против нее, если бы он разозлился.

– Что тебя больше всего беспокоит? – спросил он после недолгого молчания.

– Ты сейчас про что?

– Ну, в целом. Из-за чего ты загоняешься по жизни, есть же какая-то тема?

Иногда Ленке казалось, что она вся состоит из загонов. Не таких сильных, конечно, как у Оли, но тем не менее.

– Как и у всех: учеба, экзамены, поступление, – ответила она в общих чертах.

– Молодец, садись, пять, – сказал Илья.

– Ты что, умом тронулся?

– Ну а что? Образцовый ответ образцовой выпускницы. Все мысли только об оценках и экзаменах. И ты хочешь, чтобы я в это поверил?

– Я правду говорю.

– А я не сомневаюсь. Все зубрилки парятся из-за этого, но мне же интересно сколько в тебе от живого человека, а не от робота, которого запрограммировали на пятерки.

Послушать Илью, так можно было подумать, что Ленка на самом деле не вылезает из учебников, хотя от него она отличалась только тем, что не прогуливала и не забивала в открытую на предметы, которые ей были неинтересны. Однако он считал это богатством высшей степени, поэтому постоянно над ней подтрунивал.

– Если ты обо мне ничего не знаешь, это не значит, что я робот, – выпалила она. – Представь себе, меня много чего парит. И то, что родителям на меня наплевать, и то, что учителя этими экзаменами весь мозг заклевали, и то, что поступать куда-то надо, и то, как я выгляжу.

Вроде Кириленко спрашивал только про одну проблему, но Ленка на эмоциях немного увлеклась и наговорила лишнего, о чем тут же пожалела. Надо было держать язык за зубами, но его пренебрежительное отношение к ее переживаниям почему-то вывело Ленку из себя.

– Отлично ты выглядишь, – отвесил комплимент Илья, положив руку ей на талию.

Его голос прозвучал почти у самого уха, отчего Ленку накрыло волной смущения, но она постаралась сохранить внешнее спокойствие. Нельзя было показывать Илье, что его действия вызывают у нее такую реакцию, иначе он решил бы, что нравится ей и уже точно не отстал бы. Ленка же просто растерялась из-за того, что он оказался слишком близко.

– Теперь твоя очередь, – сказала она, чтобы сменить тему.

– Я в последнее время часто запариваюсь из-за переезда, – ответил Илья.

– Ты уезжаешь? – дрогнувшим голосом спросила Ленка и резко остановилась.

– Не надейся, солнце, до выпускного я буду с тобой, но потом, скорее всего, да. Я там напобеждал в нескольких олимпиадах, и один типа крутой универ меня зазывает к себе.

– И далеко?

– Да, – сказал Илья и растянул губы в невеселой улыбке. – Но это еще не точно, я пока не уверен, что готов оставлять тебя здесь одну.

Это было неожиданно. Ленка, конечно, мечтала, чтобы он исчез куда-нибудь, но была не готова, что это произойдет так быстро. Казалось, что впереди еще много времени, но с каждым днем все очевиднее становилось, что скоро жизнь изменится, и неясно, в какую сторону. Больше не будет уроков с учителями, которых она так хорошо знала, надоедливого Илюхи с его тупыми шутками, посиделок в столовой с любопытными одноклассницами, перемен в компании с Олей и еще сотен других мелочей, которые были такими привычными и родными. Принять это Ленка пока не могла, а неизбежность этих перемен пугала.

– Глупо отказываться от такой возможности, – заметила она, хотя все внутри протестовало.

– Наверное, – сказал Илья. – Но ведь отказываться от тебя еще более глупо. По крайней мере, пока я не победил.

Впервые Ленка не знала, что ответить, поэтому продолжала стоять на месте и растерянно смотреть на него. В голове хаотично метались мысли, но ни одну из них озвучить не получалось, так что она лишь беззвучно шевелила губами, а потом и вовсе сдалась. Опустив глаза, Ленка медленно пошла вперед, и вскоре к стуку ее каблуков присоединился звук шагов Кириленко.

Прерывать тишину никто не торопился, поэтому они молча брели по тротуару. За девятиэтажкой начинался частный сектор с невысокими деревянными и кирпичными домами, которые тянулись по другой стороне улицы, и до ушей долетал собачий лай, а воздух наполнял едкий дым костров. Людей здесь почти не было, но солнце все так же ярко светило сквозь еще густые кроны деревьев. Лето как будто не хотело уходить, и было бы здорово, если бы оно решило остаться навсегда, замерло в этом моменте, чтобы не пришлось ничего менять и привыкать к переменам.

– О каком секрете ты не рассказывала никому? – неожиданно спросил Илья.

– Что? – сказала Ленка, непонимающе взглянув на него.

Из-за мыслей о будущем она выпала из реальности и совсем забыла, про телефон, который лежал в кармане у Ильи. Нужно было вернуть его, но выбрать секрет оказалось не так просто, потому что у нее было много тайн от окружающих. Не то чтобы она специально что-то скрывала, но близкой дружбы у Ленки долгое время ни с кем не складывалось, и даже с Олей они первое время общались только потому, что вместе ходили в музыкалку. В общем, тайн у нее хватало, но специально для Ильи Ленка припомнила один любопытный факт.

– В девятом классе я была влюблена в Ярика Щепкина.

Ничего серьезного тогда не произошло, и вообще ничего не произошло, потому что Ленку угораздило запасть на одиннадцатиклассника, который о ее существовании даже не подозревал. Лезть из кожи вон для того, чтобы изменить это, она не собиралась, поэтому почти год только наблюдала за ним издалека и вздыхала, а потом Ярик выпустился и исчез из ее жизни, из-за чего Ленка не сильно расстроилась. Все равно она ни на что не рассчитывала.

На Кириленко эта информация произвела ожидаемое впечатление: он шумно вдохнул и не менее громко выдохнул, но ничего не сказал. Знал бы, где сейчас этот Ярик, наверняка кинулся бы к нему, чтобы устроить мордобой.

– Ну и что молчишь? – спросила Ленка.

Скрыть радость в голосе у нее не вышло, а может, она и не пыталась. Осознавать, что Илья злится из-за нее, почему-то было приятно, так что Ленка ни капли не жалела о том, что озвучила именно эту тайну.

– Ревнуешь? – сказала она, чтобы хоть как-то растормошить Кириленко.

– Да, – наконец-то ответил он.

– Ну и зря, – беспечно заметила Ленка. – Я же в него больше не влюблена.

– Это единственная причина, по которой он останется в живых.

Сколько суровости. Как будто она должна была всю жизнь провести в мечтах о нем и только о нем. Хотя ничего удивительного, столкновение с реальностью, в которой у него с Ленкой не существовало никаких отношений, всегда давалось ему с трудом.

– Ладно, что у тебя за секрет? – спросила она.

– Я залипаю на турецкие сериалы.

– Чего?! – выкрикнула Ленка, подавившись смешком.

– Под них самое то домашку делать, – объяснил Кириленко. – За сюжетом особо следить не нужно, и есть с чего поорать.